Чингиз Айтматов — 87 цитат с глубоким смыслом

Ниже 87 цитат Чингиза Айтматова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Человек не умирает до тех пор, пока живут знавшие его.

   Человек не умирает до тех пор, пока живут знавшие его.
2. «

   В традициях кочевнической культуры испокон веков заложен культ почитания Природы и составляющих её сил, бережное и уважительное отношение к окружающей среде, от которой зависело все существование кочевника, воспитывалось с молоком матери из поколения в поколение. Сегодня становится очевидным, что истинными причинами экологического кризиса является именно забвение наших традиций бережного отношения к Природе.

   В традициях кочевнической культуры испокон веков заложен культ почитания Природы и составляющих её сил, бережное и уважительное отношение к окружающей среде, от которой зависело все существование кочевника, воспитывалось с молоком матери из поколения в поколение. Сегодня становится очевидным, что истинными причинами экологического кризиса является именно забвение наших традиций бережного отношения к Природе.
3. «

   Прислушиваясь к высказываниям Абуталипа, Едигей приходил к выводу, что самое лучшее, что может человек сделать для других, так это воспитать в своей семье достойных детей. И не с чьей-то помощью, а самому изо дня в день, шаг за шагом вкладывать в это дело всего себя, быть, насколько можно, вместе с детьми.

   Прислушиваясь к высказываниям Абуталипа, Едигей приходил к выводу, что самое лучшее, что может человек сделать для других, так это воспитать в своей семье достойных детей. И не с чьей-то помощью, а самому изо дня в день, шаг за шагом вкладывать в это дело всего себя, быть, насколько можно, вместе с детьми.

   — И дольше века длится день · книга
4. «

   Я хочу, чтобы человек, которого я люблю, не боялся открыто любить меня. Иначе это унизительно.

   Я хочу, чтобы человек, которого я люблю, не боялся открыто любить меня. Иначе это унизительно.
5. «

   И среди тысячной толпы – ты одинок, и находясь с собой наедине – ты одинок.

   И среди тысячной толпы – ты одинок, и находясь с собой наедине – ты одинок.

   — Плаха · книга
6. «

   Но не подумал в ту пору малоопытный юнец: а что, если существует на свете закономерность, согласно которой мир больше всего и наказывает своих сынов за самые чистые идеи и побуждения духа? Быть может, стоило подумать: а что, если это есть форма существования и способ торжества таких идей? Что, если это так? Что, если именно в этом — цена такой победы?

   Но не подумал в ту пору малоопытный юнец: а что, если существует на свете закономерность, согласно которой мир больше всего и наказывает своих сынов за самые чистые идеи и побуждения духа? Быть может, стоило подумать: а что, если это есть форма существования и способ торжества таких идей? Что, если это так? Что, если именно в этом — цена такой победы?

   — Плаха · книга
7. «

   Бессмертие народа — в его языке.

   Бессмертие народа — в его языке.
8. «

   Добро не лежит на дороге, его случайно не подберешь. Добру человек у человека учится.

   Добро не лежит на дороге, его случайно не подберешь. Добру человек у человека учится.
9. «

   Ты прожил, как молния, однажды сверкнувшая и угасшая. А молнии высекаются небом. А небо вечное. И в этом моё утешение.

   Ты прожил, как молния, однажды сверкнувшая и угасшая. А молнии высекаются небом. А небо вечное. И в этом моё утешение.

   — Белый пароход · книга
10. «

    ...прилюдная казнь необходима для повиновения народа единому, верховным лицом установленному порядку, поскольку и страх, и низменная радость, что насильственная смерть постигла не тебя, заставляют людей воспринимать страшную кару как должную меру наказания и потому не только оправдывать, но и одобрять действия власти.

    ...прилюдная казнь необходима для повиновения народа единому, верховным лицом установленному порядку, поскольку и страх, и низменная радость, что насильственная смерть постигла не тебя, заставляют людей воспринимать страшную кару как должную меру наказания и потому не только оправдывать, но и одобрять действия власти.

    — И дольше века длится день · книга
11. «

    Я бы сказал, что в пределах одной личности любовь — это настоящая революция духа!

