47 лучших цитат — Арт Богданов

Подборка из 47 цитат Арта Богданова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Исключения редкость. Лицо ангельское, а характер такой, что черти в аду бога молят ее в рай забрать лишь бы не к ним.

   Исключения редкость. Лицо ангельское, а характер такой, что черти в аду бога молят ее в рай забрать лишь бы не к ним.

   — Крок · книга
2. «

   ... и в лапы начальства не попаду. Не люблю ковры и потёртости на коленках.

   ... и в лапы начальства не попаду. Не люблю ковры и потёртости на коленках.

   — Дрейк Потрошитель · книга
3. «

   Но, как говорится в анекдоте, на нашем лайнере два бассейна, три стадиона, один зоопарк и парк аттракционов — осталось попробовать со всей этой хренью взлететь.

   Но, как говорится в анекдоте, на нашем лайнере два бассейна, три стадиона, один зоопарк и парк аттракционов — осталось попробовать со всей этой хренью взлететь.

   — Рамзес-1247 · книга
4. «

   Варяг, ты вроде хороший человек, но иногда хочется тебе под машину взрывчатку засунуть и посмотреть как ты летишь в разные стороны. — Буркнул маг, пытаясь подняться.

   Варяг, ты вроде хороший человек, но иногда хочется тебе под машину взрывчатку засунуть и посмотреть как ты летишь в разные стороны. — Буркнул маг, пытаясь подняться.

   — Бескун · книга
5. «

   Дело в том, что в душе у нас зудит демократия, в которой каждый лох право имеет, просто потому, что он есть. Меня это всегда убивало морально. Никогда не мог понять, почему потомственный алкоголик в своём голосе равен матери пяти детей. Или почему профессор любых наук имеет столько же веса в своём выборе, как и юнец, что едва читать умеет, но закончил с горем пополам среднюю школу и получил право.

   Дело в том, что в душе у нас зудит демократия, в которой каждый лох право имеет, просто потому, что он есть. Меня это всегда убивало морально. Никогда не мог понять, почему потомственный алкоголик в своём голосе равен матери пяти детей. Или почему профессор любых наук имеет столько же веса в своём выборе, как и юнец, что едва читать умеет, но закончил с горем пополам среднюю школу и получил право.

   — Рокот · книга
6. «

   Дрейк быстро оценил ситуацию как опытный игрок и, поняв, что мы пока в безопасности, принялся стебаться над потенциальными врагами. — Акела, ты бы свалил с нашей дороги?! Мы и не из таких волков воротники на шубы шили. Иди, подобру-поздорову, в сторону горизонта! Иначе, мы рассердимся!

   Дрейк быстро оценил ситуацию как опытный игрок и, поняв, что мы пока в безопасности, принялся стебаться над потенциальными врагами. — Акела, ты бы свалил с нашей дороги?! Мы и не из таких волков воротники на шубы шили. Иди, подобру-поздорову, в сторону горизонта! Иначе, мы рассердимся!

   — Дрейк Потрошитель · книга
7. «

   В целом с церковью много скандалов связано. Даже мимо меня не прошла история пятилетней давности, когда весь мир дрожал, кто от смеха, кто от гнева. Тогда один клан случайно наткнулся на блуждающий данж «Прорыв Инферно» с эпическим боссом, адской гончей трёхсотого уровня. Клан не хотел его упустить, потому рейд собирали на быструю руку. И пригласили одного молодого священника, уважаемого в среде игроков. Отец Никифор недавно получил сан и был направлен в дрим, нести слово божие. <...> В спешке собранная команда не отличалась слаженностью и почти слилась. В конце остались только двое, отец Никифор и паладин клана. Хоть гончая была уже на издыхании, двойка игроков никак не могла его добить. И вот, когда у монаха закончилась манна, а пал уже был на последнем дыхании, священник от отчаяния, просто подскочил к гончей, размахнувшись кадилом, с криком «Изыди, сука», перетянул гончую по лбу. Монахи, абсолютно не боевой класс, и кадило использовалось как бафовый предмет против демонов и нежити. Но физику мира никто не отменял. Система высчитала силу, вес, рычаг и место попадания по цели, приложила к этому святость предмета и выдала урон. При этом прошёл дикий крит и адская гончая сложилась. <...> Система, высчитав удар, включила постижение, засчитала это как скилл, а так как последние слова монаха во время удара были «Изыди, сука», то скилл так и назвался. Кадило после этого приобрело какие-то уникальные свойства.

