42 цитаты Бруно Ясенского для поста и дневника

Подборка из 42 цитаты Бруно Ясенского: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Хотите учить других — сами сначала поучитесь! Пока люди не поумнеют, ничего с ними не сделаете. А поумнеют — без вас поймут!..

   Хотите учить других — сами сначала поучитесь! Пока люди не поумнеют, ничего с ними не сделаете. А поумнеют — без вас поймут!..

   — Старик · книга
2. «

   Жизнь оказалась предприятием убыточным, и мистер Давид Лингслей чувствовал, что он без сожаления закрывает торговую книгу. Стоило ему двадцать долгих лет, днем и ночью, как каторжнику, вертеть тяжелые жернова миллионов, обильно смазывая их липким красным маслом, чтобы в момент подведения баланса убедиться. что в трудолюбиво сооружаемых амбарах вместо муки миллионами расплодились крысы цифр.

   Жизнь оказалась предприятием убыточным, и мистер Давид Лингслей чувствовал, что он без сожаления закрывает торговую книгу. Стоило ему двадцать долгих лет, днем и ночью, как каторжнику, вертеть тяжелые жернова миллионов, обильно смазывая их липким красным маслом, чтобы в момент подведения баланса убедиться. что в трудолюбиво сооружаемых амбарах вместо муки миллионами расплодились крысы цифр.

   — Я жгу Париж · книга
3. «

   — Война неизбежна. Думаешь, мы в провинции этого не понимаем? Ну, а стоит Советскому Союзу набить морду Гитлеру — все здесь полетит вверх тормашками. Будь покоен, люди только этого и ждут. — Вот как! Оказывается, это у вас распространенное мнение! Я слыхал его уже сегодня от одного товарища в Кельне. Значит, поскольку мы сами не в состоянии управиться с «наци», надо ждать, покуда их победит Советский Союз?

   — Война неизбежна. Думаешь, мы в провинции этого не понимаем? Ну, а стоит Советскому Союзу набить морду Гитлеру — все здесь полетит вверх тормашками. Будь покоен, люди только этого и ждут. — Вот как! Оказывается, это у вас распространенное мнение! Я слыхал его уже сегодня от одного товарища в Кельне. Значит, поскольку мы сами не в состоянии управиться с «наци», надо ждать, покуда их победит Советский Союз?

   — Эрнст Гейль · книга
4. «

   Увы, ничто не в состоянии вернуть дважды утраченные иллюзии!

   Увы, ничто не в состоянии вернуть дважды утраченные иллюзии!

   — Главный виновник · книга
5. «

   Мы никогда не покончим с кризисом, не покончив прежде с советами.

   Мы никогда не покончим с кризисом, не покончив прежде с советами.

   — Посетитель кафе · книга
6. «

   Вот отец Франциск говорил на прошлой неделе: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу — в царство небесное». А сам каждое воскресенье принимает от белых богачей подарки всякие — вина да фрукты — и часами любезно с ними беседует, а когда уходят, провожает их до автомобиля, ничуть не смущаясь тем, что они не войдут в царство небесное.

   Вот отец Франциск говорил на прошлой неделе: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу — в царство небесное». А сам каждое воскресенье принимает от белых богачей подарки всякие — вина да фрукты — и часами любезно с ними беседует, а когда уходят, провожает их до автомобиля, ничуть не смущаясь тем, что они не войдут в царство небесное.

   — Пэан Тцян-куэя · книга
7. «

   В большинстве стран в этот вечер, по очень старому обычаю, люди собирались в ресторанах и на частных квартирах, много ели и выпивали, поминутно поглядывая на часы. Ровно в двенадцать под общий звон и гомон они поднимали тост за наступивший Новый год. Большинство из них полагало, что истекший год был на редкость плох и тяжел, но новый будет непременно лучше. Впрочем, так они думали и год тому назад.

   В большинстве стран в этот вечер, по очень старому обычаю, люди собирались в ресторанах и на частных квартирах, много ели и выпивали, поминутно поглядывая на часы. Ровно в двенадцать под общий звон и гомон они поднимали тост за наступивший Новый год. Большинство из них полагало, что истекший год был на редкость плох и тяжел, но новый будет непременно лучше. Впрочем, так они думали и год тому назад.

   — Заговор равнодушных · книга
8. «

   Не бойся врагов — в худшем случае они могут тебя убить. Не бойся друзей — в худшем случае они могут тебя предать. Бойся равнодушных — они не убивают и не предают, но с их молчаливого согласия существует на земле предательство и ложь.

   Не бойся врагов — в худшем случае они могут тебя убить. Не бойся друзей — в худшем случае они могут тебя предать. Бойся равнодушных — они не убивают и не предают, но с их молчаливого согласия существует на земле предательство и ложь.

