Топ-57 цитат Астрида Линдгрена

Ниже 57 цитат Астрида Линдгрена — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Борьба за мир во всём мире начинается в детской комнате. С воспитания будущих поколений.

   Борьба за мир во всём мире начинается в детской комнате. С воспитания будущих поколений.
2. «

   Когда сердце горячее и сильно бьется, замерзнуть невозможно.

   Когда сердце горячее и сильно бьется, замерзнуть невозможно.

   — Пеппилотта Длинныйчулок · книга
3. «

   Пока ещё рано спать, – сказал он. – Сперва мы позабавимся. Я не согласен скучать, лёжа в постели. Там тоже есть чем заняться. Можно есть бутерброды с жирной колбасой, можно играть в «мешок», можно устроить подушечную битву. Мы начнём с бутербродов.

   Пока ещё рано спать, – сказал он. – Сперва мы позабавимся. Я не согласен скучать, лёжа в постели. Там тоже есть чем заняться. Можно есть бутерброды с жирной колбасой, можно играть в «мешок», можно устроить подушечную битву. Мы начнём с бутербродов.

   — Карлсон · книга
4. «

   Ничто не бывает так мертво, как любовь, которую недавно похоронил.

   Ничто не бывает так мертво, как любовь, которую недавно похоронил.

   — Кати в Италии · книга
5. «

   Не пытайтесь воспитывать своих детей так, чтобы они «соответствовали требованиям общества». Общество далеко не совершенно. Пусть лучше общество станет таким, как дети.

   Не пытайтесь воспитывать своих детей так, чтобы они «соответствовали требованиям общества». Общество далеко не совершенно. Пусть лучше общество станет таким, как дети.
6. «

   Я поняла, что с ребёнком нельзя разговаривать несерьёзно, даже с новорождённым.

   Я поняла, что с ребёнком нельзя разговаривать несерьёзно, даже с новорождённым.
7. «

   Даже самые отчаянные проказники вырастают и со временем могут стать полезными людьми.

   Даже самые отчаянные проказники вырастают и со временем могут стать полезными людьми.

   — Альма Свенсон · книга
8. «

   Лето, как ни странно, кончается всегда слишком быстро!

   Лето, как ни странно, кончается всегда слишком быстро!

   — На острове Сальткрока · книга
9. «

   Если бы люди знали, как приятно ходить по крышам, они бы давно перестали ходить по улицам.

   Если бы люди знали, как приятно ходить по крышам, они бы давно перестали ходить по улицам.

   — Малыш · книга
10. «

    — Нет, по-моему, ты не болен. — Ух, какой ты гадкий! — закричал Карлсон и топнул ногой. — Что, я уж и захворать не могу, как все люди? — Ты хочешь заболеть?! — изумился Малыш. — Конечно. Все люди этого хотят! Я хочу лежать в постели с высокой-превысокой температурой. Ты придешь узнать, как я себя чувствую, и я тебе скажу, что я самый тяжелый больной в мире. И ты меня спросишь, не хочу ли я чего-нибудь, и я тебе отвечу, что мне ничего не нужно. Ничего, кроме огромного торта, нескольких коробок печенья, горы шоколада и большого-пребольшого куля конфет!

    — Нет, по-моему, ты не болен. — Ух, какой ты гадкий! — закричал Карлсон и топнул ногой. — Что, я уж и захворать не могу, как все люди? — Ты хочешь заболеть?! — изумился Малыш. — Конечно. Все люди этого хотят! Я хочу лежать в постели с высокой-превысокой температурой. Ты придешь узнать, как я себя чувствую, и я тебе скажу, что я самый тяжелый больной в мире. И ты меня спросишь, не хочу ли я чего-нибудь, и я тебе отвечу, что мне ничего не нужно. Ничего, кроме огромного торта, нескольких коробок печенья, горы шоколада и большого-пребольшого куля конфет!

    — Малыш · книга
11. «

    В то время я совершенно сошла с ума. Как я теперь понимаю, меня тогда интересовало только одно — добиться любви как можно большего числа мальчиков. И, боже, как же это было нелегко!

    В то время я совершенно сошла с ума. Как я теперь понимаю, меня тогда интересовало только одно — добиться любви как можно большего числа мальчиков. И, боже, как же это было нелегко!
12. «

    Дорога домой была неблизкой, но возвращаться всегда легко.

