102 мудрых мыслей Дины Рубины

Подборка из 102 цитаты Дины Рубины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мою жизнь всегда отягощали издержки домашнего воспитания, воспитания, я бы сказала, перегруженного традициями восточной вежливости и приветливого уважения ко всем — к старцам, к соседям, к знакомым, к незнакомым, к еле знакомым тем более, ведь они вроде бы знают тебя, но знают недостаточно, не дай бог, составят о тебе превратное мнение...

   Мою жизнь всегда отягощали издержки домашнего воспитания, воспитания, я бы сказала, перегруженного традициями восточной вежливости и приветливого уважения ко всем — к старцам, к соседям, к знакомым, к незнакомым, к еле знакомым тем более, ведь они вроде бы знают тебя, но знают недостаточно, не дай бог, составят о тебе превратное мнение...

   — Когда же пойдёт снег? · книга
2. «

   Веруня, оторвись от Атоса, он уже отдал тебе все лучшее, что имел за душой; и учти, среди порядочных людей все же не принято вешать женщин на деревьях, даже если у них случайно обнажилось плечо с клеймом воровки…

   Веруня, оторвись от Атоса, он уже отдал тебе все лучшее, что имел за душой; и учти, среди порядочных людей все же не принято вешать женщин на деревьях, даже если у них случайно обнажилось плечо с клеймом воровки…

   — дядя Миша · книга
3. «

   С тех пор она могла отчетливо объяснить, что такое игра ума.

   С тех пор она могла отчетливо объяснить, что такое игра ума.

   — Главная героиня · книга
4. «

   ... Сцепив руки на столе, скупо обронил, что есть, мол, такое благородное понятие «месть». — Благородное?! — спросила она. — Да. Благородное, что бы там кто ни говорил. Ибо подразумевает немалую силу чувств, невозвратимые потери и неослабное страдание оскорблённого. Ты понимаешь о чём я толкую? — Пытаюсь... — Вот... Кстати, прекрасно звучит на всех языках и у всех народов, а мне особенно на русском нравится — острое отточенное слово, удар кастетом: «месть!».

   ... Сцепив руки на столе, скупо обронил, что есть, мол, такое благородное понятие «месть». — Благородное?! — спросила она. — Да. Благородное, что бы там кто ни говорил. Ибо подразумевает немалую силу чувств, невозвратимые потери и неослабное страдание оскорблённого. Ты понимаешь о чём я толкую? — Пытаюсь... — Вот... Кстати, прекрасно звучит на всех языках и у всех народов, а мне особенно на русском нравится — острое отточенное слово, удар кастетом: «месть!».

   — Русская канарейка. Блудный сын · книга
5. «

   Я и раньше подозревала, что в текущем кинематографе не боги горшки обжигают. Но чтоб настолько — не боги и до такой степени — горшки?..

   Я и раньше подозревала, что в текущем кинематографе не боги горшки обжигают. Но чтоб настолько — не боги и до такой степени — горшки?..

   — Камера наезжает · книга
6. «

   Писатель – уникальный архивариус, страж времени, странный персонаж, – в его котомке фасоны одежды, марки машин, блеск жестяной крыши сарая, смятая салфетка с мимолетным адресом, едва подсохшая слеза на скуле хохочущей девушки, лепнина балтийских облаков… И когда из всего этого барахлишка вдруг оживет и зашевелится кусочек времени, отрезок эпохи… вот уж ликование, вот радость!

   Писатель – уникальный архивариус, страж времени, странный персонаж, – в его котомке фасоны одежды, марки машин, блеск жестяной крыши сарая, смятая салфетка с мимолетным адресом, едва подсохшая слеза на скуле хохочущей девушки, лепнина балтийских облаков… И когда из всего этого барахлишка вдруг оживет и зашевелится кусочек времени, отрезок эпохи… вот уж ликование, вот радость!

   — Больно только когда смеюсь · книга
7. «

   У меня однажды прорвало канализацию, я думала, что сойду с ума. Хорошо, что за столько лет советская власть приучила нас жить в говне... А то бы даже и не знаю, как справилась.

   У меня однажды прорвало канализацию, я думала, что сойду с ума. Хорошо, что за столько лет советская власть приучила нас жить в говне... А то бы даже и не знаю, как справилась.

