68 цитат Дмитрого Львовича Быкова

Дмитрий Львович Быков — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 68 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   О, пальцы тонкие, и беззащитность шеи, И ложь безмерная, когда нельзя честней Глядит в глаза тебе! И что всего страшнее - Она несчастна впрямь, и всяк несчастен с ней.

   О, пальцы тонкие, и беззащитность шеи, И ложь безмерная, когда нельзя честней Глядит в глаза тебе! И что всего страшнее - Она несчастна впрямь, и всяк несчастен с ней.
2. «

   Знаете, есть такие мужчины, которые своей моногамностью способны достать окружающих гораздо больше, чем любой Дон Гуан своей полигамностью. Вот они так уверены… Ну, знаете, это такие фанатики, как у Моэма в рассказе «Дождь». Есть мужчины, которые просто любят только одну женщину. Но хорошо ли это? Я не знаю. Наверное, хорошо, если кто-то нашёл свой абсолютный идеал. А если при этом ты не видишь ничего другого и не способен замечать ничего другого, то я не уверен, что это хорошо. Другой вопрос — надо ли обязательно изменять жене? Конечно, я ничего подобного проповедовать не буду. Но мне очень нравится формула Стивена Кинга: «Сидящий на диете имеет право просмотреть меню». Понимаете, можно любить жену, но увлекаться, любоваться, восхищаться остальными, и в этом не будет никакой драмы. <...> Есть определённая суженность в том, чтобы воспринимать единственную женщину, а всех, кто воспринимает больше, считать развратниками и подонками. Вот я очень не люблю ригористов и моралистов таких. Я люблю людей, которые подлостей не делают. Вот этих я люблю. Пожалуй, влюблённость, которая «повелительней [слаще] звука военной трубы», по Блоку, — это то состояние, которое необходимо, это творческое состояние, это всё равно что вдохнуть действительно чистый воздух.

   Знаете, есть такие мужчины, которые своей моногамностью способны достать окружающих гораздо больше, чем любой Дон Гуан своей полигамностью. Вот они так уверены… Ну, знаете, это такие фанатики, как у Моэма в рассказе «Дождь». Есть мужчины, которые просто любят только одну женщину. Но хорошо ли это? Я не знаю. Наверное, хорошо, если кто-то нашёл свой абсолютный идеал. А если при этом ты не видишь ничего другого и не способен замечать ничего другого, то я не уверен, что это хорошо. Другой вопрос — надо ли обязательно изменять жене? Конечно, я ничего подобного проповедовать не буду. Но мне очень нравится формула Стивена Кинга: «Сидящий на диете имеет право просмотреть меню». Понимаете, можно любить жену, но увлекаться, любоваться, восхищаться остальными, и в этом не будет никакой драмы. <...> Есть определённая суженность в том, чтобы воспринимать единственную женщину, а всех, кто воспринимает больше, считать развратниками и подонками. Вот я очень не люблю ригористов и моралистов таких. Я люблю людей, которые подлостей не делают. Вот этих я люблю. Пожалуй, влюблённость, которая «повелительней [слаще] звука военной трубы», по Блоку, — это то состояние, которое необходимо, это творческое состояние, это всё равно что вдохнуть действительно чистый воздух.
3. «

   Экспансия красоты приводит к её девальвации: чего много, то дёшево. Ценятся добрые.

   Экспансия красоты приводит к её девальвации: чего много, то дёшево. Ценятся добрые.
4. «

   След овальный, и точкой — каблук. Так сказать, восклицательный знак. Соблазнительна тема разлук С переходом в табак и кабак.

   След овальный, и точкой — каблук. Так сказать, восклицательный знак. Соблазнительна тема разлук С переходом в табак и кабак.
5. «

   У нас всегда есть ожег, которого мы боимся коснуться. Мы ведь всегда знаем, что что в сознании есть темное ядро, которого мы не касаемся. Мы не знаем что это — детская травма, или страх перед будущим, или какая-то память, которую мы вытеснили. Но мертвая зона есть в любом сознании.

   У нас всегда есть ожег, которого мы боимся коснуться. Мы ведь всегда знаем, что что в сознании есть темное ядро, которого мы не касаемся. Мы не знаем что это — детская травма, или страх перед будущим, или какая-то память, которую мы вытеснили. Но мертвая зона есть в любом сознании.
6. «

   Август — август, мой месяц — анапест! Так тепло не бывало давно. На скамейке стирается надпись «Алексей плюс Наташа равно»…

   Август — август, мой месяц — анапест! Так тепло не бывало давно. На скамейке стирается надпись «Алексей плюс Наташа равно»…
7. «

   Пошлость — это всё, что человек делает не для себя, а для чужого мнения. Это любые потуги выглядеть как-то в соответствии с чуждыми критериями, то есть — это неорганичное поведение.

