Подборка: 28 цитат Чингиза Айтматова

Ниже 28 цитат Чингиза Айтматова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Вера — это тебе не кайф, вера — продукт страданий многих поколений, над верой трудиться надо тысячелетиями и ежедневно.

   Вера — это тебе не кайф, вера — продукт страданий многих поколений, над верой трудиться надо тысячелетиями и ежедневно.

   — Плаха · книга
2. «

   Наверное, ты, правитель римский, не раз ловил себя на мысли, что желания твои всегда к завтрашнему дню обращены. Сегодня ты жизнь приемлешь такой, какая есть, но непременно хочешь, чтоб завтра было иным, и если даже тебе сегодня и хорошо, все равно желаешь, чтобы завтра было еще лучше.

   Наверное, ты, правитель римский, не раз ловил себя на мысли, что желания твои всегда к завтрашнему дню обращены. Сегодня ты жизнь приемлешь такой, какая есть, но непременно хочешь, чтоб завтра было иным, и если даже тебе сегодня и хорошо, все равно желаешь, чтобы завтра было еще лучше.

   — Иисус Назарянин · книга
3. «

   Я ощущаю жизнь как трагедию. С жизнеутверждающим финалом.

   Я ощущаю жизнь как трагедию. С жизнеутверждающим финалом.
4. «

   Слово – это вечная сила.

   Слово – это вечная сила.

   — И дольше века длится день · книга
5. «

   Государство – это печь, которая горит только на одних дровах – на людских. А иначе эта печь заглохнет, потухнет. И надобности в ней не будет. Но те же люди не могут существовать без государства. Сами себе устраивают сожжение. А кочегары обязаны подавать дрова. И на том всё стоит.

   Государство – это печь, которая горит только на одних дровах – на людских. А иначе эта печь заглохнет, потухнет. И надобности в ней не будет. Но те же люди не могут существовать без государства. Сами себе устраивают сожжение. А кочегары обязаны подавать дрова. И на том всё стоит.

   — И дольше века длится день · книга
6. «

   Самая страшная из грозящих катастроф — это не столько атомная, тепловая и тому подобная угроза физического уничтожения человечества (а, может быть, и всего живого на Земле), сколько антропологическая — уничтожение человеческого в человеке, катастрофа, означающая, что человек не состоялся...

   Самая страшная из грозящих катастроф — это не столько атомная, тепловая и тому подобная угроза физического уничтожения человечества (а, может быть, и всего живого на Земле), сколько антропологическая — уничтожение человеческого в человеке, катастрофа, означающая, что человек не состоялся...
7. «

   Смерть всегда с тобой, пока ты дышишь, а после смерти смерти нет.

   Смерть всегда с тобой, пока ты дышишь, а после смерти смерти нет.

   — Плаха · книга
8. «

   Когда враг погибает в бою, он перестает быть врагом.

   Когда враг погибает в бою, он перестает быть врагом.

   — Плаха · книга
9. «

   Человек не умирает до тех пор, пока живут знавшие его.

   Человек не умирает до тех пор, пока живут знавшие его.
10. «

    Великое – это миссия одного.

    Великое – это миссия одного.

    — Тавро Кассандры · книга
11. «

    Почему люди так живут? Почему одни злые, другие добрые? Почему есть такие, которых все боятся, и такие, которых никто не боится? Почему у одних есть дети, у других нет?

    Почему люди так живут? Почему одни злые, другие добрые? Почему есть такие, которых все боятся, и такие, которых никто не боится? Почему у одних есть дети, у других нет?

    — Белый пароход · книга
12. «

    За неимением иного счастья кайф его горький заменитель.

    За неимением иного счастья кайф его горький заменитель.

    — Гришан · книга
13. «

    А как тесно человеку на планете, как боится он, что не разместится, не прокормится, не уживётся с другими себе подобными. И не в том ли дело, что предубеждения, страх, ненависть сужают планету до размеров стадиона, на котором все зрители заложники, ибо обе команды, чтобы выиграть, принесли с собой ядерные бомбы, а болельщики, невзирая ни на что, орут: гол, гол, гол! И это и есть планета. А ведь ещё перед каждым человеком стоит неизбывная задача – быть человеком, сегодня, завтра, всегда. Из этого складывается история.

