155 сильных цитат Бориса Акунина

Подборка из 155 цитат Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если в душе недовольство, определи фактор, нарушивший гармонию, и устрани его.

   Если в душе недовольство, определи фактор, нарушивший гармонию, и устрани его.

   — Алмазная колесница · книга
2. «

   Хотите, я скажу вам, как нужно добиваться успеха у мужчин? Думаете, нужна красота? Вовсе нет! Всё очень просто. Нужно понимать, что представляет собой мужчина, и играть по контрасту. Это как в электричестве: противоположные заряды притягиваются.

   Хотите, я скажу вам, как нужно добиваться успеха у мужчин? Думаете, нужна красота? Вовсе нет! Всё очень просто. Нужно понимать, что представляет собой мужчина, и играть по контрасту. Это как в электричестве: противоположные заряды притягиваются.

   — Статский советник · книга
3. «

   Всё самое страшное таится не вокруг человека, а внутри него.

   Всё самое страшное таится не вокруг человека, а внутри него.

   — Скарпея Баскаковых · книга
4. «

   Всё человечество делится на пять суицидологичечких категорий:

   Всё человечество делится на пять суицидологичечких категорий:

   — Писатель и самоубийство · книга
5. «

   Любовь не бывает без предательства, потому что любящий предает родителей, предает друзей, предает весь мир ради кого-то одного, кто этой любви, может быть, и не достоин.

   Любовь не бывает без предательства, потому что любящий предает родителей, предает друзей, предает весь мир ради кого-то одного, кто этой любви, может быть, и не достоин.

   — Пелагия и белый бульдог · книга
6. «

   Однако такова уж особенность звёздного неба: у всякого, кто глядит на него, сладко щемит сердце. Возможно, мы и в самом деле родом откуда-то оттуда?

   Однако такова уж особенность звёздного неба: у всякого, кто глядит на него, сладко щемит сердце. Возможно, мы и в самом деле родом откуда-то оттуда?

   — Нефритовые четки · книга
7. «

   От нервного возбуждения тянуло на что-нибудь особенно крамольное: хот-дог или даже гамбургер.

   От нервного возбуждения тянуло на что-нибудь особенно крамольное: хот-дог или даже гамбургер.

   — Алтын-толобас · книга
8. «

   Есть люди, которых жалует фортуна. Во всяком случае, в этом уверены окружающие, которые испытывают по отношению к баловням удачи лютую зависть, смешанную с восхищением. Вообще-то ударов судьбы на их долю приходится не меньше, чем улыбок, просто счастливцы никогда не унывают и не жалуются. Несчастье они сбрасывают с себя недоуменным пожатием плеч, а в счастье запахиваются, словно в ослепительно нарядный плащ. Они не удостаиваются замечать невзгод, и так до самой смерти. Если кому-то на земле и следует завидовать, то обладателям этого чудесного дара.

   Есть люди, которых жалует фортуна. Во всяком случае, в этом уверены окружающие, которые испытывают по отношению к баловням удачи лютую зависть, смешанную с восхищением. Вообще-то ударов судьбы на их долю приходится не меньше, чем улыбок, просто счастливцы никогда не унывают и не жалуются. Несчастье они сбрасывают с себя недоуменным пожатием плеч, а в счастье запахиваются, словно в ослепительно нарядный плащ. Они не удостаиваются замечать невзгод, и так до самой смерти. Если кому-то на земле и следует завидовать, то обладателям этого чудесного дара.

   — Сокол и Ласточка · книга
9. «

   Знаю, что требую от тебя невозможного. Но ведь тебя учили: «Почти невозможное — возможно».

   Знаю, что требую от тебя невозможного. Но ведь тебя учили: «Почти невозможное — возможно».

   — Алмазная колесница · книга
10. «

    Очень по-русски... заготовить впрок больше необходимого, а потом бросить — пускай гниёт.

    Очень по-русски... заготовить впрок больше необходимого, а потом бросить — пускай гниёт.

