Подборка: 361 цитата Антона Павловича Чехова

Ниже 361 цитата Антона Павловича Чехова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Это — женщина! Вот это я понимаю! Настоящая женщина! Не кислятина, не размазня, а огонь, порох, ракета!

   Это — женщина! Вот это я понимаю! Настоящая женщина! Не кислятина, не размазня, а огонь, порох, ракета!

   — Григорий Степанович Смирнов · книга
2. «

   Я служил по различным ведомствам, но все эти девять должностей были похожи одна на другую, как две капли воды: я должен был сидеть, писать, выслушивать глупые или грубые замечания и ждать, когда меня уволят.

   Я служил по различным ведомствам, но все эти девять должностей были похожи одна на другую, как две капли воды: я должен был сидеть, писать, выслушивать глупые или грубые замечания и ждать, когда меня уволят.

   — Моя жизнь (Рассказ провинциала) · книга
3. «

   Это правда. Надо прямо говорить, жизнь у нас дурацкая.

   Это правда. Надо прямо говорить, жизнь у нас дурацкая.

   — Ермолай Алексеевич Лопахин · книга
4. «

   Если хочешь, чтобы у тебя было мало времени, — ничего не делай.

   Если хочешь, чтобы у тебя было мало времени, — ничего не делай.

   — Записные книжки. Дневники · книга
5. «

   И по себе он судил о других, не верил тому, что видел, и всегда предполагал, что у каждого человека под покровом тайны, как под покровом ночи, проходит его настоящая, самая интересная жизнь. Каждое личное существование держится на тайне, и, быть может, отчасти поэтому культурный человек так нервно хлопочет о том, чтобы уважалась личная тайна.

   И по себе он судил о других, не верил тому, что видел, и всегда предполагал, что у каждого человека под покровом тайны, как под покровом ночи, проходит его настоящая, самая интересная жизнь. Каждое личное существование держится на тайне, и, быть может, отчасти поэтому культурный человек так нервно хлопочет о том, чтобы уважалась личная тайна.

   — Дама с собачкой · книга
6. «

   Извини, пожалуйста, но veritas magis amicitiae [истина выше дружбы]... Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным...

   Извини, пожалуйста, но veritas magis amicitiae [истина выше дружбы]... Дело в том, что жизнь имеет свои условия... Чтобы чувствовать себя в своей тарелке в интеллигентной среде, чтобы не быть среди неё чужим и самому не тяготиться ею, нужно быть известным образом воспитанным...
7. «

   Как бы то ни было, приходится проститься с мыслями о счастье. <...> Впрочем, раз в жизни я был счастлив, когда сидел ночью под твоим зонтиком.

   Как бы то ни было, приходится проститься с мыслями о счастье. <...> Впрочем, раз в жизни я был счастлив, когда сидел ночью под твоим зонтиком.

   — Лаптев · книга
8. «

   Поэзия и художественные произведения содержат не то, что нужно, а то, что хочется; они не идут дальше толпы и выражают только то, что хотят лучшие из толпы.

   Поэзия и художественные произведения содержат не то, что нужно, а то, что хочется; они не идут дальше толпы и выражают только то, что хотят лучшие из толпы.
9. «

   На днях я читал дневник одного французского министра, писанный в тюрьме. Министр был осужден за Панаму. С каким упоением, восторгом упоминает он о птицах, которых видит в тюремном окне и которых не замечал раньше, когда был министром. Теперь, конечно, когда он выпущен на свободу, он уже по-прежнему не замечает птиц. Так же и вы не будете замечать Москвы, когда будете жить в ней. Счастья у нас нет и не бывает, мы только желаем его

   На днях я читал дневник одного французского министра, писанный в тюрьме. Министр был осужден за Панаму. С каким упоением, восторгом упоминает он о птицах, которых видит в тюремном окне и которых не замечал раньше, когда был министром. Теперь, конечно, когда он выпущен на свободу, он уже по-прежнему не замечает птиц. Так же и вы не будете замечать Москвы, когда будете жить в ней. Счастья у нас нет и не бывает, мы только желаем его

   — Вершинин · книга
10. «

    Господи, ты дал нам громадные леса, необъятные поля, глубочайшие горизонты и, живя тут, мы сами должны бы по-настоящему быть великанами.