   В целом с церковью много скандалов связано. Даже мимо меня не прошла история пятилетней давности, когда весь мир дрожал, кто от смеха, кто от гнева. Тогда один клан случайно наткнулся на блуждающий данж «Прорыв Инферно» с эпическим боссом, адской гончей трёхсотого уровня. Клан не хотел его упустить, потому рейд собирали на быструю руку. И пригласили одного молодого священника, уважаемого в среде игроков. Отец Никифор недавно получил сан и был направлен в дрим, нести слово божие. <...> В спешке собранная команда не отличалась слаженностью и почти слилась. В конце остались только двое, отец Никифор и паладин клана. Хоть гончая была уже на издыхании, двойка игроков никак не могла его добить. И вот, когда у монаха закончилась манна, а пал уже был на последнем дыхании, священник от отчаяния, просто подскочил к гончей, размахнувшись кадилом, с криком «Изыди, сука», перетянул гончую по лбу. Монахи, абсолютно не боевой класс, и кадило использовалось как бафовый предмет против демонов и нежити. Но физику мира никто не отменял. Система высчитала силу, вес, рычаг и место попадания по цели, приложила к этому святость предмета и выдала урон. При этом прошёл дикий крит и адская гончая сложилась. <...> Система, высчитав удар, включила постижение, засчитала это как скилл, а так как последние слова монаха во время удара были «Изыди, сука», то скилл так и назвался. Кадило после этого приобрело какие-то уникальные свойства.

   — Последний храм. Наследник · книга
8. «

   А я вдруг понял, что у нас обоюдная обида и боль. Я, конечно, мог бы многое сказать и обосновать. Но толку в этом не будет. Таковы уж отношения между парнем и девушкой. Мы мыслим разными категориями и с этим нужно смириться. И разойтись с уважением. Хотя бы к самому себе.

   А я вдруг понял, что у нас обоюдная обида и боль. Я, конечно, мог бы многое сказать и обосновать. Но толку в этом не будет. Таковы уж отношения между парнем и девушкой. Мы мыслим разными категориями и с этим нужно смириться. И разойтись с уважением. Хотя бы к самому себе.

   — Рамзес-1247 · книга
9. «

   Брать нахрапом удел юных, мне же придётся делать все по уму. И чем дальше, тем меньше у меня прав на ошибку. Как говорит народная мудрость — сапёр ошибается дважды, и первый раз при выборе профессии.

   Брать нахрапом удел юных, мне же придётся делать все по уму. И чем дальше, тем меньше у меня прав на ошибку. Как говорит народная мудрость — сапёр ошибается дважды, и первый раз при выборе профессии.

   — Артур «Арториус Астрей» · книга
10. «

    За такие шутки в зубах появляются промежутки. Слыхал такую народную мудрость?

    За такие шутки в зубах появляются промежутки. Слыхал такую народную мудрость?

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
11. «

    И нет чище ненависти, чем плод растоптанной и преданной любви.

    И нет чище ненависти, чем плод растоптанной и преданной любви.

    — Похвист · книга
12. «

    Это как тест. Если тебе дадут сто золотых просто за то, что ты выстрелишь из пистолета по реалистичной кукле ребёнка. Если ты сможешь нажать на курок ради этих денег, то сможешь с огромной вероятностью нажать его, когда там будет настоящий ребёнок. Просто золотых нужно будет больше.

    Это как тест. Если тебе дадут сто золотых просто за то, что ты выстрелишь из пистолета по реалистичной кукле ребёнка. Если ты сможешь нажать на курок ради этих денег, то сможешь с огромной вероятностью нажать его, когда там будет настоящий ребёнок. Просто золотых нужно будет больше.