    А как тесно человеку на планете, как боится он, что не разместится, не прокормится, не уживётся с другими себе подобными. И не в том ли дело, что предубеждения, страх, ненависть сужают планету до размеров стадиона, на котором все зрители заложники, ибо обе команды, чтобы выиграть, принесли с собой ядерные бомбы, а болельщики, невзирая ни на что, орут: гол, гол, гол! И это и есть планета. А ведь ещё перед каждым человеком стоит неизбывная задача – быть человеком, сегодня, завтра, всегда. Из этого складывается история.

    — Авдий Каллистратов · книга
14. «

    Люди ищут судьбу, а судьба — людей.

    Люди ищут судьбу, а судьба — людей.

    — Плаха · книга
15. «

    К слову сказать, настоящее, неподдельное счастье, как я понимаю, это не случай, оно не обрушивается вдруг на голову, будто ливень в летний день, а приходит к человеку исподволь, смотря как он к жизни относится, к людям вокруг себя; по крупице, по частице собирается, одно другое дополняет, получается то, что мы называем счастьем.

    К слову сказать, настоящее, неподдельное счастье, как я понимаю, это не случай, оно не обрушивается вдруг на голову, будто ливень в летний день, а приходит к человеку исподволь, смотря как он к жизни относится, к людям вокруг себя; по крупице, по частице собирается, одно другое дополняет, получается то, что мы называем счастьем.

    — Материнское поле · книга
16. «

    Любовь — антитеза смерти, она потому и являет собой ключевой момент жизни.

    Любовь — антитеза смерти, она потому и являет собой ключевой момент жизни.

    — Плаха · книга
17. «

    Добро не лежит на дороге, его случайно не подберешь. Добру человек у человека учится.

    Добро не лежит на дороге, его случайно не подберешь. Добру человек у человека учится.
18. «

    Кто идёт с войной, тот встречает войну вдвойне…

    Кто идёт с войной, тот встречает войну вдвойне…

    — И дольше века длится день · книга
19. «

    Бог только предупреждает, а решать надо самим.

    Бог только предупреждает, а решать надо самим.

    — Тавро Кассандры · книга
20. «

    ...я хочу сказать, чтобы ты знала, да ты и так знаешь, но всё равно скажу: я всегда тосковал и всегда тоскую по тебе. И самое страшное, чего я боюсь, — не голову потерять в бою, а тоску свою потерять, лишиться её. Я всё время думал, уходя с войсками то в одну, то в другую сторону, как отделить от себя свою тоску, чтобы она не погибла вместе со мной, а осталась бы при тебе. И я ничего не мог придумать, но мне мечталось, чтобы тоска моя превратилась или в птицу, или, может быть, в зверя, во что-то такое живое, чтобы я мог передать тебе это в руки и сказать — вот возьми, это моя тоска, и пусть она будет всегда с тобой. И тогда мне не страшно погибнуть. И теперь я понимаю — мой сын родился от моей тоски по тебе. И теперь он всегда будет с тобой.

    ...я хочу сказать, чтобы ты знала, да ты и так знаешь, но всё равно скажу: я всегда тосковал и всегда тоскую по тебе. И самое страшное, чего я боюсь, — не голову потерять в бою, а тоску свою потерять, лишиться её. Я всё время думал, уходя с войсками то в одну, то в другую сторону, как отделить от себя свою тоску, чтобы она не погибла вместе со мной, а осталась бы при тебе. И я ничего не мог придумать, но мне мечталось, чтобы тоска моя превратилась или в птицу, или, может быть, в зверя, во что-то такое живое, чтобы я мог передать тебе это в руки и сказать — вот возьми, это моя тоска, и пусть она будет всегда с тобой. И тогда мне не страшно погибнуть. И теперь я понимаю — мой сын родился от моей тоски по тебе. И теперь он всегда будет с тобой.

    — Эрдене · книга