376 мудрых мыслей Чака Паланика

Ниже 376 цитат Чака Паланика — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Наши враги, это другие люди. День за днем, с утра до ночи. Люди, с которыми мы стоим в пробках. Люди, которые стоят перед нами в очереди в супермаркете. Кассиры в тех же супермаркетах, которые нас ненавидят за то, что им приходится нас обслуживать. Людям совсем не хотелось, чтобы этот убийца был человеком. Но им хотелось, чтобы умирали другие люди.

   Наши враги, это другие люди. День за днем, с утра до ночи. Люди, с которыми мы стоим в пробках. Люди, которые стоят перед нами в очереди в супермаркете. Кассиры в тех же супермаркетах, которые нас ненавидят за то, что им приходится нас обслуживать. Людям совсем не хотелось, чтобы этот убийца был человеком. Но им хотелось, чтобы умирали другие люди.

   — сестра Виджиланте · книга
2. «

   Такое ощущение, что я — просто очередное задание, еще один пункт в ежедневнике Господа Бога. А лет через тридцать или, может, на будущий год Господь зачеркнет меня жирной линией в своем ежедневнике. Готово.

   Такое ощущение, что я — просто очередное задание, еще один пункт в ежедневнике Господа Бога. А лет через тридцать или, может, на будущий год Господь зачеркнет меня жирной линией в своем ежедневнике. Готово.

   — Уцелевший · книга
3. «

   Если у тебя перо в заднице, это еще не значит, что ты павлин.

   Если у тебя перо в заднице, это еще не значит, что ты павлин.

   — Тайлер Дерден · книга
4. «

   Не все любят бейсбол ИЛИ ДАЖЕ рыбалку, но каждый без ума от самого себя. Вы — ваше главное хобби. Вы специалист по самому себе.

   Не все любят бейсбол ИЛИ ДАЖЕ рыбалку, но каждый без ума от самого себя. Вы — ваше главное хобби. Вы специалист по самому себе.

   — Рэнт: Биография Бастера Кейси · книга
5. «

   А сейчас ты еще раз расскажешь мне свою историю. А потом еще и еще раз. Ты будешь повторять одно и тоже на протяжении всей ночи. И тогда ты поймешь, что теперь все это всего лишь рассказ. Рассказ о прошлом. Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на все, что было, и обо все забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

   А сейчас ты еще раз расскажешь мне свою историю. А потом еще и еще раз. Ты будешь повторять одно и тоже на протяжении всей ночи. И тогда ты поймешь, что теперь все это всего лишь рассказ. Рассказ о прошлом. Осознав, что твои горести превратились в пустые слова, ты сможешь с легкостью плюнуть на все, что было, и обо все забыть. А потом спокойно решить, кем ты хочешь стать.

   — Невидимки · книга
6. «

   От слишком громкого комплимента бывает больнее, чем от пощёчины.

   От слишком громкого комплимента бывает больнее, чем от пощёчины.

   — Дневник · книга
7. «

   В один прекрасный день и ты станешь лакомством для червей и удобрением для растений.

   В один прекрасный день и ты станешь лакомством для червей и удобрением для растений.

   — Бойцовский клуб · книга
8. «

   А правда — она простая. Даже если однажды вечером ты читаешь жене и ребенку вслух. Читаешь им колыбельную. А наутро ты просыпаешься, а твоя семья — нет. Ты лежишь в постели, прижавшись к жене. Она еще теплая, но уже не дышит. Твоя дочка не плачет. Дом уже лихорадит от шума движения за окном, от воплей соседского радио, от горячего пара, заключенного в трубах внутри стены. Правда в том, что можно забыть даже этот день — забыть на те пару минут, пока ты завязываешь перед зеркалом галстук.

   А правда — она простая. Даже если однажды вечером ты читаешь жене и ребенку вслух. Читаешь им колыбельную. А наутро ты просыпаешься, а твоя семья — нет. Ты лежишь в постели, прижавшись к жене. Она еще теплая, но уже не дышит. Твоя дочка не плачет. Дом уже лихорадит от шума движения за окном, от воплей соседского радио, от горячего пара, заключенного в трубах внутри стены. Правда в том, что можно забыть даже этот день — забыть на те пару минут, пока ты завязываешь перед зеркалом галстук.

   — Колыбельная · книга
9. «

   Только после смерти мы обретем свои имена, потому что после смерти мы уже не будем безымянной силой. Смерть сделает нас героями.

   Только после смерти мы обретем свои имена, потому что после смерти мы уже не будем безымянной силой. Смерть сделает нас героями.

   — Бойцовский клуб · книга
10. «

    Если люди полагают, что видят тебя в последний раз, они начинают действительно смотреть на тебя. Иначе они говорят с тобой о своих проблемах с банком, о песне, которая играет по радио, или поправляют прическу, пока ты говоришь. А тут тебе принадлежит все их внимание. Они начинают слушать, а до того просто ждали своей очереди заговорить. И даже когда они заговаривают, они уже не говорят про себя. Они говорят с тобой, и после этого разговора вы оба чувствуете себя немного другими.