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
13. «

    Красота не обязательно должна быть яркой и кричащей.

    Красота не обязательно должна быть яркой и кричащей.

    — Последний храм. Игры тандемов · книга
14. «

    Да, америкосы они такие. Даже чукчам зимой могут надкусанные снежки продавать под лейблом АйСнег.

    Да, америкосы они такие. Даже чукчам зимой могут надкусанные снежки продавать под лейблом АйСнег.

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
15. «

    Некоторых людей нужно душить ещё в колыбели!

    Некоторых людей нужно душить ещё в колыбели!

    — Артур «Арториус Астрей» · книга
16. «

    Жестокий и спокойный взгляд, свойственный тем, кто прошёл и огонь, и воду, и медные трубы. Я такие видел у ребят, что прошли горячие точки, но не сломались. Они не бухали, жалея себя, они не кидались на всех подряд с пеной на губах, но это было ещё страшнее. Это был взгляд со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Бравая десантура может рвать тельняшки на груди и разбивать бутылки головой, пугая молодняк и смеша тех, кто понимает. Но вот такой взгляд пугает даже опытных. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

    Жестокий и спокойный взгляд, свойственный тем, кто прошёл и огонь, и воду, и медные трубы. Я такие видел у ребят, что прошли горячие точки, но не сломались. Они не бухали, жалея себя, они не кидались на всех подряд с пеной на губах, но это было ещё страшнее. Это был взгляд со шкалой терпения, в котором читалась смерть по достижении определённого уровня. Бравая десантура может рвать тельняшки на груди и разбивать бутылки головой, пугая молодняк и смеша тех, кто понимает. Но вот такой взгляд пугает даже опытных. Холодная, равнодушная смерть. Без ярости, криков, эмоций.

    — Последний храм. Игры тандемов · книга
17. «

    Но мы все такие. Просто масштабы наших деяний пожиже, да последствия не столь велики. А так, какая разница, с какой целью ты интригуешь? Ради того что бы получить под руку ещё одну страну или ради места старшего менеджера по продаже пылесосов? Люди. Мы просто люди.

    Но мы все такие. Просто масштабы наших деяний пожиже, да последствия не столь велики. А так, какая разница, с какой целью ты интригуешь? Ради того что бы получить под руку ещё одну страну или ради места старшего менеджера по продаже пылесосов? Люди. Мы просто люди.

    — Богдан · книга
18. «

    Хорошими мальчиками легче управлять и от них нет проблем. Сначала они слушаются маму с папой, потом учителей, профессоров, сержантов и начальников. И, в конце концов, подчиняются закону, написанному властями, становясь идеальной шестерёнкой системы.

    Хорошими мальчиками легче управлять и от них нет проблем. Сначала они слушаются маму с папой, потом учителей, профессоров, сержантов и начальников. И, в конце концов, подчиняются закону, написанному властями, становясь идеальной шестерёнкой системы.

    — Дрейк Потрошитель · книга
19. «

    Никто не хочет трудностей. На них идут лишь из-за награды. Мальчишка, мечтающий надеть плащ супермена, думает не о долге и спасении людей, а о поцелуе первой красавицы в классе. О миллионе комментариев в его блоге. О завидующем, лютой завистью, Петьке-хулигане. А взвалить на плечи долг и нести его, потому что больше некому, могут лишь единицы.

    Никто не хочет трудностей. На них идут лишь из-за награды. Мальчишка, мечтающий надеть плащ супермена, думает не о долге и спасении людей, а о поцелуе первой красавицы в классе. О миллионе комментариев в его блоге. О завидующем, лютой завистью, Петьке-хулигане. А взвалить на плечи долг и нести его, потому что больше некому, могут лишь единицы.

    — Похвист · книга
20. «

    Не старайся внушить врагу свою силу. Просто будь собой. А уже свою слабость он придумает сам.

    Не старайся внушить врагу свою силу. Просто будь собой. А уже свою слабость он придумает сам.

    — Наставник · книга