268 цитат Анны Андреевны Ахматовы для поста и дневника

Ниже 268 цитат Анны Андреевны Ахматовы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Было душно от жгучего света, А взгляды его — как лучи. Я только вздрогнула: этот Сможет меня приручить. Наклонился — он что-то скажет... От лица отхлынула кровь. Пусть камнем надгробным ляжет На жизни моей любовь.

   Было душно от жгучего света, А взгляды его — как лучи. Я только вздрогнула: этот Сможет меня приручить. Наклонился — он что-то скажет... От лица отхлынула кровь. Пусть камнем надгробным ляжет На жизни моей любовь.
2. «

   Есть в близости людей заветная черта, Её не перейти влюблённости и страсти, — Пусть в жуткой тишине сливаются уста И сердце рвётся от любви на части.

   Есть в близости людей заветная черта, Её не перейти влюблённости и страсти, — Пусть в жуткой тишине сливаются уста И сердце рвётся от любви на части.
3. «

   Как сияло там и пело Нашей встречи чудо, Я вернуться не хотела Никуда от туда.

   Как сияло там и пело Нашей встречи чудо, Я вернуться не хотела Никуда от туда.
4. «

   Мы не встречаться больше научились, Не подымаем друг на друга глаз, Но даже сами бы не поручились За то, что с нами будет через час.

   Мы не встречаться больше научились, Не подымаем друг на друга глаз, Но даже сами бы не поручились За то, что с нами будет через час.
5. «

   Пусты Дионисовы чаши, Заплаканы взоры любви... Это проходят над городом нашим Страшные сестры твои.

   Пусты Дионисовы чаши, Заплаканы взоры любви... Это проходят над городом нашим Страшные сестры твои.
6. «

   Это было, когда улыбался Только мертвый, спокойствию рад. И ненужным привеском качался Возле тюрем своих Ленинград. И когда, обезумев от муки, Шли уже осужденных полки, И короткую песню разлуки Паровозные пели гудки, Звезды смерти стояли над нами, И безвинная корчилась Русь Под кровавыми сапогами И под шинами черных марусь.

   Это было, когда улыбался Только мертвый, спокойствию рад. И ненужным привеском качался Возле тюрем своих Ленинград. И когда, обезумев от муки, Шли уже осужденных полки, И короткую песню разлуки Паровозные пели гудки, Звезды смерти стояли над нами, И безвинная корчилась Русь Под кровавыми сапогами И под шинами черных марусь.
7. «

   Здесь девушки прелестнейшие спорят За честь достаться в жены палачам, Здесь праведных пытают по ночам И голодом неукротимым морят.

   Здесь девушки прелестнейшие спорят За честь достаться в жены палачам, Здесь праведных пытают по ночам И голодом неукротимым морят.
8. «

   Легкие летят недели, Что случилось, не пойму. Как тебе, сынок, в тюрьму Ночи белые глядели, Как они опять глядят Ястребиным жарким оком, О твоем кресте высоком И о смерти говорят.

   Легкие летят недели, Что случилось, не пойму. Как тебе, сынок, в тюрьму Ночи белые глядели, Как они опять глядят Ястребиным жарким оком, О твоем кресте высоком И о смерти говорят.
9. «

   Тебе я милой не была, Ты мне постыл, а пытка длилась, И как преступница томилась Любовь, исполненная зла.

   Тебе я милой не была, Ты мне постыл, а пытка длилась, И как преступница томилась Любовь, исполненная зла.
10. «

    Так просто можно жизнь покинуть эту, Бездумно и безбольно догореть, Но не дано Российскому поэту Такою светлой смертью умереть.

    Так просто можно жизнь покинуть эту, Бездумно и безбольно догореть, Но не дано Российскому поэту Такою светлой смертью умереть.
11. «

    Любовь покоряет обманно, Напевом простым, неискусным.

    Любовь покоряет обманно, Напевом простым, неискусным.
12. «

    По твердому гребню сугроба В твой белых, таинственный дом, Такие притихшие оба, В молчании нежном идем. И слаще всех песен пропетых Мне этот исполненный сон, Качание веток задетых И шпор твоих легоньких звон.

    По твердому гребню сугроба В твой белых, таинственный дом, Такие притихшие оба, В молчании нежном идем. И слаще всех песен пропетых Мне этот исполненный сон, Качание веток задетых И шпор твоих легоньких звон.
13. «

    Я не хочу, чтобы мне подсовывали какую-то чужую и мне отвратительную жизнь и старались уверить меня, что я её прожила, а она просто — плод воображения 5-6-ти каких-то подозрительных личностей (в основном выживших из ума).

    Я не хочу, чтобы мне подсовывали какую-то чужую и мне отвратительную жизнь и старались уверить меня, что я её прожила, а она просто — плод воображения 5-6-ти каких-то подозрительных личностей (в основном выживших из ума).
14. «

    С большой прямотой напросилась на комплимент.

    С большой прямотой напросилась на комплимент.
15. «

    Как хорошо, что некого терять, И можно плакать.

    Как хорошо, что некого терять, И можно плакать.
16. «

    Смотри, ей весело грустить, Такой нарядно обнаженной.

    Смотри, ей весело грустить, Такой нарядно обнаженной.
17. «

    И требовала, чтоб кусты Участвовали в бреде, Всех я любила, кто не ты И кто ко мне не едет... Я говорила облакам: «Ну, ладно, ладно, по рукам». А облака — ни слова, И ливень льется снова. И в августе зацвел жасмин, И в сентябре — шиповник, И ты приснился мне — один Всех бед моих виновник.

    И требовала, чтоб кусты Участвовали в бреде, Всех я любила, кто не ты И кто ко мне не едет... Я говорила облакам: «Ну, ладно, ладно, по рукам». А облака — ни слова, И ливень льется снова. И в августе зацвел жасмин, И в сентябре — шиповник, И ты приснился мне — один Всех бед моих виновник.
18. «

    Куда оно девается, ушедшее время? Где его обитель...

    Куда оно девается, ушедшее время? Где его обитель...
19. «

    И замертво спят сотни тысяч шагов Врагов и друзей, друзей и врагов.

    И замертво спят сотни тысяч шагов Врагов и друзей, друзей и врагов.
20. «

    Сзади Нарвские были ворота, Впереди была только смерть... Так советская шла пехота Прямо в желтые жерла «Берт». Вот о вас и напишут книжки: «Жизнь свою за други своя», Незатейливые парнишки — Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,— Внуки, братики, сыновья!

    Сзади Нарвские были ворота, Впереди была только смерть... Так советская шла пехота Прямо в желтые жерла «Берт». Вот о вас и напишут книжки: «Жизнь свою за други своя», Незатейливые парнишки — Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки,— Внуки, братики, сыновья!