   Пошлость — это всё, что человек делает не для себя, а для чужого мнения. Это любые потуги выглядеть как-то в соответствии с чуждыми критериями, то есть — это неорганичное поведение.
8. «

   Господь даёт брюки, когда нету зада, Когда нету тачки — дарит колесо. Вот когда мне будет ничего не надо, Он даст мне всё и больше, чем всё. <...> Надо себя ввергнуть в такое состоянье, Которое не всякий вкусих и описах - Когда тебе нужно только достоянье, Собранное сердцем, причем на небесах. <...> Средь сорного сада, позорного распада, Смурного парада соблазнов и химер Я жив потому лишь, что мне почти не надо Того, чего надо соседу, например.

   Господь даёт брюки, когда нету зада, Когда нету тачки — дарит колесо. Вот когда мне будет ничего не надо, Он даст мне всё и больше, чем всё. <...> Надо себя ввергнуть в такое состоянье, Которое не всякий вкусих и описах - Когда тебе нужно только достоянье, Собранное сердцем, причем на небесах. <...> Средь сорного сада, позорного распада, Смурного парада соблазнов и химер Я жив потому лишь, что мне почти не надо Того, чего надо соседу, например.
9. «

   Когда смотришь эти завораживающие панорамы в «Сталкере», ну например знаменитую, два дня делавшуюся Тарковским лично своими руками выкладку на дне ручья, помните» — остатки часов, фотографий, циферблатов, писем, всего… Вот это магия! Действительно, магия у Тарковского есть везде. А смысла нет. Но может быть как раз магия — это и есть бессмыслица. Не будем, братцы, слишком рациональны.

   Когда смотришь эти завораживающие панорамы в «Сталкере», ну например знаменитую, два дня делавшуюся Тарковским лично своими руками выкладку на дне ручья, помните» — остатки часов, фотографий, циферблатов, писем, всего… Вот это магия! Действительно, магия у Тарковского есть везде. А смысла нет. Но может быть как раз магия — это и есть бессмыслица. Не будем, братцы, слишком рациональны.
10. «

    Ты непременно сдохнешь, пускай нескоро, Дергаясь от удушья, пустив мочу, Сдохнешь и ты, посмевший — но нет, ни слова. Сдохнешь и ты, добивший — но нет, молчу. Общая казнь, которою не отменишь, Общая месть за весь этот сад земной. Впрочем, и сам я сдохну. Но это мелочь После того, что сделали вы со мной.

    Ты непременно сдохнешь, пускай нескоро, Дергаясь от удушья, пустив мочу, Сдохнешь и ты, посмевший — но нет, ни слова. Сдохнешь и ты, добивший — но нет, молчу. Общая казнь, которою не отменишь, Общая месть за весь этот сад земной. Впрочем, и сам я сдохну. Но это мелочь После того, что сделали вы со мной.
11. «

    Степень свободы общества определяется не объемом дозволенной информации, а уровнем развития этого общества, его сложностью. Дурак не может быть свободен, не зря его называют «ограниченным человеком». Он ограничен во всём, в том числе в принятии личных решений.

    Степень свободы общества определяется не объемом дозволенной информации, а уровнем развития этого общества, его сложностью. Дурак не может быть свободен, не зря его называют «ограниченным человеком». Он ограничен во всём, в том числе в принятии личных решений.
12. «

    У нас женщина всегда платит за мужчину. Потому что если наоборот, он будет думать, что теперь имеет на неё право.

    У нас женщина всегда платит за мужчину. Потому что если наоборот, он будет думать, что теперь имеет на неё право.

    — Игорь · книга
13. «

    Загоняв себя, как Макар телят, И колпак шута заработав, Я открыл в себе лишь один, но большой талант - Я умею злить идиотов. <...> Я не знаю, чем посягаю на их оплот И с чего представляю для них угрозу. А писанье — продукт побочный, типа как мёд. Если каждый день на тебя орет идиот, Поневоле начнешь писать стихи или прозу.

    Загоняв себя, как Макар телят, И колпак шута заработав, Я открыл в себе лишь один, но большой талант - Я умею злить идиотов. <...> Я не знаю, чем посягаю на их оплот И с чего представляю для них угрозу. А писанье — продукт побочный, типа как мёд. Если каждый день на тебя орет идиот, Поневоле начнешь писать стихи или прозу.
14. «

    Главное, чему нас учит христианство — это не быть хуже врага. Хуже врага быть легко. Это быть лучше врага, умнее, сильнее, если угодно. В каком-то смысле — бесстрашнее, безбашеннее, как угодно… Одной силой гопника сломать нельзя. Ему можно продемонстрировать другую высоту духа. То, что у Толстого названо «наложена рука сильнейшего духом противника».