   — Заговор равнодушных · книга
9. «

   Когда человек работает, как вол, ему не до вегетарианства. Ему нужен добрый кусок воловьего мяса.

   Когда человек работает, как вол, ему не до вегетарианства. Ему нужен добрый кусок воловьего мяса.

   — Заговор равнодушных · книга
10. «

    Весь земной шар, как гигантский хоккейный матч, был обмотан постромками рельсов. На сотни тысяч километров тянулись они через поля и овраги, продирая густую шерсть лесов и набухая рубцом на незащищенной плеши пустынь. Поэты сравнивали их с щупальцами спрута, зажавшего в своих объятиях землю. Ученые сравнивали их с системой кровеносных сосудов.

    Весь земной шар, как гигантский хоккейный матч, был обмотан постромками рельсов. На сотни тысяч километров тянулись они через поля и овраги, продирая густую шерсть лесов и набухая рубцом на незащищенной плеши пустынь. Поэты сравнивали их с щупальцами спрута, зажавшего в своих объятиях землю. Ученые сравнивали их с системой кровеносных сосудов.

    — Заговор равнодушных · книга
11. «

    Война вдруг кончилась. Так утверждали газеты. На самом деле она продолжалась по ночам. Он не довоевал нескольких месяцев, и она мстила ему каждую ночь. Она заставляла его переживать заново часы смертельного страха, велела умирать на сотни ладов ему, ухитрившемуся не умереть раз по-настоящему.

    Война вдруг кончилась. Так утверждали газеты. На самом деле она продолжалась по ночам. Он не довоевал нескольких месяцев, и она мстила ему каждую ночь. Она заставляла его переживать заново часы смертельного страха, велела умирать на сотни ладов ему, ухитрившемуся не умереть раз по-настоящему.

    — Главный виновник · книга
12. «

    Пусть девушка подумает. Это всегда полезно.

    Пусть девушка подумает. Это всегда полезно.

    — Эрнст Гейль · книга
13. «

    Ваша наука, которой вы так горды и которую мы приезжаем к вам изучать, не служит господству человека над природой, а является лишь орудием для эксплуатации рабочих и для порабощения более слабых народов.

    Ваша наука, которой вы так горды и которую мы приезжаем к вам изучать, не служит господству человека над природой, а является лишь орудием для эксплуатации рабочих и для порабощения более слабых народов.

    — Пэан Тцян-куэя · книга
14. «

    Если вы ненавидите их по настоящему, вы сумеете обмануть их отлично.

    Если вы ненавидите их по настоящему, вы сумеете обмануть их отлично.

    — Эрнст Гейль · книга
15. «

    Куда же плывет эта несчастная страна? Долго ли ей плыть во мраке? И выплывет ли она когда-нибудь?

    Куда же плывет эта несчастная страна? Долго ли ей плыть во мраке? И выплывет ли она когда-нибудь?

    — Пэан Тцян-куэя · книга
16. «

    Он знал, как катехизис, как десять заповедей солдата, внушаемых унтерами новобранцам, что всякая война священна, каждый воюет в защиту цивилизации и всегда кому-то необходимо куда-то продвинуть какие-то форпосты. Он знал, что газеты — это те же унтера, только для штатских.

    Он знал, как катехизис, как десять заповедей солдата, внушаемых унтерами новобранцам, что всякая война священна, каждый воюет в защиту цивилизации и всегда кому-то необходимо куда-то продвинуть какие-то форпосты. Он знал, что газеты — это те же унтера, только для штатских.

    — Главный виновник · книга
17. «

    Кончилось все тем, чем должно было кончиться в эпоху монополий, не допускающих конкуренции мелких аутсайдеров. Папашу Фрица вместе с его художником посадили в каталажку, а толстому Фрицу пришлось покинуть гимназию.

    Кончилось все тем, чем должно было кончиться в эпоху монополий, не допускающих конкуренции мелких аутсайдеров. Папашу Фрица вместе с его художником посадили в каталажку, а толстому Фрицу пришлось покинуть гимназию.

    — Заговор равнодушных · книга
18. «

    То, что поражает человека, спавшего двадцать шесть лет и не имевшего соприкосновения с вашей цивилизацией, это даже не столько моральный упадок, сколько беспредельная тупость этого поколения, глубоко уверенного в своем превосходстве.

    То, что поражает человека, спавшего двадцать шесть лет и не имевшего соприкосновения с вашей цивилизацией, это даже не столько моральный упадок, сколько беспредельная тупость этого поколения, глубоко уверенного в своем превосходстве.

    — Бенжамен Ульмо · книга
19. «

    Лица часто обманывают, руки не обманывают никогда.

    Лица часто обманывают, руки не обманывают никогда.

    — Эрнст Гейль · книга
20. «

    Убить человека не так легко, как кажется.

    Убить человека не так легко, как кажется.

    — Профессор · книга