655 цитат от Дмитрого Емеца

Дмитрий Емец — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 655 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Стучат стукачи. Умные люди информируют общественность через телефон доверия, после чего тщательно вытирают уличный автомат одеколоном!

   Стучат стукачи. Умные люди информируют общественность через телефон доверия, после чего тщательно вытирают уличный автомат одеколоном!

   — Жора Жикин · книга
2. «

   Поскреби циничного пресыщенного москвича и найдешь здорового провинциала.

   Поскреби циничного пресыщенного москвича и найдешь здорового провинциала.

   — Улита · книга
3. «

   Просто всё дело в том, что жизнь не состоит из одной любви. Любовь — это десерт, это удовольствие, но никак не основное блюдо. Кроме любви, в жизни каждого есть цель. Что-то чудовищно важное, глобальное, для чего человек приходит на свет. Его миссия, его сверхзадача, его долг перед самим собой и перед миром.

   Просто всё дело в том, что жизнь не состоит из одной любви. Любовь — это десерт, это удовольствие, но никак не основное блюдо. Кроме любви, в жизни каждого есть цель. Что-то чудовищно важное, глобальное, для чего человек приходит на свет. Его миссия, его сверхзадача, его долг перед самим собой и перед миром.

   — Ванька Валялкин · книга
4. «

   Надо смотреть, ни что люди делают, а с каким чувством они это делают. К примеру, пол помыть — хорошее дело, но если с истерикой или с лицом недооцененной жертвы, то на фиг не надо. Или бабуленцию через дорогу перевести. Нормальное дело? Нормальное. Но если при этом орать, чтобы все бабуленций через дорогу переводили, и слюной на асфальт капать — то пусть лучше бабуленции дома сидят.

   Надо смотреть, ни что люди делают, а с каким чувством они это делают. К примеру, пол помыть — хорошее дело, но если с истерикой или с лицом недооцененной жертвы, то на фиг не надо. Или бабуленцию через дорогу перевести. Нормальное дело? Нормальное. Но если при этом орать, чтобы все бабуленций через дорогу переводили, и слюной на асфальт капать — то пусть лучше бабуленции дома сидят.

   — Эдя Хаврон · книга
5. «

   Человек может читать любые книги, говорить любые умные вещи — и поступить крайне глупо. Или нести полную ахинею — и оказаться способным на поступок. Поэтому нас можно вообще не слушать. Пока слова не равны чувству, а чувство — истинному желанию, они бессильны.

   Человек может читать любые книги, говорить любые умные вещи — и поступить крайне глупо. Или нести полную ахинею — и оказаться способным на поступок. Поэтому нас можно вообще не слушать. Пока слова не равны чувству, а чувство — истинному желанию, они бессильны.

   — ШНыр. Череп со стрелой · книга
6. «

   Жизнь — это забег на длинную дистанцию. Не спринт, а марафон. Человек, забывший учесть эту мелкую деталь, подобен охотнику, который бестолково выпустив все заряды в прыгающую по веткам синицу, оказался затем с пустым магазином перед шестью голодными волками.

   Жизнь — это забег на длинную дистанцию. Не спринт, а марафон. Человек, забывший учесть эту мелкую деталь, подобен охотнику, который бестолково выпустив все заряды в прыгающую по веткам синицу, оказался затем с пустым магазином перед шестью голодными волками.

   — Таня Гроттер и болтливый сфинкс · книга
7. «

   Чем человек отличается от куклы? Когда игра заканчивается, его, точно куклу, убирают в коробку.

   Чем человек отличается от куклы? Когда игра заканчивается, его, точно куклу, убирают в коробку.

   — Фудзий · книга
8. «

   А если и правда существовала большая и чистая любовь, которую он случайно раздавил, как хрупкую елочную игрушку? Хотя что это за любовь, если её так просто уничтожить? Любовь должна быть упругой и пушистой, как новый теннисный мяч.

   А если и правда существовала большая и чистая любовь, которую он случайно раздавил, как хрупкую елочную игрушку? Хотя что это за любовь, если её так просто уничтожить? Любовь должна быть упругой и пушистой, как новый теннисный мяч.

   — Мефодий Буслаев. Месть валькирий · книга
9. «

   Женщина — настоящая женщина, истинная — пассивное начало. Она приз, она награда. Что это за приз, который сам бежит за спортсменом, чтобы ему навязчиво вручиться? Что это за лань, которая сама открывает пасть крокодилу и забирается туда по самые гланды? Нет, девушка ни в коем случае не должна влюбляться сама и особенно первая. Идеал — когда юноша любит девушку, а она одаривает его смиренным принятием его любви.

   Женщина — настоящая женщина, истинная — пассивное начало. Она приз, она награда. Что это за приз, который сам бежит за спортсменом, чтобы ему навязчиво вручиться? Что это за лань, которая сама открывает пасть крокодилу и забирается туда по самые гланды? Нет, девушка ни в коем случае не должна влюбляться сама и особенно первая. Идеал — когда юноша любит девушку, а она одаривает его смиренным принятием его любви.