    Главное, чему нас учит христианство — это не быть хуже врага. Хуже врага быть легко. Это быть лучше врага, умнее, сильнее, если угодно. В каком-то смысле — бесстрашнее, безбашеннее, как угодно… Одной силой гопника сломать нельзя. Ему можно продемонстрировать другую высоту духа. То, что у Толстого названо «наложена рука сильнейшего духом противника».
15. «

    Любовь не девается никуда, а только меняет знак, Делаясь суммой гнева, стыда, и мысли, что ты слизняк. Любовь, которой не повезло, ставит мир на попа, Развоплощаясь в слепое зло (так как любовь слепа).

    Любовь не девается никуда, а только меняет знак, Делаясь суммой гнева, стыда, и мысли, что ты слизняк. Любовь, которой не повезло, ставит мир на попа, Развоплощаясь в слепое зло (так как любовь слепа).
16. «

    Это большая литература, потому что это бесстрашное саморазоблачение, в том числе собственной вины. Как замечательно сказал Владимир Новиков: «Литература должна вас заставлять признаваться себе даже в том, в чём вы никогда не признаетесь себе наедине с собой, а вот наедине с настоящей книгой можете».

    Это большая литература, потому что это бесстрашное саморазоблачение, в том числе собственной вины. Как замечательно сказал Владимир Новиков: «Литература должна вас заставлять признаваться себе даже в том, в чём вы никогда не признаетесь себе наедине с собой, а вот наедине с настоящей книгой можете».
17. «

    Мне снилось, что ты вернулась, и я простил. Красивое одиночество мне постыло. Мы выпили чаю, а следом легли в постель, И я прошептал, задыхаясь, уже в постели:

    Мне снилось, что ты вернулась, и я простил. Красивое одиночество мне постыло. Мы выпили чаю, а следом легли в постель, И я прошептал, задыхаясь, уже в постели:
18. «

    А ужас этой истории очень прост: даже если глупая, романтическая, начитавшаяся книг женщина, даже бабёнка в каком-то смысле, красивая, довольно пустая, выдумывает себе любовь, она расплачивается за эту любовь по-серьёзному, расплачивается по-настоящему — расплачивается жизнью. Вот в этом-то и ужас. Выдумываем мы себе чушь, выдумываем мы себе романтический бред, а платим за него жизнью — серьёзно. И нельзя не пожалеть этого человека. <...> Женщина, влюбившаяся в идиота, расплачивается так же, как женщина, влюбившаяся в гения. Человек, исповедующий веру, даже если он верит в полную ерунду, а не в высокие христианские ценности, всё равно может стать мучеником веры — своей дурацкой веры. Вот в этом, мне кажется, страшный пафос романа. Хотя многие там увидят совершенно не то. Но прежде всего «Мадам Бовари» — это очень хорошо написанная книга.

    А ужас этой истории очень прост: даже если глупая, романтическая, начитавшаяся книг женщина, даже бабёнка в каком-то смысле, красивая, довольно пустая, выдумывает себе любовь, она расплачивается за эту любовь по-серьёзному, расплачивается по-настоящему — расплачивается жизнью. Вот в этом-то и ужас. Выдумываем мы себе чушь, выдумываем мы себе романтический бред, а платим за него жизнью — серьёзно. И нельзя не пожалеть этого человека. <...> Женщина, влюбившаяся в идиота, расплачивается так же, как женщина, влюбившаяся в гения. Человек, исповедующий веру, даже если он верит в полную ерунду, а не в высокие христианские ценности, всё равно может стать мучеником веры — своей дурацкой веры. Вот в этом, мне кажется, страшный пафос романа. Хотя многие там увидят совершенно не то. Но прежде всего «Мадам Бовари» — это очень хорошо написанная книга.
19. «

    Я сам от себя должен узнать, что я — порядочный человек... А не от вас.

    Я сам от себя должен узнать, что я — порядочный человек... А не от вас.

    — Борис Пастернак · книга
20. «

    Знаете, это как Лев Чандр «искал себе друзей». Нельзя найти себе друзей! Друзья появляются или нет, вот и всё. А найти прицельно друга невозможно и не нужно. Как нельзя найти любовницу (или любовника), она приходит сама. Кто ищет, тот никогда не найдёт. А вот кто сам умеет жить, кто самодостаточен, к тому все потянутся и прибегут.

    Знаете, это как Лев Чандр «искал себе друзей». Нельзя найти себе друзей! Друзья появляются или нет, вот и всё. А найти прицельно друга невозможно и не нужно. Как нельзя найти любовницу (или любовника), она приходит сама. Кто ищет, тот никогда не найдёт. А вот кто сам умеет жить, кто самодостаточен, к тому все потянутся и прибегут.