110 цитат Блеза Паскаля: от иронии до философии

Подборка из 110 цитат Блеза Паскаля: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Истина так нежна, что чуть только отступил от нее, впадаешь в заблуждение; но и заблуждение это так тонко, что стоит только немного отклониться от него, и оказываешься в истине.

   Истина так нежна, что чуть только отступил от нее, впадаешь в заблуждение; но и заблуждение это так тонко, что стоит только немного отклониться от него, и оказываешься в истине.
2. «

   Бог, который нас создал без нас, не может спасти нас без нас.

   Бог, который нас создал без нас, не может спасти нас без нас.
3. «

   Лишь заканчивая писать задуманное сочинение, мы уясняем себе, с чего нам следовало его начать.

   Лишь заканчивая писать задуманное сочинение, мы уясняем себе, с чего нам следовало его начать.

   — Мысли · книга
4. «

   Самая большая привилегия, которая дана человеку свыше - быть причиной добрых перемен в чьей-то жизни.

   Самая большая привилегия, которая дана человеку свыше - быть причиной добрых перемен в чьей-то жизни.
5. «

   Сила, а не общественное мнение правит миром, но мнение использует эту силу.

   Сила, а не общественное мнение правит миром, но мнение использует эту силу.
6. «

   Можно, конечно, сказать неправду, приняв ее за истину, но с понятием «лжец» связана мысль о намеренной лжи. Человек – это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой.

   Можно, конечно, сказать неправду, приняв ее за истину, но с понятием «лжец» связана мысль о намеренной лжи. Человек – это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой.
7. «

   Легкомысленно относиться к философии – значит быть истинным философом.

   Легкомысленно относиться к философии – значит быть истинным философом.
8. «

   Пусть человек отдастся созерцанию природы во всем ее высоком и неохватном величии, пусть отвратит взоры от ничтожных предметов, его окружающих. Пусть взглянет на ослепительный светоч, как неугасимый факел, озаряющий Вселенную; пусть уразумеет, что Земля — всего лишь точка в сравнении с огромной орбитой, которую описывает это светило; пусть потрясется мыслью, что и сама эта огромная орбита — не более чем еле приметная черточка по отношению к орбитам других светил, текущих по небесному своду. Но так как кругозор наш этим и ограничен, пусть воображение летит за рубежи видимого; оно утомится, далеко не исчерпав природу.

   Пусть человек отдастся созерцанию природы во всем ее высоком и неохватном величии, пусть отвратит взоры от ничтожных предметов, его окружающих. Пусть взглянет на ослепительный светоч, как неугасимый факел, озаряющий Вселенную; пусть уразумеет, что Земля — всего лишь точка в сравнении с огромной орбитой, которую описывает это светило; пусть потрясется мыслью, что и сама эта огромная орбита — не более чем еле приметная черточка по отношению к орбитам других светил, текущих по небесному своду. Но так как кругозор наш этим и ограничен, пусть воображение летит за рубежи видимого; оно утомится, далеко не исчерпав природу.

   — Мысли · книга
9. «

   Существует два рода людей, для которых все едино: праздники и будние дни, миряне и священники, любой грех подобен другому. Но одни делают из этого вывод, что возбраняемое священникам возбраняется и мирянам, а другие — что дозволенное мирянам дозволено и священникам/

   Существует два рода людей, для которых все едино: праздники и будние дни, миряне и священники, любой грех подобен другому. Но одни делают из этого вывод, что возбраняемое священникам возбраняется и мирянам, а другие — что дозволенное мирянам дозволено и священникам/

