213 фраз Бориса Акунина, которые запоминаются

Подборка из 213 цитат Бориса Акунина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всему объективному грош цена, значение имеет только то, что субъективно.

   Всему объективному грош цена, значение имеет только то, что субъективно.

   — Алтын-толобас · книга
2. «

   — Сейчас так много слабых мужчин, ваш пол вырождается. Скоро лет через сто, двести, мужчины станут не отличимы от женщин.

   — Сейчас так много слабых мужчин, ваш пол вырождается. Скоро лет через сто, двести, мужчины станут не отличимы от женщин.

   — Лидия Савельевна · книга
3. «

   Женщины вечно преувеличивают своё воздействие на мужчин.

   Женщины вечно преувеличивают своё воздействие на мужчин.

   — Митрофаний · книга
4. «

   Британцы настолько ценят человеческую жизнь, что худшим из грехов почитают самоубийство – и за попытку наложить на себя руки карают смертной казнью.

   Британцы настолько ценят человеческую жизнь, что худшим из грехов почитают самоубийство – и за попытку наложить на себя руки карают смертной казнью.

   — Турецкий гамбит · книга
5. «

   Личной честью нельзя поступаться никогда и ни по каким резонам.

   Личной честью нельзя поступаться никогда и ни по каким резонам.

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
6. «

   Если б Филиппу задать вопрос, в чем самый главный секрет служебного успеха — ответил бы не задумываясь, потому что эту истину знал печенкой, всем нутром: надо добиться, чтоб начальник без тебя был как без рук, а прочее приложится.

   Если б Филиппу задать вопрос, в чем самый главный секрет служебного успеха — ответил бы не задумываясь, потому что эту истину знал печенкой, всем нутром: надо добиться, чтоб начальник без тебя был как без рук, а прочее приложится.

   — Аристономия · книга
7. «

   Любовь — временная аренда тела, либо вечная привязанность души.

   Любовь — временная аренда тела, либо вечная привязанность души.

   — Ф. М. · книга
8. «

   Человек никогда не должен говорить о себе: «Я — дерьмо». Если ты оказался никчемен или совершил что-то гадкое, говори: «Я в дерьме». Потому что, если ты угодил в дерьмо даже по собственной вине, еще можно выкарабкаться и отчиститься. Но если ты признал себя дерьмом, ты соглашаешься на вечное существование в выгребной яме.

   Человек никогда не должен говорить о себе: «Я — дерьмо». Если ты оказался никчемен или совершил что-то гадкое, говори: «Я в дерьме». Потому что, если ты угодил в дерьмо даже по собственной вине, еще можно выкарабкаться и отчиститься. Но если ты признал себя дерьмом, ты соглашаешься на вечное существование в выгребной яме.

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
9. «

   Из всех наслаждений, отпущенных человеку, самое изысканное — шевелить мозгами.

   Из всех наслаждений, отпущенных человеку, самое изысканное — шевелить мозгами.

   — Алмазная колесница · книга
10. «

    Все-таки мужчины поразительные существа. Им кажется, что если сто лет назад в миг слабости ты ему что-то позволила, это имеет какое-то значение.

    Все-таки мужчины поразительные существа. Им кажется, что если сто лет назад в миг слабости ты ему что-то позволила, это имеет какое-то значение.

    — Мона Турусова · книга
11. «

    Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

    Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

    — Пелагия · книга
12. «

    ... Если со мной стряслась какая-нибудь беда, надо, едва пройдёт первая боль, встряхнуться и сказать себе: «ЗАЧЕМ это со мной произошло? Ради какой пользы и какого блага? Что здесь такого, от чего моя душа станет выше и сильнее?» Ещё не было случая, чтоб, подумав, я не нашёл ответа.

    ... Если со мной стряслась какая-нибудь беда, надо, едва пройдёт первая боль, встряхнуться и сказать себе: «ЗАЧЕМ это со мной произошло? Ради какой пользы и какого блага? Что здесь такого, от чего моя душа станет выше и сильнее?» Ещё не было случая, чтоб, подумав, я не нашёл ответа.

    — Сокол и Ласточка · книга
13. «

    Любовь — это незащищенность, уязвимость, несвобода и постоянный страх за того, кого любишь и можешь лишиться. Я много размышлял о том, что же это за штука такая — любовь. И, кажется, понял.

    Любовь — это незащищенность, уязвимость, несвобода и постоянный страх за того, кого любишь и можешь лишиться. Я много размышлял о том, что же это за штука такая — любовь. И, кажется, понял.

    — Сокол и Ласточка · книга
14. «

    От нервного возбуждения тянуло на что-нибудь особенно крамольное: хот-дог или даже гамбургер.

    От нервного возбуждения тянуло на что-нибудь особенно крамольное: хот-дог или даже гамбургер.

    — Алтын-толобас · книга
15. «

    Судить о народе следует по его лучшим, а не худшим представителям.

    Судить о народе следует по его лучшим, а не худшим представителям.

    — Алмазная колесница · книга
16. «

    Правильно построенная любовь заканчивается не смертью, а утонченным финалом, так чтобы у обоих потом остались красивые воспоминания. Мы не даем чувству умереть, мы срезаем его, как цветок. Это немного больно, но зато потом не остается ни обиды, ни горечи.

    Правильно построенная любовь заканчивается не смертью, а утонченным финалом, так чтобы у обоих потом остались красивые воспоминания. Мы не даем чувству умереть, мы срезаем его, как цветок. Это немного больно, но зато потом не остается ни обиды, ни горечи.

    — Алмазная колесница · книга
17. «

    Швейцарский революционер — звучит смешно. Как пудель-людоед.

    Швейцарский революционер — звучит смешно. Как пудель-людоед.

    — Теофельс · книга
18. «

    — На свете счастья нет, но есть покой и воля... — Это ошибочное рассуждение, сделанное человеком, который боится быть счастливым.

    — На свете счастья нет, но есть покой и воля... — Это ошибочное рассуждение, сделанное человеком, который боится быть счастливым.

    — Весь мир театр · книга
19. «

    Ведь единственное настоящее богатство, которое у человека никто не отнимет, — его неповторимый жизненный опыт.

    Ведь единственное настоящее богатство, которое у человека никто не отнимет, — его неповторимый жизненный опыт.

    — Пелагия и красный петух · книга
20. «

    Человек, долго шедший по Пути, а потом свернувший с него к тенистой роще, повесится там на первом же дереве.

    Человек, долго шедший по Пути, а потом свернувший с него к тенистой роще, повесится там на первом же дереве.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга