Дем Михайлов: 46 фраз, которые разошлись на цитаты

Ниже 46 цитат Дема Михайлова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Я только предположил, — тут же пожаловался я Клесту. — Ну тебя с твоими предположениями… — огорчился Клест и умчался прочь, как упитанный поросенок, завидевший мясницкий нож в руках вечно мрачного, но сейчас почему-то радостно улыбающегося хозяина.

   — Я только предположил, — тут же пожаловался я Клесту. — Ну тебя с твоими предположениями… — огорчился Клест и умчался прочь, как упитанный поросенок, завидевший мясницкий нож в руках вечно мрачного, но сейчас почему-то радостно улыбающегося хозяина.

   — Росгард · книга
2. «

   В этом возрасте подростки зачастую начинают оспаривать авторитет взрослых, – дикторским голосом произнес Шепот, закончивший общение с начальством. – В таких случаях помогает… ни фига в таких случаях не помогает, смирись.

   В этом возрасте подростки зачастую начинают оспаривать авторитет взрослых, – дикторским голосом произнес Шепот, закончивший общение с начальством. – В таких случаях помогает… ни фига в таких случаях не помогает, смирись.

   — Шепот · книга
3. «

   — Кстати, а ты ведь в курсе, что заклинание можно передать другому игроку? - Первый раз слышу. — Да ладно тебе… ты ведь уже мечтаешь о том, чтобы порадовать старого боевого друга Злобу неожиданным предложением. Ты ведь уже и сумму круглую в головенке своей представил, да? Может, шепнешь ее мне на ухо? — Херушки… - Это кто такие? — Обитатели нифиганевыйдетземелья. Далеко отсюда.

   — Кстати, а ты ведь в курсе, что заклинание можно передать другому игроку? - Первый раз слышу. — Да ладно тебе… ты ведь уже мечтаешь о том, чтобы порадовать старого боевого друга Злобу неожиданным предложением. Ты ведь уже и сумму круглую в головенке своей представил, да? Может, шепнешь ее мне на ухо? — Херушки… - Это кто такие? — Обитатели нифиганевыйдетземелья. Далеко отсюда.

   — Росгард · книга
4. «

   Данный «ужатый» отцовский наказ гласил следующее: если хочешь в чем-то разобраться, сядь перед стеной и хорошенько подумай. Выполнять сей совет следовало буквально — я многократно, с самого детства, видел, как мой отец это проделывает. Если требовалось принять по-настоящему важное решение, он брал жесткий деревянный стул, ставил его в двух шагах от голой стены, садился и, глядя на эту самую голую стену, сидел так несколько часов кряду. Молча. Чем-то смахивало не медитацию. Беспокоить его в это время было нельзя. А наблюдать было скучно. Зато когда мой папаня вставал, решение у него было всегда. Иногда крайне неожиданное. Но было всегда.

   Данный «ужатый» отцовский наказ гласил следующее: если хочешь в чем-то разобраться, сядь перед стеной и хорошенько подумай. Выполнять сей совет следовало буквально — я многократно, с самого детства, видел, как мой отец это проделывает. Если требовалось принять по-настоящему важное решение, он брал жесткий деревянный стул, ставил его в двух шагах от голой стены, садился и, глядя на эту самую голую стену, сидел так несколько часов кряду. Молча. Чем-то смахивало не медитацию. Беспокоить его в это время было нельзя. А наблюдать было скучно. Зато когда мой папаня вставал, решение у него было всегда. Иногда крайне неожиданное. Но было всегда.

   — Росгард · книга
5. «

   Легко не будет. Трудно, кстати, тоже не будет. Трудно было в Запределье. А тут трудно не будет. Тут всё из разряда Миссия Просто Тупо Невыполнима.

   Легко не будет. Трудно, кстати, тоже не будет. Трудно было в Запределье. А тут трудно не будет. Тут всё из разряда Миссия Просто Тупо Невыполнима.

   — Росгард · книга
6. «

   — С дочерями всегда так, уж поверь. Порой такой номер выкинут, что не знаешь, что и делать – звонить в Книгу (рекордов) Гиннесса, хвататься за ремень или выкупать двадцать томов из серии «Как правильно воспитать дочь подростка?» или же «На каком языке разговаривают наши дети?». Эх… пойдем какого-нибудь полуорка прибьем для успокоения? — Пойдем, — часто закивал я. — Особо жестоким способом.

   — С дочерями всегда так, уж поверь. Порой такой номер выкинут, что не знаешь, что и делать – звонить в Книгу (рекордов) Гиннесса, хвататься за ремень или выкупать двадцать томов из серии «Как правильно воспитать дочь подростка?» или же «На каком языке разговаривают наши дети?». Эх… пойдем какого-нибудь полуорка прибьем для успокоения? — Пойдем, — часто закивал я. — Особо жестоким способом.

