338 афоризмов Дмитрого Емеца

Дмитрий Емец — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 338 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Обычно только женщина способна верить своей лжи до конца, создавая в своем роде новую реальность. Мужчине же чаще всего для этого не хватает воображения.

   Обычно только женщина способна верить своей лжи до конца, создавая в своем роде новую реальность. Мужчине же чаще всего для этого не хватает воображения.

   — Мошкин · книга
2. «

   Иногда человек как будто говорит правильные слова, но на самом деле науськивает. Порой и «люблю» можно произнести так, что тебя выбросят в окно...

   Иногда человек как будто говорит правильные слова, но на самом деле науськивает. Порой и «люблю» можно произнести так, что тебя выбросят в окно...

   — Эссиорх · книга
3. «

   Ехидство — это у меня осложнение на мозги после диатеза.

   Ехидство — это у меня осложнение на мозги после диатеза.

   — Мефодий · книга
4. «

   Своё счастье люди разрушают сами, причём упорно, как муравьи. Посторонние силы если и мешают им, то крайне редко. Зачем делать чужую работу, когда и без них всё будет сделано?

   Своё счастье люди разрушают сами, причём упорно, как муравьи. Посторонние силы если и мешают им, то крайне редко. Зачем делать чужую работу, когда и без них всё будет сделано?

   — Таня Гроттер и перстень с жемчужиной · книга
5. «

   Чем дольше отношения развиваются, тем на дольше их потом хватает.

   Чем дольше отношения развиваются, тем на дольше их потом хватает.

   — Мефодий Буслаев. Книга Семи Дорог · книга
6. «

   Кажется, нам туда! Может, конечно, и не туда, но здесь нам точно нечего делать!

   Кажется, нам туда! Может, конечно, и не туда, но здесь нам точно нечего делать!

   — Улита · книга
7. «

   Деньги — это самая тоскливая и одновременно самая вечная игра. В сущности, это прямая кишка человечества, в которую что ни кинь, все ей мало.

   Деньги — это самая тоскливая и одновременно самая вечная игра. В сущности, это прямая кишка человечества, в которую что ни кинь, все ей мало.

   — Мефодий Буслаев. Тайная магия Депресняка · книга
8. «

   Основной противник добрых людей не злые люди, а добренькие. Да и вообще кто сказал, что зло не добренькое? Да оно, может, гуманнее добра в двести тысяч раз, как и маньяк до определенного момента добрее отца с ремнем. Поэтому если зло и придет к нам в ближайшие годы, то под маской такого глобального, вненационального, объединяющего и всеобщего добра, что мы к нему прямо все потянемся. Ещё и толкаться будем в очереди на эшафот.

   Основной противник добрых людей не злые люди, а добренькие. Да и вообще кто сказал, что зло не добренькое? Да оно, может, гуманнее добра в двести тысяч раз, как и маньяк до определенного момента добрее отца с ремнем. Поэтому если зло и придет к нам в ближайшие годы, то под маской такого глобального, вненационального, объединяющего и всеобщего добра, что мы к нему прямо все потянемся. Ещё и толкаться будем в очереди на эшафот.

   — ШНыр. У входа нет выхода · книга
9. «

   — По-моему, ты всё усложняешь. Смешно, что другим мы даём советы, которым не следуем сами. — Разве? Я так мыслю. А ещё я боюсь слишком сильных чувств. Точнее не сильных, а неконтролируемых.

   — По-моему, ты всё усложняешь. Смешно, что другим мы даём советы, которым не следуем сами. — Разве? Я так мыслю. А ещё я боюсь слишком сильных чувств. Точнее не сильных, а неконтролируемых.

   — Эссиорх · книга
10. «

    Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь.

    Старая любовь не умирает. Она может вздремнуть, взять отгул, временно затаиться в памяти, но окончательно она не уходит никогда. Часто она возвращается и пронзает насквозь.

    — Таня Гроттер и ботинки кентавра · книга
11. «

    — Ты веришь в чудеса? — Я маг, мне по работе положено!

    — Ты веришь в чудеса? — Я маг, мне по работе положено!

    — Таня Гроттер · книга
12. «

    Ведь как бывает? Встретишь человека, кинешься к нему, а через некоторое время понимаешь, что и говорить вам не о чем и встреча не такая уж и радостная.

    Ведь как бывает? Встретишь человека, кинешься к нему, а через некоторое время понимаешь, что и говорить вам не о чем и встреча не такая уж и радостная.

