Чарльз Буковски: 345 цитат на каждый день

Чарльз Буковски — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 345 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В следующей жизни хочу быть котом. Спать по 20 часов в сутки и ждать пока покормят. <...> Люди слишком несчастны, сердиты и бесхитростны.

   В следующей жизни хочу быть котом. Спать по 20 часов в сутки и ждать пока покормят. <...> Люди слишком несчастны, сердиты и бесхитростны.

   — О кошках · книга
2. «

   Что-то мы потеряли. Что-то по-настоящему важное. Вначале все было иначе.

   Что-то мы потеряли. Что-то по-настоящему важное. Вначале все было иначе.

   — Фактотум · книга
3. «

   – Я обожаю аэропорты и пассажиров, а ты? – Нет. – Люди такими интересными кажутся. – У них просто больше денег, чем у тех, кто ездит поездом или автобусом.

   – Я обожаю аэропорты и пассажиров, а ты? – Нет. – Люди такими интересными кажутся. – У них просто больше денег, чем у тех, кто ездит поездом или автобусом.

   — Женщины · книга
4. «

   Телефон все звонил. Я поднял трубку. — Алло? — Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! — сказала она. — Спасибо, — сказал я. — Ты больше ничего не хочешь сказать? — Нет. — Чтоб ты говном подавился! — сказала она и бросила трубку.

   Телефон все звонил. Я поднял трубку. — Алло? — Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! — сказала она. — Спасибо, — сказал я. — Ты больше ничего не хочешь сказать? — Нет. — Чтоб ты говном подавился! — сказала она и бросила трубку.

   — Блюющая дама · книга
5. «

   Лучший способ покончить с собой был не просыхать как можно дольше: выпивка — временное самоубийство, после которого дозволено вернуться к жизни, — ну, обычно.

   Лучший способ покончить с собой был не просыхать как можно дольше: выпивка — временное самоубийство, после которого дозволено вернуться к жизни, — ну, обычно.

   — Солнце, вот он я. Интервью · книга
6. «

   Знаете, в чем разница между критиком и простым зрителем? Критик смотрит кино бесплатно.

   Знаете, в чем разница между критиком и простым зрителем? Критик смотрит кино бесплатно.

   — Голливуд · книга
7. «

   Казалось, они знают одних и тех же людей. Я же не знал никого. Меня трудновато привести в восторг. Мне было наплевать.

   Казалось, они знают одних и тех же людей. Я же не знал никого. Меня трудновато привести в восторг. Мне было наплевать.

   — Генри Чинаски · книга
8. «

   — Вы опоздали на тридцать минут. — Да. — Позволили бы вы себе такое опоздание, скажем, на свадьбу или похороны? — Нет. — Почему же нет, поясните, будьте любезны? — Ну, если бы это были мои похороны, я бы просто обязан был находиться на месте. Если же это была моя свадьба, то можно считать ее моими похоронами.

   — Вы опоздали на тридцать минут. — Да. — Позволили бы вы себе такое опоздание, скажем, на свадьбу или похороны? — Нет. — Почему же нет, поясните, будьте любезны? — Ну, если бы это были мои похороны, я бы просто обязан был находиться на месте. Если же это была моя свадьба, то можно считать ее моими похоронами.

   — Хлеб с ветчиной · книга
9. «

   Целоваться – более интимное занятие, чем ебля. Именно поэтому мне никогда не нравилось, чтобы мои подружки ходили везде и целовали мужиков. Лучше б они их трахали.

   Целоваться – более интимное занятие, чем ебля. Именно поэтому мне никогда не нравилось, чтобы мои подружки ходили везде и целовали мужиков. Лучше б они их трахали.

   — Генри Чинаски · книга
10. «

    Иногда вещи именно таковы, какими кажутся, и нечего огород городить.

    Иногда вещи именно таковы, какими кажутся, и нечего огород городить.

    — Ник Билейн · книга
11. «

    – Я ж велел тебе больше не звонить. – Заткнись. Мне так легче себя предавать.

    – Я ж велел тебе больше не звонить. – Заткнись. Мне так легче себя предавать.

    — Тони · книга
12. «

    Когда ты пьян, мир по-прежнему где-то рядом, но он хотя бы не держит тебя за горло.

    Когда ты пьян, мир по-прежнему где-то рядом, но он хотя бы не держит тебя за горло.