   — Росгард · книга
7. «

   Он очень умен, но угрозы на то и угрозы, что сильнее всего пугают умных, а не глупых людей. Глупец подумает: «он хочет ударить меня камнем — но я буду настороже». Умный же придумает так много всего, что запугает сам себя.

   Он очень умен, но угрозы на то и угрозы, что сильнее всего пугают умных, а не глупых людей. Глупец подумает: «он хочет ударить меня камнем — но я буду настороже». Умный же придумает так много всего, что запугает сам себя.

   — Изгой. Свет во мраке · книга
8. «

   Ощущаемое нами полное бессилие — просто выдумка хитрожопого мозга. Всегда можно отыскать каплю сил для ещё одного усилия, для ещё одного броска.

   Ощущаемое нами полное бессилие — просто выдумка хитрожопого мозга. Всегда можно отыскать каплю сил для ещё одного усилия, для ещё одного броска.

   — Низший. Книга 3 · книга
9. «

   ...достигнув высоченной вершины, ты оказываешься на крохотном и безжизненном пятачке обдуваемом ледяным воющим ветром. Стоя там ты испытываешь ощущения, которые не передать словами. Это надо пережить и это навсегда останется с тобой. Но вот беда – остаться на вершине не получится. Там нельзя жить так же, как нельзя жить на Луне без скафандра. И пробыв на вершине совсем немного, ты вынужденно покидаешь ее, оставляя место, ради достижения которого потратил все силы без остатка и даже сверх того… ты уходишь и не оглядываешься. И ты уходишь не победителем – потому что горную вершину нельзя победить. Во всяком случае навсегда.

   ...достигнув высоченной вершины, ты оказываешься на крохотном и безжизненном пятачке обдуваемом ледяным воющим ветром. Стоя там ты испытываешь ощущения, которые не передать словами. Это надо пережить и это навсегда останется с тобой. Но вот беда – остаться на вершине не получится. Там нельзя жить так же, как нельзя жить на Луне без скафандра. И пробыв на вершине совсем немного, ты вынужденно покидаешь ее, оставляя место, ради достижения которого потратил все силы без остатка и даже сверх того… ты уходишь и не оглядываешься. И ты уходишь не победителем – потому что горную вершину нельзя победить. Во всяком случае навсегда.

   — Росгард · книга
10. «

    — Мальчишка, — вздохнул мой умный электронный друг. — Примерять на себя чужую мудрость, это тоже самое, что пытаться влезть в чужие штаны — либо окажутся слишком малы, либо чересчур велики. — Не знаю, не знаю, — фыркнул я. — Комбинезон Пита мне подошел просто идеально.

    — Мальчишка, — вздохнул мой умный электронный друг. — Примерять на себя чужую мудрость, это тоже самое, что пытаться влезть в чужие штаны — либо окажутся слишком малы, либо чересчур велики. — Не знаю, не знаю, — фыркнул я. — Комбинезон Пита мне подошел просто идеально.

    — Пылающие Дюзы · книга
11. «

    Деньги... деньги... деньги... ничто, нигде и никогда не меняется. Деньги подбрасывают мир как игрушку, роняют и подхватывают, сравнивают горы и осушают моря, ломают судьбы, начинают и заканчивают войны, повелевают героями и низвергают королей. Деньги — самые массовые убийцы в истории, которых мы всегда готовы радостно обнять и не хотим отпускать. А ещё на них можно купить мороженое, — развел руками Бом.

    Деньги... деньги... деньги... ничто, нигде и никогда не меняется. Деньги подбрасывают мир как игрушку, роняют и подхватывают, сравнивают горы и осушают моря, ломают судьбы, начинают и заканчивают войны, повелевают героями и низвергают королей. Деньги — самые массовые убийцы в истории, которых мы всегда готовы радостно обнять и не хотим отпускать. А ещё на них можно купить мороженое, — развел руками Бом.

    — Бом · книга
12. «

    Ску-учно — сморщился Орбит – Давайте нагнём драко-она золотого-о-о! И кипящей смолой ему-у на...

    Ску-учно — сморщился Орбит – Давайте нагнём драко-она золотого-о-о! И кипящей смолой ему-у на...

    — Орбит Хрустилиано · книга
13. «

    Будущее всегда светлое. Просто не для всех оно наступит. Помни, зомби — рано или поздно кто-нибудь вылезет из той вонючей дыры и постарается поиметь вас. Постарайтесь не облажаться.