    — Таня Гроттер и перстень с жемчужиной · книга
13. «

    Буслаев наклонился вперед, как человек, который идет против ветра. — Ты мне нужна, — сказал он, ворочая слова, как камни. Дафна, хотевшая сдуть очередного комара, забыла это сделать и позволила комару сосать ее кровь дальше. — Это мужской вариант: «Я тебя люблю»? — уточнила она, стараясь, чтобы счастье в голосе не было таким явным. — Почему мужской? — растерялся Меф. — То есть да, мужской. В общем, я тебя люблю. Даф вздохнула. — В общем, я тебя тоже люблю, — сказала она, подумав про себя, что это было самое бестолковое объяснение в мире.

    Буслаев наклонился вперед, как человек, который идет против ветра. — Ты мне нужна, — сказал он, ворочая слова, как камни. Дафна, хотевшая сдуть очередного комара, забыла это сделать и позволила комару сосать ее кровь дальше. — Это мужской вариант: «Я тебя люблю»? — уточнила она, стараясь, чтобы счастье в голосе не было таким явным. — Почему мужской? — растерялся Меф. — То есть да, мужской. В общем, я тебя люблю. Даф вздохнула. — В общем, я тебя тоже люблю, — сказала она, подумав про себя, что это было самое бестолковое объяснение в мире.

    — Дафна · книга
14. «

    В любовь, как в шахматы, играют вдвоём.

    В любовь, как в шахматы, играют вдвоём.

    — Таня Гроттер и проклятие некромага · книга
15. «

    По сути, все, что надо сделать, чтобы уничтожить человека, это отнять у него веру. То, что останется, будет ходить, дышать, говорить, будет делать все то, что делают живые люди, но это будет лишь иллюзия жизни.

    По сути, все, что надо сделать, чтобы уничтожить человека, это отнять у него веру. То, что останется, будет ходить, дышать, говорить, будет делать все то, что делают живые люди, но это будет лишь иллюзия жизни.

    — Таня Гроттер и молот Перуна · книга
16. «

    Тебе плохо? Жить не хочется? Присядь сто раз! Уже чуточку захотелось? Если нет, пробеги километра два в быстром темпе, пока сердце не запрыгает во рту, или, если ты человек практический, сходи на рынок, купи 50 кг картошки и принеси домой по картофелине. Если же и бежать в лом, и приседать неохота, значит, и глобальной тоски никакой нет, а есть только дурно пахнущая кучка лени.

    Тебе плохо? Жить не хочется? Присядь сто раз! Уже чуточку захотелось? Если нет, пробеги километра два в быстром темпе, пока сердце не запрыгает во рту, или, если ты человек практический, сходи на рынок, купи 50 кг картошки и принеси домой по картофелине. Если же и бежать в лом, и приседать неохота, значит, и глобальной тоски никакой нет, а есть только дурно пахнущая кучка лени.

    — Мефодий Буслаев. Лестница в Эдем · книга
17. «

    На самом деле всё очень просто. Только дураки всё усложняют. Наша любовь будет продолжаться до тех пор, пока мы сможем прощать друг другу собственное несовершенство. Умные и зоркие люди мгновенно находят друг у друга кучу недостатков. Любовь же кормится иллюзиями, как младенец материнским молоком. Таким образом, отказ от идеала – разрешить тому, кто рядом, быть не идеальным – первый созидательный шаг ума.

    На самом деле всё очень просто. Только дураки всё усложняют. Наша любовь будет продолжаться до тех пор, пока мы сможем прощать друг другу собственное несовершенство. Умные и зоркие люди мгновенно находят друг у друга кучу недостатков. Любовь же кормится иллюзиями, как младенец материнским молоком. Таким образом, отказ от идеала – разрешить тому, кто рядом, быть не идеальным – первый созидательный шаг ума.

    — Ванька Валялкин · книга
18. «

    Есть тип девушек, которые любят только деспотов. Особенно, заметь, те, у кого от природы сильный характер.

    Есть тип девушек, которые любят только деспотов. Особенно, заметь, те, у кого от природы сильный характер.

    — Мефодий Буслаев. Танец меча · книга
19. «

    Чем нелепее мы выглядим со стороны, тем позорнее будет ваше поражение!

    Чем нелепее мы выглядим со стороны, тем позорнее будет ваше поражение!

    — Мефодий Буслаев. Свиток желаний · книга
20. «

    Выше вознесёшься, — больнее упадёшь. Лучше скромно упасть со стула, чем нескромно с крыши.

    Выше вознесёшься, — больнее упадёшь. Лучше скромно упасть со стула, чем нескромно с крыши.

    — Мефодий Буслаев. Карта Хаоса · книга