   — Лидия Борисовна Либединская · книга
8. «

   Тут хорошо вовремя про Бунина ввернуть, Ивана Алексеевича, великого стилиста, который был собирателем и грамотным «пользователем» ненормативной, как жеманно сейчас выражаются, лексики. Однажды в Париже он на такси куда-то опаздывал и, сидя позади шофера, в ярости страшно матерился. Шофер, из русских офицеров, слушал-слушал, наконец оборачивается и говорит: «Ну, вот что, господин хороший! Я пять лет на флоте прослужил, но такого мне слышать еще не приходилось!» На что Бунин воскликнул: «А вы как полагали, милостивый государь! Я – почетный член Русской академии изящной словесности!»

   Тут хорошо вовремя про Бунина ввернуть, Ивана Алексеевича, великого стилиста, который был собирателем и грамотным «пользователем» ненормативной, как жеманно сейчас выражаются, лексики. Однажды в Париже он на такси куда-то опаздывал и, сидя позади шофера, в ярости страшно матерился. Шофер, из русских офицеров, слушал-слушал, наконец оборачивается и говорит: «Ну, вот что, господин хороший! Я пять лет на флоте прослужил, но такого мне слышать еще не приходилось!» На что Бунин воскликнул: «А вы как полагали, милостивый государь! Я – почетный член Русской академии изящной словесности!»

   — Больно только когда смеюсь · книга
9. «

   Я не люблю психологов. Считаю, что любой умный и тонкий человек сам себе отличный психолог и способен разобраться в своих отношениях с миром, с близкими и неблизкими без посредников.

   Я не люблю психологов. Считаю, что любой умный и тонкий человек сам себе отличный психолог и способен разобраться в своих отношениях с миром, с близкими и неблизкими без посредников.

   — Больно только когда смеюсь · книга
10. «

    Не открывай левого бока никому, даже друзьям. Особенно друзьям.

    Не открывай левого бока никому, даже друзьям. Особенно друзьям.

    — Русская канарейка. Голос · книга
11. «

    Вахтер в России по-прежнему самый большой начальник.

    Вахтер в России по-прежнему самый большой начальник.

    — Больно только когда смеюсь · книга
12. «

    — Тут на меня напал столбняк. — Он был вооружен?

    — Тут на меня напал столбняк. — Он был вооружен?

    — Джентльмены и собаки · книга
13. «

    Родной язык... его хочется держать во рту и посасывать слоги, как дегустатор слагает подробности аромата винного букета, лаская его послевкусие. Хочется ворочать камешки согласных между щёк, а гласные глотать по капле, и чтобы смысл иных слов уходил глубоко в землю, как весенние ливни в горах...

    Родной язык... его хочется держать во рту и посасывать слоги, как дегустатор слагает подробности аромата винного букета, лаская его послевкусие. Хочется ворочать камешки согласных между щёк, а гласные глотать по капле, и чтобы смысл иных слов уходил глубоко в землю, как весенние ливни в горах...

    — Русская канарейка. Голос · книга
14. «

    Единственный соперник, к которому меня ревнует мой муж, это мое писательское одиночество над каждой следующей страницей.

    Единственный соперник, к которому меня ревнует мой муж, это мое писательское одиночество над каждой следующей страницей.

    — Больно только когда смеюсь · книга
15. «

    С годами жизнь отнимает у человека главное — предвкушение.

    С годами жизнь отнимает у человека главное — предвкушение.

    — Синдикат · книга
16. «

    Что касается умения «быть любимым» – тут все гораздо сложнее. Оно присуще только очень эгоистичным, умным и расчетливым людям.

    Что касается умения «быть любимым» – тут все гораздо сложнее. Оно присуще только очень эгоистичным, умным и расчетливым людям.

    — Больно только когда смеюсь · книга
17. «

    Нельзя так долго жить. Выясняется, что это большое неудобство для близких, которые могут устать в ожидании твоей приличной кончины, и с досады выкинуть некрасивое коленце, например, умереть допрежь тебя.

    Нельзя так долго жить. Выясняется, что это большое неудобство для близких, которые могут устать в ожидании твоей приличной кончины, и с досады выкинуть некрасивое коленце, например, умереть допрежь тебя.

    — На Верхней Масловке · книга
18. «

    В пустой квартире тоже есть своя эстетика. Ожидание новой жизни.

    В пустой квартире тоже есть своя эстетика. Ожидание новой жизни.

    — На солнечной стороне улицы · книга
19. «

    Только дураки — главные инструкторы во всяком деле...

    Только дураки — главные инструкторы во всяком деле...

    — Синдром Петрушки · книга
20. «

    Я и до сих пор уверена, что самая благодатная почва для свободного развития мысли и воображения – это молчаливое сосредоточение.

    Я и до сих пор уверена, что самая благодатная почва для свободного развития мысли и воображения – это молчаливое сосредоточение.

    — Больно только когда смеюсь · книга