    Дорога домой была неблизкой, но возвращаться всегда легко.

    — Мио, мой Мио! · книга
13. «

    Если у тебя есть красивая роза и она увядает, то ты можешь взять другую такую же красивую розу. Красивая картина продолжает оставаться красивой картиной, а красивая скульптура есть и останется красивой скульптурой. Но когда умирает красивая женщина, то она умирает навечно, и никто не может заменить её. Конечно, и после неё могут появляться красавицы, такие же красивые или, возможно, ещё более красивые, но ни одной точно такой же, как она, не будет.

    Если у тебя есть красивая роза и она увядает, то ты можешь взять другую такую же красивую розу. Красивая картина продолжает оставаться красивой картиной, а красивая скульптура есть и останется красивой скульптурой. Но когда умирает красивая женщина, то она умирает навечно, и никто не может заменить её. Конечно, и после неё могут появляться красавицы, такие же красивые или, возможно, ещё более красивые, но ни одной точно такой же, как она, не будет.

    — Леннарт · книга
14. «

    Грустно, если некому крикнуть: «Привет, Карлсон!», когда ты пролетаешь мимо.

    Грустно, если некому крикнуть: «Привет, Карлсон!», когда ты пролетаешь мимо.

    — Малыш и Карлсон, который живёт на крыше · книга
15. «

    Может, она и не всегда умеет себя прилично вести. Но у нее доброе сердце, а это куда важнее.

    Может, она и не всегда умеет себя прилично вести. Но у нее доброе сердце, а это куда важнее.

    — Пеппи Длинныйчулок · книга
16. «

    Пеппи пошла вдоль по улице, одной ногой по тротуару, другой — по мостовой. Томми и Анника не спускали с нее глаз, но она исчезла за поворотом. Однако скоро девочка вернулась, но теперь она уже шла задом наперед. Причем шла она так только потому, что поленилась повернуться, когда надумала возвратиться домой. Поравнявшись с калиткой Томми и Анники, она остановилась. С минуту дети молча глядели друг на друга. Наконец Томми сказал: — Почему ты пятишься как рак? — Почему я пячусь как рак? — переспросила Пеппи. — Мы как будто живем в свободной стране, верно? Разве каждый человек не может ходить так, как ему вздумается? И вообще, если хочешь знать, в Египте все так ходят, и никого это ни капельки не удивляет.

    Пеппи пошла вдоль по улице, одной ногой по тротуару, другой — по мостовой. Томми и Анника не спускали с нее глаз, но она исчезла за поворотом. Однако скоро девочка вернулась, но теперь она уже шла задом наперед. Причем шла она так только потому, что поленилась повернуться, когда надумала возвратиться домой. Поравнявшись с калиткой Томми и Анники, она остановилась. С минуту дети молча глядели друг на друга. Наконец Томми сказал: — Почему ты пятишься как рак? — Почему я пячусь как рак? — переспросила Пеппи. — Мы как будто живем в свободной стране, верно? Разве каждый человек не может ходить так, как ему вздумается? И вообще, если хочешь знать, в Египте все так ходят, и никого это ни капельки не удивляет.

    — Пеппилотта Длинныйчулок · книга
17. «

    Их знакомство произошло в один из тех неудачных дней, когда быть Малышом не доставляло никакой радости, хотя обычно быть Малышом чудесно.

    Их знакомство произошло в один из тех неудачных дней, когда быть Малышом не доставляло никакой радости, хотя обычно быть Малышом чудесно.

    — Малыш и Карлсон, который живёт на крыше · книга
18. «

    Я никогда не была влюблена в общепринятом смысле слова. Любовь к детям всегда значила для меня больше, чем любовь к мужчинам.

    Я никогда не была влюблена в общепринятом смысле слова. Любовь к детям всегда значила для меня больше, чем любовь к мужчинам.
19. «

    Как все-таки прекрасна жизнь!

    Как все-таки прекрасна жизнь!

    — Пеппилотта Длинныйчулок · книга
20. «

    Ведь что ни говори, а не очень — то уютно жить одному в маленьком домике, да ещё в таком, о котором никто и не слышал.

    Ведь что ни говори, а не очень — то уютно жить одному в маленьком домике, да ещё в таком, о котором никто и не слышал.

    — Малыш и Карлсон, который живёт на крыше · книга