    — Алтын-толобас · книга
11. «

    Люди не просто богатые, а сверхбогатые и титулованные национальной принадлежности не имеют.

    Люди не просто богатые, а сверхбогатые и титулованные национальной принадлежности не имеют.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
12. «

    Худшее из преступлений — вероломство. Нет ничего отвратительней, чем сломать веру — в Бога ли, в того ли, кого считал другом и любил, кому доверял.

    Худшее из преступлений — вероломство. Нет ничего отвратительней, чем сломать веру — в Бога ли, в того ли, кого считал другом и любил, кому доверял.

    — Алтын-толобас · книга
13. «

    Самый существенный вывод, извлеченный из прожитых лет, сводился к предельно короткой максиме, которая стоила всех философских учений вместе взятых: стареть — это хорошо. «Стареть» означает «созревать», то есть становиться не хуже, а лучше — сильнее, мудрее, завершенней. Если же человек, старясь, ощущает не приобретение, а потерю, значит, его корабль сбился с курса.

    Самый существенный вывод, извлеченный из прожитых лет, сводился к предельно короткой максиме, которая стоила всех философских учений вместе взятых: стареть — это хорошо. «Стареть» означает «созревать», то есть становиться не хуже, а лучше — сильнее, мудрее, завершенней. Если же человек, старясь, ощущает не приобретение, а потерю, значит, его корабль сбился с курса.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
14. «

    Есть вещи, которые прощать нельзя, иначе в мире нарушится равновесие.

    Есть вещи, которые прощать нельзя, иначе в мире нарушится равновесие.

    — Алмазная колесница · книга
15. «

    В суициде может быть своя эстетика, но не зрительная — повествовательная. Красоту такого произведения искусства оценят не те, кто видел сцену смерти или обнаружил обезображенный труп, а те, кто услышал историю произошедшей трагедии.

    В суициде может быть своя эстетика, но не зрительная — повествовательная. Красоту такого произведения искусства оценят не те, кто видел сцену смерти или обнаружил обезображенный труп, а те, кто услышал историю произошедшей трагедии.

    — Писатель и самоубийство · книга
16. «

    — На свете счастья нет, но есть покой и воля... — Это ошибочное рассуждение, сделанное человеком, который боится быть счастливым.

    — На свете счастья нет, но есть покой и воля... — Это ошибочное рассуждение, сделанное человеком, который боится быть счастливым.

    — Весь мир театр · книга
17. «

    — Какие же это патриоты? — пожал плечами Гэндзи. — Просто к-крикуны. Законный повод подрать глотку, не более. Истинный патриотизм, как и истинная любовь, никогда о себе не кричит.

    — Какие же это патриоты? — пожал плечами Гэндзи. — Просто к-крикуны. Законный повод подрать глотку, не более. Истинный патриотизм, как и истинная любовь, никогда о себе не кричит.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
18. «

    Жизнь жестока, бессмысленна и, в сущности, бесконечно унизительна. Все её красы, наслаждения и соблазны существуют лишь для того, чтобы человек разнежился, улегся на спину и принялся доверчиво болтать всеми четырьмя лапами, подставив жизни беззащитное брюхо. Тут-то она своего не упустит — ударит так, что с визгом понесешься, поджав хвост.

    Жизнь жестока, бессмысленна и, в сущности, бесконечно унизительна. Все её красы, наслаждения и соблазны существуют лишь для того, чтобы человек разнежился, улегся на спину и принялся доверчиво болтать всеми четырьмя лапами, подставив жизни беззащитное брюхо. Тут-то она своего не упустит — ударит так, что с визгом понесешься, поджав хвост.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
19. «

    Всё, что когда-то было, и все, кто когда-то жил, остаются навсегда.

    Всё, что когда-то было, и все, кто когда-то жил, остаются навсегда.

    — Кладбищенские истории · книга
20. «

    Любовь — временная аренда тела, либо вечная привязанность души.

    Любовь — временная аренда тела, либо вечная привязанность души.

    — Ф. М. · книга