236 фраз Чарльза Буковски, которые запоминаются

Чарльз Буковски — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 236 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Господь или кто-то другой все время творит женщин и выбрасывает их на улицу, и у них то задница слишком большая, то сиськи слишком маленькие, а эта вообще ненормальная, а та просто психованная, эта свихнулась на религии, а та гадает на заварке, эта себя не контролирует, когда пердит, а у той не нос, а шнобель, у третьей ноги костлявые…

   Господь или кто-то другой все время творит женщин и выбрасывает их на улицу, и у них то задница слишком большая, то сиськи слишком маленькие, а эта вообще ненормальная, а та просто психованная, эта свихнулась на религии, а та гадает на заварке, эта себя не контролирует, когда пердит, а у той не нос, а шнобель, у третьей ноги костлявые…

   — Почтамт · книга
2. «

   Просто жить, пока не умрёшь, — уже тяжёлая работа.

   Просто жить, пока не умрёшь, — уже тяжёлая работа.

   — Женщины · книга
3. «

   Человеку нужно, чтобы кто-нибудь был рядом. Если никого нет, его нужно создать, создать таким, каким должен быть человек. Это не фантазии и не обман.

   Человеку нужно, чтобы кто-нибудь был рядом. Если никого нет, его нужно создать, создать таким, каким должен быть человек. Это не фантазии и не обман.

   — Хлеб с ветчиной · книга
4. «

   Я не люблю вечеринки. Во-первых, я не умею танцевать. А во-вторых, люди меня пугают. И особенно — люди на вечеринках. На таких сборищах все стараются показаться весёлыми, остроумными и сексапильными. И даже если им кажется, что у них получается хорошо, на самом деле у них получается плохо. Причём чем сильнее старания, тем кошмарнее результат.

   Я не люблю вечеринки. Во-первых, я не умею танцевать. А во-вторых, люди меня пугают. И особенно — люди на вечеринках. На таких сборищах все стараются показаться весёлыми, остроумными и сексапильными. И даже если им кажется, что у них получается хорошо, на самом деле у них получается плохо. Причём чем сильнее старания, тем кошмарнее результат.

   — Генри Чинаски · книга
5. «

   Стиль — это всё. Это свежий взгляд на скучное и опасное. Стильное, но скучное лучше, чем опасное, но не стильное.

   Стиль — это всё. Это свежий взгляд на скучное и опасное. Стильное, но скучное лучше, чем опасное, но не стильное.

   — Стиль · книга
6. «

   Мир, сотрясаясь, Требует демократии. Демократия не помогает. Не помогают ни христианство, Ни атеизм. Действуют лишь револьвер И человек - При нём.

   Мир, сотрясаясь, Требует демократии. Демократия не помогает. Не помогают ни христианство, Ни атеизм. Действуют лишь револьвер И человек - При нём.

   — Вспышка молнии за горой · книга
7. «

   Мы только и делаем, что дрыхнем, жрем, валяемся да трахаемся. Как слизни. Слизневая любовь, вот как это называется.

   Мы только и делаем, что дрыхнем, жрем, валяемся да трахаемся. Как слизни. Слизневая любовь, вот как это называется.

   — Лидия · книга
8. «

   Иногда просто опускаешься на дно ужаса, задираешь лапки – а все равно никак не сдохнешь.

   Иногда просто опускаешься на дно ужаса, задираешь лапки – а все равно никак не сдохнешь.

   — Луи · книга
9. «

   Пока у человека есть вино и сигареты, он может многое вынести.

   Пока у человека есть вино и сигареты, он может многое вынести.

   — Хлеб с ветчиной · книга
10. «

    ... мы с нею разбегались как минимум раз в неделю — «навсегда»...

    ... мы с нею разбегались как минимум раз в неделю — «навсегда»...

    — Женщины · книга
11. «

    Чем больше у тебя кошек, тем дольше живешь. Если у тебя сто кошек, проживешь в десять раз дольше, чем если у тебя их десяток. Настанет день, когда сделают это открытие, и люди заведут себе по тысяче кошек и будут жить вечно. Обхохочешься.

    Чем больше у тебя кошек, тем дольше живешь. Если у тебя сто кошек, проживешь в десять раз дольше, чем если у тебя их десяток. Настанет день, когда сделают это открытие, и люди заведут себе по тысяче кошек и будут жить вечно. Обхохочешься.

    — О кошках · книга
12. «

    Простой ответ часто неочевиден, но именно простота лежит в основе глубокой истины, в основе работы, в сочинительстве и живописи. Глубина жизни — в ее простоте.

    Простой ответ часто неочевиден, но именно простота лежит в основе глубокой истины, в основе работы, в сочинительстве и живописи. Глубина жизни — в ее простоте.

    — Голливуд · книга
13. «

    — Мне нравятся твои друзья. У меня не получается знать столько народу. Мне нравятся люди! — Мне — нет. — Я знаю, что тебе — нет. А мне нравятся. Люди приходят увидеть тебя. Может, если б они не приходили тебя увидеть, они бы тебе больше нравились. — Нет, чем меньше я их вижу, тем больше они мне нравятся.

