34 цитат Антуана де Сента-Экзюпери: цитаты со смыслома, проверенных временем

Антуан де Сент-Экзюпери: цитаты со смыслом — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 34 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мы различаемся по способу достижения цели, определяемой логикой наших рассуждений, а не по самой цели. Мы идём на войну друг против друга по направлению к одной и той же земле обетованной.

   Мы различаемся по способу достижения цели, определяемой логикой наших рассуждений, а не по самой цели. Мы идём на войну друг против друга по направлению к одной и той же земле обетованной.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
2. «

   Образованность и благородство — разные вещи, не знания облагораживают человека, благороден инструмент, который их накапливает.

   Образованность и благородство — разные вещи, не знания облагораживают человека, благороден инструмент, который их накапливает.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
3. «

   Не снабжайте детей готовыми формулами, формулы — пустота, обогатите их образами и картинами, на которых видны связующие нити. Не отягощайте детей мёртвым грузом фактов, обучите их приёмам и способам, которые помогут им достигать.

   Не снабжайте детей готовыми формулами, формулы — пустота, обогатите их образами и картинами, на которых видны связующие нити. Не отягощайте детей мёртвым грузом фактов, обучите их приёмам и способам, которые помогут им достигать.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
4. «

   Подлинные чудеса не шумны. И самые важные события очень просты.

   Подлинные чудеса не шумны. И самые важные события очень просты.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
5. «

   ...правительство, покинувшее свою резиденцию, перестает быть правительством.

   ...правительство, покинувшее свою резиденцию, перестает быть правительством.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
6. «

   То, что составляет достоинство мира, может быть спасено лишь при одном условии: помнить про это. А достоинство мира составляют милосердие, любовь к знанию и уважение внутреннего человека.

   То, что составляет достоинство мира, может быть спасено лишь при одном условии: помнить про это. А достоинство мира составляют милосердие, любовь к знанию и уважение внутреннего человека.

   — Антуан де Сент-Экзюпери
7. «

   Я не надеюсь один побороть свое одиночество. Камень не может превратиться во что-нибудь другое. Но, соединившись с другими камнями, он превращается в храм.

   Я не надеюсь один побороть свое одиночество. Камень не может превратиться во что-нибудь другое. Но, соединившись с другими камнями, он превращается в храм.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
8. «

   Если ты хочешь построить корабль, не надо созывать людей, планировать, делить работу, доставать инструменты. Надо заразить людей стремлением к бесконечному морю. Тогда они сами построят корабль...

   Если ты хочешь построить корабль, не надо созывать людей, планировать, делить работу, доставать инструменты. Надо заразить людей стремлением к бесконечному морю. Тогда они сами построят корабль...

   — Антуан де Сент-Экзюпери
9. «

   Каторжник бьёт киркой совсем не так, как изыскатель, которого удар киркой возвышает. Каторга не там, где бьют киркой. Дело вовсе не в физических трудностях. Каторга там, где бьют киркой бессмысленно, где удар киркой не связывает работающего со всем человечеством.

   Каторжник бьёт киркой совсем не так, как изыскатель, которого удар киркой возвышает. Каторга не там, где бьют киркой. Дело вовсе не в физических трудностях. Каторга там, где бьют киркой бессмысленно, где удар киркой не связывает работающего со всем человечеством.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
10. «

    …пускаясь в странствия, мы бежим в поисках беспредельности. Но беспредельность нельзя найти. Она созидается в нас самих. А бегство никого никуда не приводило.

    …пускаясь в странствия, мы бежим в поисках беспредельности. Но беспредельность нельзя найти. Она созидается в нас самих. А бегство никого никуда не приводило.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
11. «

    Пшеница — это нечто большее, чем телесная пища. Питать человека не то, что откармливать скотину. Хлеб выполняет столько назначений! Хлеб стал для нас средством единения людей, потому что люди преломляют его за общей трапезой. Хлеб стал для нас символом величия труда, потому что добывается он в поте лица. Хлеб стал для нас непременным спутником сострадания, потому что его раздают в годину бедствий. Вкус разделенного хлеба не сравним ни с чем.