    Я бы сказал, что в пределах одной личности любовь — это настоящая революция духа!

    — Авдий Каллистратов · книга
12. «

    А как тесно человеку на планете, как боится он, что не разместится, не прокормится, не уживётся с другими себе подобными. И не в том ли дело, что предубеждения, страх, ненависть сужают планету до размеров стадиона, на котором все зрители заложники, ибо обе команды, чтобы выиграть, принесли с собой ядерные бомбы, а болельщики, невзирая ни на что, орут: гол, гол, гол! И это и есть планета. А ведь ещё перед каждым человеком стоит неизбывная задача – быть человеком, сегодня, завтра, всегда. Из этого складывается история.

    А как тесно человеку на планете, как боится он, что не разместится, не прокормится, не уживётся с другими себе подобными. И не в том ли дело, что предубеждения, страх, ненависть сужают планету до размеров стадиона, на котором все зрители заложники, ибо обе команды, чтобы выиграть, принесли с собой ядерные бомбы, а болельщики, невзирая ни на что, орут: гол, гол, гол! И это и есть планета. А ведь ещё перед каждым человеком стоит неизбывная задача – быть человеком, сегодня, завтра, всегда. Из этого складывается история.

    — Авдий Каллистратов · книга
13. «

    Мир велик, а человеку не всё дано знать.

    Мир велик, а человеку не всё дано знать.

    — И дольше века длится день · книга
14. «

    Пожалуй, единственное преимущество его состояло в том, что он не боялся уронить себя в чьих-то глазах. (Не так сел, не то сказал, не так ответил, не так улыбнулся, не так, не так, не то…) В этом смысле Момун, сам того не подозревая, был на редкость счастливым человеком. Многие люди умирают не столько от болезней, сколько от неуемной, снедающей их вечной страсти — выдать себя за большее, чем они есть. (Кому не хочется слыть умным, достойным, красивым и к тому же грозным, справедливым решительным?..) А Момун был не таким. Он был чудаком, и относились к нему, как к чудаку...

    Пожалуй, единственное преимущество его состояло в том, что он не боялся уронить себя в чьих-то глазах. (Не так сел, не то сказал, не так ответил, не так улыбнулся, не так, не так, не то…) В этом смысле Момун, сам того не подозревая, был на редкость счастливым человеком. Многие люди умирают не столько от болезней, сколько от неуемной, снедающей их вечной страсти — выдать себя за большее, чем они есть. (Кому не хочется слыть умным, достойным, красивым и к тому же грозным, справедливым решительным?..) А Момун был не таким. Он был чудаком, и относились к нему, как к чудаку...

    — Белый пароход · книга
15. «

    И без людей человек не может жить и с людьми тяжко.

    И без людей человек не может жить и с людьми тяжко.

    — Плаха · книга
16. «

    Детская совесть в человеке-как зародыш в зерне, без зародыша зерно не прорастает. И что бы ни ждало нас на свете, правда пребудет вовеки, пока рождаются и умирают люди...

    Детская совесть в человеке-как зародыш в зерне, без зародыша зерно не прорастает. И что бы ни ждало нас на свете, правда пребудет вовеки, пока рождаются и умирают люди...

    — старик Момун · книга
17. «

    Почему люди так живут? Почему одни злые, другие добрые? Почему есть такие, которых все боятся, и такие, которых никто не боится? Почему у одних есть дети, у других нет?

    Почему люди так живут? Почему одни злые, другие добрые? Почему есть такие, которых все боятся, и такие, которых никто не боится? Почему у одних есть дети, у других нет?

    — Белый пароход · книга
18. «

    Кто идёт с войной, тот встречает войну вдвойне…

    Кто идёт с войной, тот встречает войну вдвойне…

    — И дольше века длится день · книга
19. «

    Слово – это вечная сила.

    Слово – это вечная сила.

    — И дольше века длится день · книга
20. «

    Я ощущаю жизнь как трагедию. С жизнеутверждающим финалом.

    Я ощущаю жизнь как трагедию. С жизнеутверждающим финалом.