    Будущее всегда светлое. Просто не для всех оно наступит. Помни, зомби — рано или поздно кто-нибудь вылезет из той вонючей дыры и постарается поиметь вас. Постарайтесь не облажаться.

    — Оди · книга
14. «

    Человек как книга, — кивнул полуорк, — Всё верно, босс. Порой возьмешь в руки книгу, смотришь на суперобложку и аж дыхание в зобу спирает — такой у неё крутой и невероятно многообещающий внешний вид. Откроешь с замиранием сердца книгу, пролистаешь десяток страниц... да и поставишь томик обратно на полку. Потому что под суперобложкой спрятали невообразимую каку. Вот и человек так же.

    Человек как книга, — кивнул полуорк, — Всё верно, босс. Порой возьмешь в руки книгу, смотришь на суперобложку и аж дыхание в зобу спирает — такой у неё крутой и невероятно многообещающий внешний вид. Откроешь с замиранием сердца книгу, пролистаешь десяток страниц... да и поставишь томик обратно на полку. Потому что под суперобложкой спрятали невообразимую каку. Вот и человек так же.

    — Бом · книга
15. «

    Проблема в том, что последнее время я живу в стиле «на потом». Возникает проблема — решу её попозже, сейчас не до этого. И так постоянно. В результате проблем накопилось столько, что без бульдозера не разгребёшь. Я наверняка сгущаю краски, но всё же...

    Проблема в том, что последнее время я живу в стиле «на потом». Возникает проблема — решу её попозже, сейчас не до этого. И так постоянно. В результате проблем накопилось столько, что без бульдозера не разгребёшь. Я наверняка сгущаю краски, но всё же...

    — Росгард · книга
16. «

    Именно про таких говорят, что они родную маму за пятак продадут, а потом пожертвуют копейку на строительство храма – грехи замолить.

    Именно про таких говорят, что они родную маму за пятак продадут, а потом пожертвуют копейку на строительство храма – грехи замолить.

    — Росгард · книга
17. «

    — Колыва-а-ан-экспресс! Все на борт! — Пора кататься на мамонте, — заключил я, хватая Колывана за хобот. <...> Лохматый слон непринуждённо промчался прямо сквозь чудом уцелевшую огромную хрустальную стену с радужными отблесками и, не снижая хода, весь окутанный ореолом осколков, выбежал за край крыши, после чего рухнул с высоты четвертого этажа вниз, прямо на столь далекую мостовую! <...> — Рос! Что показывают прибо-оры? — осведомился Орбит, отважно смотрящий на приближающуюся твердь. — Что ты напрочь долбанутый! — закричал я в ответ. — Отлично! Дикий рев, и громадная туша Колывана врезается со всей мочи в мостовую улицы Альгоры, едва не придавив городского стражника с арбалетом.

    — Колыва-а-ан-экспресс! Все на борт! — Пора кататься на мамонте, — заключил я, хватая Колывана за хобот. <...> Лохматый слон непринуждённо промчался прямо сквозь чудом уцелевшую огромную хрустальную стену с радужными отблесками и, не снижая хода, весь окутанный ореолом осколков, выбежал за край крыши, после чего рухнул с высоты четвертого этажа вниз, прямо на столь далекую мостовую! <...> — Рос! Что показывают прибо-оры? — осведомился Орбит, отважно смотрящий на приближающуюся твердь. — Что ты напрочь долбанутый! — закричал я в ответ. — Отлично! Дикий рев, и громадная туша Колывана врезается со всей мочи в мостовую улицы Альгоры, едва не придавив городского стражника с арбалетом.

    — Орбит Хрустилиано · книга
18. «

    Меня пожалейте! — продолжал вопить и почему-то пыхтеть Шепот. — Меня за последние недели четыре раза жутким образом убивали! Жутким! Образом! Сначала испепелили божественным огнём! После затоптали в кромешной тьме! Потом утопили в ручье и глотку перерезали! А потом пристрелили неведомо откуда такой длинной стрелой, что на неё мамонта насадить можно! Я не могу больше!

    Меня пожалейте! — продолжал вопить и почему-то пыхтеть Шепот. — Меня за последние недели четыре раза жутким образом убивали! Жутким! Образом! Сначала испепелили божественным огнём! После затоптали в кромешной тьме! Потом утопили в ручье и глотку перерезали! А потом пристрелили неведомо откуда такой длинной стрелой, что на неё мамонта насадить можно! Я не могу больше!

    — Шепот · книга
19. «

    ...короче говоря, полный бардак, а я в самой его серединке.

    ...короче говоря, полный бардак, а я в самой его серединке.

    — Росгард · книга
20. «

    Деревья без ветра не живут. Как человек без боли...

    Деревья без ветра не живут. Как человек без боли...

    — Джоранн · книга