132 цитаты Бориса Леонидовича Пастернака — подборка на все случаи

Подборка из 132 цитаты Бориса Леонидовича Пастернака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Так ли хорошо ты всю себя знаешь? Человеческая, в особенности женская природа так темна и противоречива! Каким-то уголком своего отвращения ты, может быть, в большем подчинении у него, чем у кого бы то ни было другого, кого ты любишь по доброй воле, без принуждения.

   Так ли хорошо ты всю себя знаешь? Человеческая, в особенности женская природа так темна и противоречива! Каким-то уголком своего отвращения ты, может быть, в большем подчинении у него, чем у кого бы то ни было другого, кого ты любишь по доброй воле, без принуждения.

   — Юрий Живаго · книга
2. «

   На протяженье многих зим Я помню дни солнцеворота, И каждый был неповторим И повторялся вновь без счета.

   На протяженье многих зим Я помню дни солнцеворота, И каждый был неповторим И повторялся вновь без счета.
3. «

   Я пропал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу ходу нет.

   Я пропал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу ходу нет.
4. «

   При Вашей исключительной подлинности, — мне с Вами переписываться не легче, чем с самим собой.

   При Вашей исключительной подлинности, — мне с Вами переписываться не легче, чем с самим собой.

   — Марина Цветаева · книга
5. «

   ... и тогда Лара подумала, с какой старательностью пьяные всегда любят изображать пьяных, и с тем более бездарной и любительской подчеркнутостью, чем они пьянее.

   ... и тогда Лара подумала, с какой старательностью пьяные всегда любят изображать пьяных, и с тем более бездарной и любительской подчеркнутостью, чем они пьянее.

   — Доктор Живаго · книга
6. «

   Современные течения вообразили, что искусство как фонтан, тогда как оно — губка. Они решили, что искусство должно бить, тогда как оно должно всасывать и насыщаться. Они сочли, что оно может быть разложено на средства изобразительности, тогда как оно складывается из органов восприятия. Ему следует всегда быть в зрителях и глядеть всех чище, восприимчивей и верней, а в наши дни оно познало пудру, уборную и показывается с эстрады.

   Современные течения вообразили, что искусство как фонтан, тогда как оно — губка. Они решили, что искусство должно бить, тогда как оно должно всасывать и насыщаться. Они сочли, что оно может быть разложено на средства изобразительности, тогда как оно складывается из органов восприятия. Ему следует всегда быть в зрителях и глядеть всех чище, восприимчивей и верней, а в наши дни оно познало пудру, уборную и показывается с эстрады.
7. «

   Все мы стали людьми лишь в той мере, в какой людей любили и имели случай любить.

   Все мы стали людьми лишь в той мере, в какой людей любили и имели случай любить.
8. «

   История задумана именно как план, и теория этого плана есть Евангелие. И самая ответственная, самая христианская часть этого плана есть социализм.

   История задумана именно как план, и теория этого плана есть Евангелие. И самая ответственная, самая христианская часть этого плана есть социализм.
9. «

   Все нынешней весной особое, Живее воробьёв шумиха. Я даже выразить не пробую, Как на душе светло и тихо.

   Все нынешней весной особое, Живее воробьёв шумиха. Я даже выразить не пробую, Как на душе светло и тихо.
10. «

    Я положу черты твои на бумагу, как после страшной бури, взрывающей море до основания, ложатся на песок следы сильнейшей, дальше всего доплескивавшейся волны. Ломаной извилистой линией накидывает море пемзу, пробку, ракушку, водоросли, самое легкое и невесомое, что оно могло поднять со дна. Это бесконечно тянущаяся вдаль береговая граница самого высокого прибоя. Так прибило тебя бурей жизни ко мне, гордость моя. Так я изображу тебя.

    Я положу черты твои на бумагу, как после страшной бури, взрывающей море до основания, ложатся на песок следы сильнейшей, дальше всего доплескивавшейся волны. Ломаной извилистой линией накидывает море пемзу, пробку, ракушку, водоросли, самое легкое и невесомое, что оно могло поднять со дна. Это бесконечно тянущаяся вдаль береговая граница самого высокого прибоя. Так прибило тебя бурей жизни ко мне, гордость моя. Так я изображу тебя.

    — Юрий Живаго · книга
11. «

    В нашу прозу с ее безобразьем С октября забредает зима. Небеса опускаются наземь, Точно занавеса бахрома.

    В нашу прозу с ее безобразьем С октября забредает зима. Небеса опускаются наземь, Точно занавеса бахрома.
12. «

    Вы помните еще ту сухость в горле, Когда, бряцая голой силой зла, Навстречу нам горланили и перли И осень шагом испытаний шла?

    Вы помните еще ту сухость в горле, Когда, бряцая голой силой зла, Навстречу нам горланили и перли И осень шагом испытаний шла?
13. «

    Как я трогал тебя! Даже губ моих медью Трогал так, как трагедией трогают зал. Поцелуй был как лето. Он медлил и медлил, Лишь потом разражалась гроза.

    Как я трогал тебя! Даже губ моих медью Трогал так, как трагедией трогают зал. Поцелуй был как лето. Он медлил и медлил, Лишь потом разражалась гроза.
14. «

    Сними ладонь с моей груди, Мы провода под током. Друг к другу вновь, того гляди, Нас бросит ненароком.

    Сними ладонь с моей груди, Мы провода под током. Друг к другу вновь, того гляди, Нас бросит ненароком.
15. «

    Ослепляя блеском, Вечерело в семь. С улиц к занавескам Подступала темь. Люди — манекены, Только страсть с тоской Водит по Вселенной Шарящей рукой. Сердце под ладонью Дрожью выдает Бегство и погоню, Трепет и полёт. Чувству на свободе Вольно налегке, Точно рвёт поводья Лошадь в мундштуке.

    Ослепляя блеском, Вечерело в семь. С улиц к занавескам Подступала темь. Люди — манекены, Только страсть с тоской Водит по Вселенной Шарящей рукой. Сердце под ладонью Дрожью выдает Бегство и погоню, Трепет и полёт. Чувству на свободе Вольно налегке, Точно рвёт поводья Лошадь в мундштуке.
16. «

    Как велико и неизгладимо должно быть унижение человека, чтобы, наперёд отождествив все новые нечаянности с прошедшим, он дорос до потребности в земле, новой с самого основания и ничем не похожей на ту, на которой его так обидели или поразили!

    Как велико и неизгладимо должно быть унижение человека, чтобы, наперёд отождествив все новые нечаянности с прошедшим, он дорос до потребности в земле, новой с самого основания и ничем не похожей на ту, на которой его так обидели или поразили!

    — Сережа · книга
17. «

    Тучи, кaк вoлoсы, встaли дыбoм Нaд дымнoй, блeднoй Нeвoй Ктo ты! O, ктo ты! Ктo бы ты ни был, Гopoд — вымысeл твoй.

    Тучи, кaк вoлoсы, встaли дыбoм Нaд дымнoй, блeднoй Нeвoй Ктo ты! O, ктo ты! Ктo бы ты ни был, Гopoд — вымысeл твoй.
18. «

    И русская судьба безбрежней, Чем может грезиться во сне, И вечно остается прежней При небывалой новизне.

    И русская судьба безбрежней, Чем может грезиться во сне, И вечно остается прежней При небывалой новизне.
19. «

    Быть знаменитым некрасиво, не это поднимает ввысь. Hе надо создавать архива, над рукописями трястись, цель творчества — самоотдача а не шумиха, не успех. постыдно ничего не знача быть притчей на устах у всех.

    Быть знаменитым некрасиво, не это поднимает ввысь. Hе надо создавать архива, над рукописями трястись, цель творчества — самоотдача а не шумиха, не успех. постыдно ничего не знача быть притчей на устах у всех.
20. «

    Его умение держать себя превышало нынешние русские возможности. В этой черте сказывался человек приезжий.

    Его умение держать себя превышало нынешние русские возможности. В этой черте сказывался человек приезжий.

    — Доктор Живаго · книга