   — Матвей Багров · книга
10. «

    Любовь греет, а не испепеляет!

    Любовь греет, а не испепеляет!

    — Гробыня Склепова · книга
11. «

    Каждый склонен видеть в мире своё отражение. Уставшему человеку все кажутся уставшими. Больному — больными. Проигравшему — проигравшими.

    Каждый склонен видеть в мире своё отражение. Уставшему человеку все кажутся уставшими. Больному — больными. Проигравшему — проигравшими.

    — Книга Света · книга
12. «

    Зозо была опытная женщина и понимала, что самый надежный и окупаемый способ быть любимой — это любить самой.

    Зозо была опытная женщина и понимала, что самый надежный и окупаемый способ быть любимой — это любить самой.

    — Мефодий Буслаев. Месть валькирий · книга
13. «

    Меньше знаешь — меньше мучаешься.

    Меньше знаешь — меньше мучаешься.

    — Арей · книга
14. «

    Ужас рождает не тот, кто велик и страшен, но тот, в ком много сосредоточенной ненависти.

    Ужас рождает не тот, кто велик и страшен, но тот, в ком много сосредоточенной ненависти.

    — Мефодий Буслаев · книга
15. «

    Страх всегда убивает больше борьбы. Пока армия не бросает щитов и не размыкает строя, уничтожить ее практически невозможно, либо она уходит в небо с такой славой, что враг обычно уже не лезет к этому народу.

    Страх всегда убивает больше борьбы. Пока армия не бросает щитов и не размыкает строя, уничтожить ее практически невозможно, либо она уходит в небо с такой славой, что враг обычно уже не лезет к этому народу.

    — Меркурий · книга
16. «

    Истинное счастье состоит в том, чтобы не реагировать на настроение извне. Ни на вопли, ни на профессиональную истерию, ни на непонятные желания непонятных людей. Сохранять огонёк, как сохраняет его свеча, закрытая стеклом от пронизывающего ветра. С другой стороны, такое счастье сродни счастью тихого сумасшедшего в палате для буйных.

    Истинное счастье состоит в том, чтобы не реагировать на настроение извне. Ни на вопли, ни на профессиональную истерию, ни на непонятные желания непонятных людей. Сохранять огонёк, как сохраняет его свеча, закрытая стеклом от пронизывающего ветра. С другой стороны, такое счастье сродни счастью тихого сумасшедшего в палате для буйных.

    — Инструкция стражей света №XXI · книга
17. «

    Дураки бывают активные и пассивные. Остановимые и неостановимые. Контролируемые и неконтролируемые. Самая утомительная разновидность — это активный, неостановимый, неконтролируемый дурак

    Дураки бывают активные и пассивные. Остановимые и неостановимые. Контролируемые и неконтролируемые. Самая утомительная разновидность — это активный, неостановимый, неконтролируемый дурак

    — Ирка · книга
18. «

    Лучше взять меньше, но донести, чем взять много и бросить на полпути.

    Лучше взять меньше, но донести, чем взять много и бросить на полпути.

    — Кавалерия · книга
19. «

    Здорово, когда человек умеет хорошо драться! Он всегда сможет с минимальными потерями выйти из ситуации, в которую, не умея драться, он вообще бы не попал.

    Здорово, когда человек умеет хорошо драться! Он всегда сможет с минимальными потерями выйти из ситуации, в которую, не умея драться, он вообще бы не попал.

    — Лиза · книга
20. «

    Это только дауны-сказочники думают, что детство — идеальное время. Сюсю-муму в сиропе! «Не рви листочек! Листочек — это пальчик дерева!» Ты не рвёшь листочек и всех жалеешь, а какой-нибудь Вася в песочнице вставляет тебе лопату в нос, надевает на голову ведро и участливо спрашивает: «Бо-ольно?» Но это ещё шут с ним! Вася намочит штаны, заревёт, и его за ухо утащат домой. А вот из школы уже никуда не денешься. Тут ты в ловушке. Никогда в жизни человека не травят сильнее, чем в каком-нибудь седьмом-восьмом-девятом классе. И кто? Не какие-нибудь уроды, которые кошек вешают, а вполне нормальные вроде бы люди, которые потом за всю свою жизнь об этом даже не вспомнят.

    Это только дауны-сказочники думают, что детство — идеальное время. Сюсю-муму в сиропе! «Не рви листочек! Листочек — это пальчик дерева!» Ты не рвёшь листочек и всех жалеешь, а какой-нибудь Вася в песочнице вставляет тебе лопату в нос, надевает на голову ведро и участливо спрашивает: «Бо-ольно?» Но это ещё шут с ним! Вася намочит штаны, заревёт, и его за ухо утащат домой. А вот из школы уже никуда не денешься. Тут ты в ловушке. Никогда в жизни человека не травят сильнее, чем в каком-нибудь седьмом-восьмом-девятом классе. И кто? Не какие-нибудь уроды, которые кошек вешают, а вполне нормальные вроде бы люди, которые потом за всю свою жизнь об этом даже не вспомнят.

    — Мефодий Буслаев. Месть валькирий · книга