    — Генри Чинаски · книга
13. «

    Писательство забывается. Встреча задвигает его куда-то-пока не завершается. Писательство же — лишь ее осадок. Только для того, чтобы чувствовать себя как можно реальнее, мужчине женщина не нужна, но несколько узнать никогда не повредит. Затем, когда роман скиснет, мужик поймет, каково быть истинно одиноким и спятившим, — а через познает, с чем ему в конечном итоге предстоит столкнуться, когда настанет его собственный конец.

    Писательство забывается. Встреча задвигает его куда-то-пока не завершается. Писательство же — лишь ее осадок. Только для того, чтобы чувствовать себя как можно реальнее, мужчине женщина не нужна, но несколько узнать никогда не повредит. Затем, когда роман скиснет, мужик поймет, каково быть истинно одиноким и спятившим, — а через познает, с чем ему в конечном итоге предстоит столкнуться, когда настанет его собственный конец.

    — Генри Чинаски · книга
14. «

    Возьмите, например, Рождество. Ага, возьмите его отсюда к черту.

    Возьмите, например, Рождество. Ага, возьмите его отсюда к черту.

    — Макулатура · книга
15. «

    – ... Беда с танцующими мужиками или с теми, кто в барах ошивается, в том, что восприятие у них – что у ленточных червей. – А ты откуда знаешь? – Они пленники ритуала. – Какого ритуала? – Когда энергию пускают не на то.

    – ... Беда с танцующими мужиками или с теми, кто в барах ошивается, в том, что восприятие у них – что у ленточных червей. – А ты откуда знаешь? – Они пленники ритуала. – Какого ритуала? – Когда энергию пускают не на то.

    — Генри · книга
16. «

    мне нравится, как мало они [коты] знают, а это так много.

    мне нравится, как мало они [коты] знают, а это так много.

    — О кошках · книга
17. «

    Я снова был влюблен. Я был в беде.

    Я снова был влюблен. Я был в беде.

    — Генри Чинаски · книга
18. «

    Большинство начинает вопить о справедливости, только когда это касается их лично.

    Большинство начинает вопить о справедливости, только когда это касается их лично.

    — Хлеб с ветчиной · книга
19. «

    Отцу нравилось пороть меня ремнём для правки бритвы. Мать его поддерживала. Грустная история.

    Отцу нравилось пороть меня ремнём для правки бритвы. Мать его поддерживала. Грустная история.
20. «

    Чтоб стало больно, вовсе не нужно быть пьянью, чтоб тебя баба обнулила – тоже; но тебе может быть больно, и ты пьянью станешь. Пораскинешь немного мозгами, особенно по молодости: дескать, тебе везет, — да, иногда и возит. Но в действие вступают всякие средние величины, всевозможные законы, про которые ничего не знал, хоть и воображал, будто все идет хорошо. И однажды ночью – жаркой летней ночью где-нибудь в четверг – понимаешь, что и сам уже пьянь, сам сидишь где-нибудь в полном одиночестве, в дешевой съемной комнатушке, и сколько б раз ты здесь уже ни бывал, это не помогает, все даже хуже, поскольку привычно не рассчитываешь, что тебе такое предстоит. И остается одно – закурить новую сигарету, налить себе еще, проверить стены, вдруг на них повылазили рты и глаза. Немыслимо, что мужчины и женщины друг с другом делают.

    Чтоб стало больно, вовсе не нужно быть пьянью, чтоб тебя баба обнулила – тоже; но тебе может быть больно, и ты пьянью станешь. Пораскинешь немного мозгами, особенно по молодости: дескать, тебе везет, — да, иногда и возит. Но в действие вступают всякие средние величины, всевозможные законы, про которые ничего не знал, хоть и воображал, будто все идет хорошо. И однажды ночью – жаркой летней ночью где-нибудь в четверг – понимаешь, что и сам уже пьянь, сам сидишь где-нибудь в полном одиночестве, в дешевой съемной комнатушке, и сколько б раз ты здесь уже ни бывал, это не помогает, все даже хуже, поскольку привычно не рассчитываешь, что тебе такое предстоит. И остается одно – закурить новую сигарету, налить себе еще, проверить стены, вдруг на них повылазили рты и глаза. Немыслимо, что мужчины и женщины друг с другом делают.

    — Музыка горячей воды · книга