   — Мысли · книга
10. «

    Мы нисколько не дорожим нашим настоящим. Только и делаем, что предвкушаем будущее и торопим его словно оно опаздывает, или призываем прошлое и стараемся его вернуть, словно оно слишком рано ушло: исполненные неблагоразумия, блуждаем во времени, нам не принадлежащем, пренебрегая тем единственным, которое нам дано, исполненные тщеты, целиком погружаемся в исчезнувшее, бездумно ускользая от того единственного, которое при нас. А дело в том, что настоящее почти всегда причиняет нам боль. Когда оно горестно, мы стараемся его не видеть, а когда отрадно — горюем, видя, как быстро оно ускользает. Мы пытаемся продлить его, переправляя в будущее, тщимся распоряжаться тем, что не в нашей власти, мечтаем о времени, до которого, быть может, не дотянем. Покопайтесь в своих мыслях, и вы найдете в них или прошлое, или будущее. О настоящем мы почти не думаем, а если и думаем, то лишь в надежде, что оно подскажет нам, как лучше устроить будущее. Настоящее никогда не бывает нашей целью, оно вместе с про­шлым — средства, единственная цель — будущее. Вот и получается, что мы никогда не живем, только располагаем жить и, уповая на счастье, так никогда его и не обретаем.

    Мы нисколько не дорожим нашим настоящим. Только и делаем, что предвкушаем будущее и торопим его словно оно опаздывает, или призываем прошлое и стараемся его вернуть, словно оно слишком рано ушло: исполненные неблагоразумия, блуждаем во времени, нам не принадлежащем, пренебрегая тем единственным, которое нам дано, исполненные тщеты, целиком погружаемся в исчезнувшее, бездумно ускользая от того единственного, которое при нас. А дело в том, что настоящее почти всегда причиняет нам боль. Когда оно горестно, мы стараемся его не видеть, а когда отрадно — горюем, видя, как быстро оно ускользает. Мы пытаемся продлить его, переправляя в будущее, тщимся распоряжаться тем, что не в нашей власти, мечтаем о времени, до которого, быть может, не дотянем. Покопайтесь в своих мыслях, и вы найдете в них или прошлое, или будущее. О настоящем мы почти не думаем, а если и думаем, то лишь в надежде, что оно подскажет нам, как лучше устроить будущее. Настоящее никогда не бывает нашей целью, оно вместе с про­шлым — средства, единственная цель — будущее. Вот и получается, что мы никогда не живем, только располагаем жить и, уповая на счастье, так никогда его и не обретаем.

    — Мысли · книга
11. «

    Ухо наше для лести — широко раскрытая дверь, для правды же — игольное ушко.

    Ухо наше для лести — широко раскрытая дверь, для правды же — игольное ушко.
12. «

    Доводить до суеверия благочестие — это подрывать его.

    Доводить до суеверия благочестие — это подрывать его.
13. «

    Выше всех ценятся те благородные поступки, которые остаются неявными.

    Выше всех ценятся те благородные поступки, которые остаются неявными.
14. «

    Кто-то имеет право убить меня на том лишь основании, что я живу по ту сторону реки и что мой монарх поссорился с его монархом, хотя я-то ни с кем не ссорился!

    Кто-то имеет право убить меня на том лишь основании, что я живу по ту сторону реки и что мой монарх поссорился с его монархом, хотя я-то ни с кем не ссорился!

    — Мысли · книга
15. «

    Справедливость без силы беспомощна; сила без справедливости деспотична.

    Справедливость без силы беспомощна; сила без справедливости деспотична.
16. «

    Чрезмерная краткость речи иной раз превращает её в загадку.

    Чрезмерная краткость речи иной раз превращает её в загадку.
17. «

    Неоспоримо, что вся людская нравственность зависит от решения вопроса, бессмертна душа или нет.

    Неоспоримо, что вся людская нравственность зависит от решения вопроса, бессмертна душа или нет.
18. «

    Как камень, брошенный в море, имеет действие на всё море, так каждый человек имеет действие на всё человечество.

    Как камень, брошенный в море, имеет действие на всё море, так каждый человек имеет действие на всё человечество.
19. «

    Нас утешает любой пустяк, потому что любой пустяк приводит нас в уныние.

    Нас утешает любой пустяк, потому что любой пустяк приводит нас в уныние.
20. «

    Иные наши пороки — только отростки других, главных пороков: если срубить ствол, они отсохнут, как древесные ветви.

    Иные наши пороки — только отростки других, главных пороков: если срубить ствол, они отсохнут, как древесные ветви.

    — Мысли · книга