    Господи, ты дал нам громадные леса, необъятные поля, глубочайшие горизонты и, живя тут, мы сами должны бы по-настоящему быть великанами.

    — Ермолай Алексеевич Лопахин · книга
11. «

    Когда к тебе на дачу приезжают бедные родственники, то не бледней, а торжествуя восклицай: «Хорошо, что не городовые!»

    Когда к тебе на дачу приезжают бедные родственники, то не бледней, а торжествуя восклицай: «Хорошо, что не городовые!»

    — Жизнь прекрасна! · книга
12. «

    У людей, живущих одиноко, всегда бывает на душе что-нибудь такое, что они охотно бы рассказали.

    У людей, живущих одиноко, всегда бывает на душе что-нибудь такое, что они охотно бы рассказали.

    — О любви · книга
13. «

    Трудно понять человеческую душу, но душу свою собственную понять ещё трудней.

    Трудно понять человеческую душу, но душу свою собственную понять ещё трудней.

    — Драма на охоте · книга
14. «

    Любовь юная, прелестная, поэтическая, уносящая в мир грез, — на земле только она одна может дать счастье!

    Любовь юная, прелестная, поэтическая, уносящая в мир грез, — на земле только она одна может дать счастье!

    — Борис Алексеевич Тригорин · книга
15. «

    Какую бы он ни сделал мерзость, все верят, что это хорошо, что это так и быть должно, так как он интеллигентный, либеральный и университетский человек.

    Какую бы он ни сделал мерзость, все верят, что это хорошо, что это так и быть должно, так как он интеллигентный, либеральный и университетский человек.

    — фон Корен · книга
16. «

    О, как одиноко в поле ночью, среди этого пения, когда сам не можешь петь, среди непрерывных криков радости, когда сам не можешь радоваться, когда с неба смотрит месяц, тоже одинокий, которому всё равно — весна теперь или зима, живы люди или мертвы… Когда на душе горе, то тяжело без людей.

    О, как одиноко в поле ночью, среди этого пения, когда сам не можешь петь, среди непрерывных криков радости, когда сам не можешь радоваться, когда с неба смотрит месяц, тоже одинокий, которому всё равно — весна теперь или зима, живы люди или мертвы… Когда на душе горе, то тяжело без людей.

    — В овраге · книга
17. «

    Не велика штука пить — пить и лошадь умеет… Нет, ты с толком выпей!... В наше время, бывало, день-деньской с лекциями бьешься, а как только настал вечер, идешь прямо куда-нибудь на огонь и до самой зари волчком вертишься… И пляшешь, и барышень забавляешь, и эта штука. Бывало, и брешешь, и философствуешь, пока язык не отнимется… А нынешние… Не понимаю… Ни богу свечка, ни черту кочерга.

    Не велика штука пить — пить и лошадь умеет… Нет, ты с толком выпей!... В наше время, бывало, день-деньской с лекциями бьешься, а как только настал вечер, идешь прямо куда-нибудь на огонь и до самой зари волчком вертишься… И пляшешь, и барышень забавляешь, и эта штука. Бывало, и брешешь, и философствуешь, пока язык не отнимется… А нынешние… Не понимаю… Ни богу свечка, ни черту кочерга.

    — Лебедев Павел Кириллыч · книга
18. «

    Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь, то приди и возьми её.

    Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь, то приди и возьми её.

    — Борис Алексеевич Тригорин · книга
19. «

    Я не понимаю, но не понимать не значит отрицать.

    Я не понимаю, но не понимать не значит отрицать.

    — Дымов · книга
20. «

    Если хочешь стать оптимистом и понять жизнь, то перестань верить тому, что говорят и пишут, а наблюдай и вникай.

    Если хочешь стать оптимистом и понять жизнь, то перестань верить тому, что говорят и пишут, а наблюдай и вникай.

    — Записные книжки. Дневники · книга