149 лучших цитат — Борис Леонидович Пастернак

Подборка из 149 цитат Бориса Леонидовича Пастернака: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Советская власть постепенно выродилась в какую-то мещанскую атеистическую богадельню. Пенсии, пайки, субсидии, только еще не в пелеринках интеллигенция и гулять не водят парами, а то совершенный приют для сирот, держат впроголодь и заставляют исповедовать неверье, молясь о спасенье от вши, снимать шапки при исполнении интернационала и т. д. Портреты ВЦИКа, курьеры, присутственные и неприсутственные дни. Вот оно.

   Советская власть постепенно выродилась в какую-то мещанскую атеистическую богадельню. Пенсии, пайки, субсидии, только еще не в пелеринках интеллигенция и гулять не водят парами, а то совершенный приют для сирот, держат впроголодь и заставляют исповедовать неверье, молясь о спасенье от вши, снимать шапки при исполнении интернационала и т. д. Портреты ВЦИКа, курьеры, присутственные и неприсутственные дни. Вот оно.
2. «

   Есенин к жизни своей отнесся как к сказке. Он Иван-царевичем на Сером Волке перелетел океан и, как Жар-птицу, поймал за хвост Айседору Дункан. Он и стихи свои писал сказочными способами: то, как из карт, раскладывая пасьянсы из слов, то записывая их кровью сердца.

   Есенин к жизни своей отнесся как к сказке. Он Иван-царевичем на Сером Волке перелетел океан и, как Жар-птицу, поймал за хвост Айседору Дункан. Он и стихи свои писал сказочными способами: то, как из карт, раскладывая пасьянсы из слов, то записывая их кровью сердца.

   — Люди и положения · книга
3. «

   Тучи, кaк вoлoсы, встaли дыбoм Нaд дымнoй, блeднoй Нeвoй Ктo ты! O, ктo ты! Ктo бы ты ни был, Гopoд — вымысeл твoй.

   Тучи, кaк вoлoсы, встaли дыбoм Нaд дымнoй, блeднoй Нeвoй Ктo ты! O, ктo ты! Ктo бы ты ни был, Гopoд — вымысeл твoй.
4. «

   Лучше никогда не говорить лишнего. Это истина вечная. Слово серебро, а молчание золото.

   Лучше никогда не говорить лишнего. Это истина вечная. Слово серебро, а молчание золото.

   — Доктор Живаго · книга
5. «

   Я кончился, а ты жива. И ветер, жалуясь и плача, Раскачивает лес и дачу. Не каждую сосну отдельно, А полностью все дерева Со всею далью беспредельной, Как парусников кузова На глади бухты корабельной. И это не из удальства Или из ярости бесцельной, А чтоб в тоске найти слова Тебе для песни колыбельной.

   Я кончился, а ты жива. И ветер, жалуясь и плача, Раскачивает лес и дачу. Не каждую сосну отдельно, А полностью все дерева Со всею далью беспредельной, Как парусников кузова На глади бухты корабельной. И это не из удальства Или из ярости бесцельной, А чтоб в тоске найти слова Тебе для песни колыбельной.
6. «

   О, как хочется иногда из бездарно-возвышенного, беспросветного человеческого словоговорения в кажущееся безмолвие природы, в каторжное беззвучие долгого, упорного труда, в бессловесность крепкого сна, истинной музыки и немеющего от полноты души тихого сердечного прикосновения!

   О, как хочется иногда из бездарно-возвышенного, беспросветного человеческого словоговорения в кажущееся безмолвие природы, в каторжное беззвучие долгого, упорного труда, в бессловесность крепкого сна, истинной музыки и немеющего от полноты души тихого сердечного прикосновения!

   — Доктор Живаго · книга
7. «

   Но надо жить без самозванства, Так жить, чтобы в конце концов Привлечь к себе любовь пространства, Услышать будущего зов.

   Но надо жить без самозванства, Так жить, чтобы в конце концов Привлечь к себе любовь пространства, Услышать будущего зов.
8. «

   Ни у какой истинной книги нет первой страницы. Как лесной шум, она зарождается Бог весть где, и растет, и катится, будя заповедные дебри, и вдруг, в самый темный, ошеломительный и панический миг, заговаривает всеми вершинами сразу, докатившись.