    Пшеница — это нечто большее, чем телесная пища. Питать человека не то, что откармливать скотину. Хлеб выполняет столько назначений! Хлеб стал для нас средством единения людей, потому что люди преломляют его за общей трапезой. Хлеб стал для нас символом величия труда, потому что добывается он в поте лица. Хлеб стал для нас непременным спутником сострадания, потому что его раздают в годину бедствий. Вкус разделенного хлеба не сравним ни с чем.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
12. «

    До чего жалкое представление о культуре духа у того, кто полагает, будто она зиждется на знании формул, на запоминании достигнутых результатов. Самый посредственный ученик Политехнической школы, кончивший курс последним, знает о природе и её законах больше, чем Декарт, Паскаль и Ньютон. Но никогда ему в голову не придёт такой поворот мысли, какие приходили в голову Декарту, Паскалю и Ньютону. Ибо у тех сначала воспитывали душу.

    До чего жалкое представление о культуре духа у того, кто полагает, будто она зиждется на знании формул, на запоминании достигнутых результатов. Самый посредственный ученик Политехнической школы, кончивший курс последним, знает о природе и её законах больше, чем Декарт, Паскаль и Ньютон. Но никогда ему в голову не придёт такой поворот мысли, какие приходили в голову Декарту, Паскалю и Ньютону. Ибо у тех сначала воспитывали душу.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
13. «

    Неужели вы не понимаете, что где-то мы сбились с пути? Человеческий муравейник стал богаче, чем прежде, у нас больше всяких благ и досуга, и всё же нам не хватает чего-то существенного, чему трудно подыскать определение. Мы меньше ощущаем себя людьми, мы утратили какие-то таинственные привилегии.

    Неужели вы не понимаете, что где-то мы сбились с пути? Человеческий муравейник стал богаче, чем прежде, у нас больше всяких благ и досуга, и всё же нам не хватает чего-то существенного, чему трудно подыскать определение. Мы меньше ощущаем себя людьми, мы утратили какие-то таинственные привилегии.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
14. «

    Если в моей пустыне слишком много колодцев, пусть Господь наведёт порядок, уничтожив лишние. Силовые линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперёд, всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда благоприятные, но не оценивай! Их языка ты ещё не постиг. А я, пытаясь объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к колодцу. Так не уповай на чудесный остров, похожий на запасённое впрок благо, блага в нём не больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нём превратишься в сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне придётся придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину, драгоценную своей цельностью и чуждую вещественности. Если я захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой он будет главным сокровищем.

    Если в моей пустыне слишком много колодцев, пусть Господь наведёт порядок, уничтожив лишние. Силовые линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперёд, всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда благоприятные, но не оценивай! Их языка ты ещё не постиг. А я, пытаясь объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к колодцу. Так не уповай на чудесный остров, похожий на запасённое впрок благо, блага в нём не больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нём превратишься в сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне придётся придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину, драгоценную своей цельностью и чуждую вещественности. Если я захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой он будет главным сокровищем.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
15. «

    Перед ребёнком всегда робеешь, словно он всезнающ.

    Перед ребёнком всегда робеешь, словно он всезнающ.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
16. «

    Ты живешь в своих поступках, а не в теле. Ты — это твои действия, и нет другого тебя.

    Ты живешь в своих поступках, а не в теле. Ты — это твои действия, и нет другого тебя.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
17. «

    Сожалеть о любви — значит по-прежнему любить. Если не любишь — не сожалеешь.

    Сожалеть о любви — значит по-прежнему любить. Если не любишь — не сожалеешь.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
18. «

    Одно единственное событие может разбудить в нас совершенно неизвестного нам человека. Жить — значит медленно рождаться.

    Одно единственное событие может разбудить в нас совершенно неизвестного нам человека. Жить — значит медленно рождаться.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
19. «

    Смех, как родник в пустыне.

    Смех, как родник в пустыне.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
20. «

    Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил.

    Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга