Что говорила Дина Рубина: 184 цитаты

Подборка из 184 цитаты Дины Рубины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И после был ещё тихий домашний вечер — пушистый хвост воскресенья, долгий-долгий, чае-вареньевый, переливчато-канареечный, шахматно-задумчивый, пасьянсовый вечер умиротворения всех богов.

   И после был ещё тихий домашний вечер — пушистый хвост воскресенья, долгий-долгий, чае-вареньевый, переливчато-канареечный, шахматно-задумчивый, пасьянсовый вечер умиротворения всех богов.

   — Русская канарейка. Желтухин · книга
2. «

   Родной язык... его хочется держать во рту и посасывать слоги, как дегустатор слагает подробности аромата винного букета, лаская его послевкусие. Хочется ворочать камешки согласных между щёк, а гласные глотать по капле, и чтобы смысл иных слов уходил глубоко в землю, как весенние ливни в горах...

   Родной язык... его хочется держать во рту и посасывать слоги, как дегустатор слагает подробности аромата винного букета, лаская его послевкусие. Хочется ворочать камешки согласных между щёк, а гласные глотать по капле, и чтобы смысл иных слов уходил глубоко в землю, как весенние ливни в горах...

   — Русская канарейка. Голос · книга
3. «

   Скрипка — ближайший родственник голосу, она способна обидеться на хозяина и отплатить ему — добром или злом.

   Скрипка — ближайший родственник голосу, она способна обидеться на хозяина и отплатить ему — добром или злом.

   — Гуля · книга
4. «

   Вот и я говорю… Живешь ты, живешь, очумеешь уже от этой говенной жизни, запаршивеешь душой, думаешь, что никакой любви и нет… А она, девочки, есть! Надо только затаиться, ждать и не рыпаться.

   Вот и я говорю… Живешь ты, живешь, очумеешь уже от этой говенной жизни, запаршивеешь душой, думаешь, что никакой любви и нет… А она, девочки, есть! Надо только затаиться, ждать и не рыпаться.

   — Надя · книга
5. «

   С тех пор она могла отчетливо объяснить, что такое игра ума.

   С тех пор она могла отчетливо объяснить, что такое игра ума.

   — Главная героиня · книга
6. «

   И вообще, это ужасная штука — посещение тяжелобольных. Ты его жалеешь и делаешь участливое лицо, а сам думаешь о том, как бы не проспать завтра на рыбалку.

   И вообще, это ужасная штука — посещение тяжелобольных. Ты его жалеешь и делаешь участливое лицо, а сам думаешь о том, как бы не проспать завтра на рыбалку.

   — Когда же пойдёт снег? · книга
7. «

   Так вот, Платон называл человека божьей марионеткой и говорил, что у него тоже много нитей — добрые побуждения, дурные побуждения... Но подчиняться стоит только «золотой нити» разума...

   Так вот, Платон называл человека божьей марионеткой и говорил, что у него тоже много нитей — добрые побуждения, дурные побуждения... Но подчиняться стоит только «золотой нити» разума...

   — Синдром Петрушки · книга
8. «

   Знаешь, есть гениальный здешний путеводитель, разделенный на главки: «Как делать покупки в Бостоне», «Как посещать рестораны в Бостоне»... Так вот, раздел «Как водить машину в Бостоне» содержит единственную фразу: «В Бостоне лучше не водить»...

   Знаешь, есть гениальный здешний путеводитель, разделенный на главки: «Как делать покупки в Бостоне», «Как посещать рестораны в Бостоне»... Так вот, раздел «Как водить машину в Бостоне» содержит единственную фразу: «В Бостоне лучше не водить»...

   — Почерк Леонардо · книга
9. «

   Надо влюбляться, сходить с ума, назначать свидания, задыхаться, тряся грудью бежать к метро! Да — возраст, да — недостатки кальция, фтора, чего там еще... у каждого своя гормональная история. Но душе-то все равно пятнадцать лет!

   Надо влюбляться, сходить с ума, назначать свидания, задыхаться, тряся грудью бежать к метро! Да — возраст, да — недостатки кальция, фтора, чего там еще... у каждого своя гормональная история. Но душе-то все равно пятнадцать лет!

   — Несколько торопливых слов любви · книга
10. «

    Говорят: «Глаза не врут». На самом деле — врут отлично! О человеке врёт всё: одежда врёт, причёска, даже лицо. Но руки — в последнюю очередь. И если на портрете «выключить» цвет, то с ним автоматически уходит всё неважное, ненастоящее. И проявляется суть человека.

    Говорят: «Глаза не врут». На самом деле — врут отлично! О человеке врёт всё: одежда врёт, причёска, даже лицо. Но руки — в последнюю очередь. И если на портрете «выключить» цвет, то с ним автоматически уходит всё неважное, ненастоящее. И проявляется суть человека.

    — Русская канарейка. Голос · книга
11. «

    — ...и я боялась тебя ранить. Я засмеялся, мужик, я зло рассмеялся, потому что залюбовался этим чисто женским завитком: убивая человека, она боялась его ранить.

    — ...и я боялась тебя ранить. Я засмеялся, мужик, я зло рассмеялся, потому что залюбовался этим чисто женским завитком: убивая человека, она боялась его ранить.

    — Двойная фамилия · книга
12. «

    Писатель с рождения видит мир иначе. Он посторонний в нем: не живет, а наблюдает.

    Писатель с рождения видит мир иначе. Он посторонний в нем: не живет, а наблюдает.

    — Больно только когда смеюсь · книга
13. «

    Любой мало-мальски чувствующий человек подтвердит вам, что нет ничего печальнее счастливого детства.

    Любой мало-мальски чувствующий человек подтвердит вам, что нет ничего печальнее счастливого детства.

    — При чем тут девочка? (сборник) · книга
14. «

    И в этот миг раздался телефонный звонок… Никто не мог звонить ей в этот час. Дитер уже звонил накануне вечером, сухо осведомился – как она долетела, была ли в галерее и не успела ли за двадцать минут встречи испортить отношения с куратором… Но телефон все звонил… И она сняла трубку. – Hello?… Yes?… В ответ молчали… Но это молчание почему-то не позволяло прервать связь, словно по подвесному мосту к ней шел кто-то близкий, кто вот-вот достигнет этого края, проявится голосом, улыбкой… – Yes? Hello? Who is it? Молчание… Но к ней шли, она знала это, чувствовала… Ее искали где-то там, пытались дотянуться… Тогда она тихо проговорила по-русски: – Это я… Я здесь… слушаю тебя… И захлебнувшись, на том конце оборвалась связь, раздались короткие гудки… Но все это было уже неважно!… Ей вдруг полегчало, ушло наваждение…

    И в этот миг раздался телефонный звонок… Никто не мог звонить ей в этот час. Дитер уже звонил накануне вечером, сухо осведомился – как она долетела, была ли в галерее и не успела ли за двадцать минут встречи испортить отношения с куратором… Но телефон все звонил… И она сняла трубку. – Hello?… Yes?… В ответ молчали… Но это молчание почему-то не позволяло прервать связь, словно по подвесному мосту к ней шел кто-то близкий, кто вот-вот достигнет этого края, проявится голосом, улыбкой… – Yes? Hello? Who is it? Молчание… Но к ней шли, она знала это, чувствовала… Ее искали где-то там, пытались дотянуться… Тогда она тихо проговорила по-русски: – Это я… Я здесь… слушаю тебя… И захлебнувшись, на том конце оборвалась связь, раздались короткие гудки… Но все это было уже неважно!… Ей вдруг полегчало, ушло наваждение…

    — На солнечной стороне улицы · книга
15. «

    — Он дразнится на каждой перемене, что я втрескался в Оксанку Тищенко. — А ты втрескался? — Да, — признался мальчик. — Тогда по морде! — посоветовала мать. — Я не могу — по морде, — сказал он. — Почему? — Морда глазами смотрит...

    — Он дразнится на каждой перемене, что я втрескался в Оксанку Тищенко. — А ты втрескался? — Да, — признался мальчик. — Тогда по морде! — посоветовала мать. — Я не могу — по морде, — сказал он. — Почему? — Морда глазами смотрит...

    — Астральный полет души на уроке физики · книга
16. «

    Юность — самый прекрасный трамплин к преодолению...

    Юность — самый прекрасный трамплин к преодолению...

    — Русская канарейка. Желтухин · книга
17. «

    Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

    Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

    — Больно только когда смеюсь · книга
18. «

    Гореть положено поэту. Прозаики – тяжеловесы, им нужна тишина, покой, и много часов невылазной работы. С годами это способ дышать, система кровообращения.

    Гореть положено поэту. Прозаики – тяжеловесы, им нужна тишина, покой, и много часов невылазной работы. С годами это способ дышать, система кровообращения.

    — Больно только когда смеюсь · книга
19. «

    Выблядки — соль человечества, золотой его фонд.

    Выблядки — соль человечества, золотой его фонд.

    — Русская канарейка. Желтухин · книга
20. «

    — Лиза, — проговорил я, — ты знаешь, что я тебя люблю? Мне (...) эти слова всегда казались такими маленькими, тусклыми киношными словцами. Разве могли они как-то выразить, хоть как-то передать... Наверное, поэтому я никогда их не произносил, чтобы не повторять, не уподобляться, не становиться в миллионный ряд упоминающих всуе.

    — Лиза, — проговорил я, — ты знаешь, что я тебя люблю? Мне (...) эти слова всегда казались такими маленькими, тусклыми киношными словцами. Разве могли они как-то выразить, хоть как-то передать... Наверное, поэтому я никогда их не произносил, чтобы не повторять, не уподобляться, не становиться в миллионный ряд упоминающих всуе.

    — Синдром Петрушки · книга