   Ни у какой истинной книги нет первой страницы. Как лесной шум, она зарождается Бог весть где, и растет, и катится, будя заповедные дебри, и вдруг, в самый темный, ошеломительный и панический миг, заговаривает всеми вершинами сразу, докатившись.
9. «

   Глухая пора листопада, Последних гусей косяки. Расстраиваться не надо: У страха глаза велики.

   Глухая пора листопада, Последних гусей косяки. Расстраиваться не надо: У страха глаза велики.
10. «

    Я больше всех удач и бед За то тебя любил, Что пожелтелый белый свет С тобой — белей белил.

    Я больше всех удач и бед За то тебя любил, Что пожелтелый белый свет С тобой — белей белил.
11. «

    Всю жизнь он что-нибудь да делал, вечно бывал занят, работал по дому, лечил, мыслил, изучал, производил. Как хорошо было перестать действовать, добиваться, думать и на время предоставить этот труд природе, самому стать вещью, замыслом, произведением в её милостивых, восхитительных, красоту расточающих руках!

    Всю жизнь он что-нибудь да делал, вечно бывал занят, работал по дому, лечил, мыслил, изучал, производил. Как хорошо было перестать действовать, добиваться, думать и на время предоставить этот труд природе, самому стать вещью, замыслом, произведением в её милостивых, восхитительных, красоту расточающих руках!

    — Доктор Живаго · книга
12. «

    Не слушай сплетен о другом. Чурайся старых своден. Ни в чём не меряйся с врагом, Его пример не годен.

    Не слушай сплетен о другом. Чурайся старых своден. Ни в чём не меряйся с врагом, Его пример не годен.
13. «

    Настанет новый, лучший век. Исчезнут очевидцы. Мученья маленьких калек Не смогут позабыться.

    Настанет новый, лучший век. Исчезнут очевидцы. Мученья маленьких калек Не смогут позабыться.
14. «

    Я без ума, без памяти, без конца люблю тебя.

    Я без ума, без памяти, без конца люблю тебя.

    — Доктор Живаго · книга
15. «

    Я — человек отвратительный. Мне на пользу только дурное, а хорошее во вред. Право, я словно рак, который хорошеет в кипятке.

    Я — человек отвратительный. Мне на пользу только дурное, а хорошее во вред. Право, я словно рак, который хорошеет в кипятке.
16. «

    Маяковского стали вводить принудительно, как картофель при Екатерине. Это было его второй смертью. В ней он неповинен.

    Маяковского стали вводить принудительно, как картофель при Екатерине. Это было его второй смертью. В ней он неповинен.

    — Люди и положения · книга
17. «

    Бессмертие создано теми, которые его хотят.

    Бессмертие создано теми, которые его хотят.
18. «

    Этим и страшна жизнь кругом. Чем она оглушает, громом и молнией? Нет, косыми взглядами и шепотом оговора. В ней все двусмысленность и подвох. Отдельная нитка, как паутинка, потянул её и нет конца, попробуй выбраться из сети — только больше запутаешься. И над сильным властвует подлый и слабый.

    Этим и страшна жизнь кругом. Чем она оглушает, громом и молнией? Нет, косыми взглядами и шепотом оговора. В ней все двусмысленность и подвох. Отдельная нитка, как паутинка, потянул её и нет конца, попробуй выбраться из сети — только больше запутаешься. И над сильным властвует подлый и слабый.

    — Доктор Живаго · книга
19. «

    Лара хорошо училась не из отвлеченной тяги к знаниям, а потому что для освобождения от платы за учение надо было быть хорошей ученицей, а для этого требовалось хорошо учиться.

    Лара хорошо училась не из отвлеченной тяги к знаниям, а потому что для освобождения от платы за учение надо было быть хорошей ученицей, а для этого требовалось хорошо учиться.

    — Доктор Живаго · книга
20. «

    Не спи, не спи, художник, Не предавайся сну, Ты – вечности заложник У времени в плену.

    Не спи, не спи, художник, Не предавайся сну, Ты – вечности заложник У времени в плену.