    Если люди полагают, что видят тебя в последний раз, они начинают действительно смотреть на тебя. Иначе они говорят с тобой о своих проблемах с банком, о песне, которая играет по радио, или поправляют прическу, пока ты говоришь. А тут тебе принадлежит все их внимание. Они начинают слушать, а до того просто ждали своей очереди заговорить. И даже когда они заговаривают, они уже не говорят про себя. Они говорят с тобой, и после этого разговора вы оба чувствуете себя немного другими.

    — Бойцовский клуб · книга
11. «

    Купленная за деньги награда не стоит ни шиша.

    Купленная за деньги награда не стоит ни шиша.

    — Рэнт: Биография Бастера Кейси · книга
12. «

    Ты просыпаешься на пляже. Если я мог проснуться в другое время и в другом месте, почему я не мог проснуться другим человеком? Иногда ты просыпаешься и спрашиваешь, где ты находишься. Ты просыпаешься, и ты нигде. Ты просыпаешься, и этого достаточно.

    Ты просыпаешься на пляже. Если я мог проснуться в другое время и в другом месте, почему я не мог проснуться другим человеком? Иногда ты просыпаешься и спрашиваешь, где ты находишься. Ты просыпаешься, и ты нигде. Ты просыпаешься, и этого достаточно.

    — Тайлер Дерден · книга
13. «

    Хочется посоветовать всем родителям, кто потерял маленького ребенка: придумайте себе хобби. Удивительно, как быстро ты учишься отгораживаться от прошлого, когда тебе есть чем занять руки и голову. Пережить можно все – даже самую страшную боль. Только тебе нужно что-то, что будет тебя отвлекать. Попробуйте вышивать. Или мастерить абажуры из цветного стекла.

    Хочется посоветовать всем родителям, кто потерял маленького ребенка: придумайте себе хобби. Удивительно, как быстро ты учишься отгораживаться от прошлого, когда тебе есть чем занять руки и голову. Пережить можно все – даже самую страшную боль. Только тебе нужно что-то, что будет тебя отвлекать. Попробуйте вышивать. Или мастерить абажуры из цветного стекла.

    — Колыбельная · книга
14. «

    Каждому хочется сделать мир чуточку лучше.

    Каждому хочется сделать мир чуточку лучше.

    — Призраки · книга
15. «

    Сажать меня в тюрьму — это лишнее. Наши законы и бюрократизм и так превратили весь мир в чистый и безопасный исправительно-трудовой лагерь.

    Сажать меня в тюрьму — это лишнее. Наши законы и бюрократизм и так превратили весь мир в чистый и безопасный исправительно-трудовой лагерь.

    — Виктор Манчини · книга
16. «

    Когда мы не знаем, кого нам ненавидеть, в нас появляется ненависть к себе.

    Когда мы не знаем, кого нам ненавидеть, в нас появляется ненависть к себе.

    — Невидимки · книга
17. «

    Каждый имеет право жить там, где может себе позволить. Нам дали волю преследовать счастье всюду, куда можно доехать, долететь, доплыть — чтобы добыть его. Когда слишком много народу ломится в одно место, само собой, они его разрушат, — но такова система счетов и чеков — так самокорректируется рынок. Таким образом, единственный способ сберечь какой-то край — это изгадить его. Нужно выставить его кошмарным перед внешним миром.

    Каждый имеет право жить там, где может себе позволить. Нам дали волю преследовать счастье всюду, куда можно доехать, долететь, доплыть — чтобы добыть его. Когда слишком много народу ломится в одно место, само собой, они его разрушат, — но такова система счетов и чеков — так самокорректируется рынок. Таким образом, единственный способ сберечь какой-то край — это изгадить его. Нужно выставить его кошмарным перед внешним миром.

    — Дневник · книга
18. «

    Так было и будет всегда, говорит мистер Уиттиер. По той же самой причине дети детей детей наших детей всегда будут воевать друг с другом. Болезни и голод, они никуда не исчезнут. Потому что мы любим боль, нашу боль. Мы любим, когда все плохо. Но мы никогда не признаемся в этом.

    Так было и будет всегда, говорит мистер Уиттиер. По той же самой причине дети детей детей наших детей всегда будут воевать друг с другом. Болезни и голод, они никуда не исчезнут. Потому что мы любим боль, нашу боль. Мы любим, когда все плохо. Но мы никогда не признаемся в этом.

    — Призраки · книга
19. «

    Каждому из нас есть от чего убегать. Когда я говорю «из нас», имею в виду всех людей на свете.

    Каждому из нас есть от чего убегать. Когда я говорю «из нас», имею в виду всех людей на свете.

    — Невидимки · книга
20. «

    Вот поэтому Моисей и увел племена Изралиевы в пустыню... Потому что они столько лет прожили в рабстве. Поколение за поколением, они учились, как быть беспомощными. Чтобы создать расу хозяев из расы рабов, сказал мистер Уиттиер, чтобы научить забитых, смиренных людей самих управлять своей жизнью, Моисею приходилось быть сволочью.

    Вот поэтому Моисей и увел племена Изралиевы в пустыню... Потому что они столько лет прожили в рабстве. Поколение за поколением, они учились, как быть беспомощными. Чтобы создать расу хозяев из расы рабов, сказал мистер Уиттиер, чтобы научить забитых, смиренных людей самих управлять своей жизнью, Моисею приходилось быть сволочью.

    — Мистер Уиттиер · книга