    — Мне нравятся твои друзья. У меня не получается знать столько народу. Мне нравятся люди! — Мне — нет. — Я знаю, что тебе — нет. А мне нравятся. Люди приходят увидеть тебя. Может, если б они не приходили тебя увидеть, они бы тебе больше нравились. — Нет, чем меньше я их вижу, тем больше они мне нравятся.

    — Женщины · книга
14. «

    По-моему, поударять лицом в грязь ни для кого не лишне. По-моему, никому не повредит познакомиться с больницей и тюрьмой. По-моему, всякий должен знать, что такое провести без пищи 4-5 дней. По-моему, жизнь с психованной женщиной хорошо сказывается на характере. По-моему, с особым весельем и облегчением пишется после того, как засадишь проститутке. Эти умозаключения родились у меня оттого, что все мною встреченные стихоплеты были сопливыми медузами и подхалимами. Им нечего было о себе поведать за исключением того, что эгоистичные слабаки.

    По-моему, поударять лицом в грязь ни для кого не лишне. По-моему, никому не повредит познакомиться с больницей и тюрьмой. По-моему, всякий должен знать, что такое провести без пищи 4-5 дней. По-моему, жизнь с психованной женщиной хорошо сказывается на характере. По-моему, с особым весельем и облегчением пишется после того, как засадишь проститутке. Эти умозаключения родились у меня оттого, что все мною встреченные стихоплеты были сопливыми медузами и подхалимами. Им нечего было о себе поведать за исключением того, что эгоистичные слабаки.
15. «

    Зачем убивать столько рождественских елей, Чтоб отметить один-единственный день рождения?

    Зачем убивать столько рождественских елей, Чтоб отметить один-единственный день рождения?
16. «

    Человек — унылое животное, которое впустую растрачивает свой потенциал. Я сажусь в набитый автобус, смотрю на людей — и я несчастен, потому что чувствую: они все почему-то неправильные. Не потому, что у них Бога нет, не потому, что трезвые, — с ними что-то другое не так... Чтобы вырваться на свободу, нужна поистине дерзкая, изобретательная душа.

    Человек — унылое животное, которое впустую растрачивает свой потенциал. Я сажусь в набитый автобус, смотрю на людей — и я несчастен, потому что чувствую: они все почему-то неправильные. Не потому, что у них Бога нет, не потому, что трезвые, — с ними что-то другое не так... Чтобы вырваться на свободу, нужна поистине дерзкая, изобретательная душа.
17. «

    В смерти нет ничего, что можно было бы оплакивать, как нечего оплакивать в росте цветка. Что уж страшно, так это жизнь, которой люди живут или не живут до самой смерти. Они не уважают жизнь... Смерть большинства людей — мистификация. Умирать там уже нечему.

    В смерти нет ничего, что можно было бы оплакивать, как нечего оплакивать в росте цветка. Что уж страшно, так это жизнь, которой люди живут или не живут до самой смерти. Они не уважают жизнь... Смерть большинства людей — мистификация. Умирать там уже нечему.

    — Почтамт · книга
18. «

    — Ты никогда не станешь писателем, если будешь отстраняться от действительности. — О чем ты говоришь! Как раз этим и занимаются настоящие писатели!

    — Ты никогда не станешь писателем, если будешь отстраняться от действительности. — О чем ты говоришь! Как раз этим и занимаются настоящие писатели!

    — главный герой · книга
19. «

    Все мы нуждаемся в том, чтобы уйти от действительности. Часы тянутся невыносимо медленно, и их нужно наполнить событиями, покуда не придёт смерть. А вокруг не так-то много места для славных дел и настоящего веселья. Всё быстро наскучивает, либо начинает страшить. Просыпаешься утром, вылезаешь из-под одеяла, садишься на постели и думаешь: чёрт подери, что же делать дальше-то?

    Все мы нуждаемся в том, чтобы уйти от действительности. Часы тянутся невыносимо медленно, и их нужно наполнить событиями, покуда не придёт смерть. А вокруг не так-то много места для славных дел и настоящего веселья. Всё быстро наскучивает, либо начинает страшить. Просыпаешься утром, вылезаешь из-под одеяла, садишься на постели и думаешь: чёрт подери, что же делать дальше-то?

    — Генри Чинаски · книга
20. «

    Алкоголь, возможно, одна из величайших вещей на Земле, и мы неплохо ладим. Он разрушителен для большинства людей, но не для меня. Все то, что я создаю, я делаю, пока пьян. Даже с женщинами. Понимаешь, я всегда был сдержан во время секса, а алкоголь сделал меня более свободным, сексуально свободным. Это облегчение, потому что я, в общем-то, довольно робок и замкнут, а алкоголь позволяет мне быть этаким героем, широко шагающим сквозь время и пространство, совершая все эти геройские поступки... Так что я люблю его... да!

    Алкоголь, возможно, одна из величайших вещей на Земле, и мы неплохо ладим. Он разрушителен для большинства людей, но не для меня. Все то, что я создаю, я делаю, пока пьян. Даже с женщинами. Понимаешь, я всегда был сдержан во время секса, а алкоголь сделал меня более свободным, сексуально свободным. Это облегчение, потому что я, в общем-то, довольно робок и замкнут, а алкоголь позволяет мне быть этаким героем, широко шагающим сквозь время и пространство, совершая все эти геройские поступки... Так что я люблю его... да!