Подборка: 16 цитат Дмитрого Михайловича Цензора

Ниже 16 цитат Дмитрого Михайловича Цензора — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мне стало чуждо все дневное, Моей тоске исхода нет. Забвенье ночи любят двое — Наивный месяц и поэт.

   Мне стало чуждо все дневное, Моей тоске исхода нет. Забвенье ночи любят двое — Наивный месяц и поэт.
2. «

   Словно над гробом лампада, Меркнет заплаканный день. Думай о счастье. Так надо Светлое платье надень.

   Словно над гробом лампада, Меркнет заплаканный день. Думай о счастье. Так надо Светлое платье надень.
3. «

   Я бегу в пустыне злобной, черным ужасом объят. Ночь висит, как свод надгробный. Тени мрачные стоят. Я гляжу им робко в лица и не знаю — кто мне враг... О, блесни, блесни, зарница, и разбей зловещий мрак!

   Я бегу в пустыне злобной, черным ужасом объят. Ночь висит, как свод надгробный. Тени мрачные стоят. Я гляжу им робко в лица и не знаю — кто мне враг... О, блесни, блесни, зарница, и разбей зловещий мрак!
4. «

   Когда бывает больно мне — Во мне не злоба, а печаль. Мне всех людей безмерно жаль В их темноте, в их тусклом сне.

   Когда бывает больно мне — Во мне не злоба, а печаль. Мне всех людей безмерно жаль В их темноте, в их тусклом сне.
5. «

   Шумела жизнь, как бурная река: Смеялся день в беспечности цветущей. На боль тоски томительно-гнетущей

   Шумела жизнь, как бурная река: Смеялся день в беспечности цветущей. На боль тоски томительно-гнетущей
6. «

   Лилово-красный, яркий пламень Залил пожаром небосвод, И тяжкий стук, дробящий камень, Ударил в царство сонных вод.

   Лилово-красный, яркий пламень Залил пожаром небосвод, И тяжкий стук, дробящий камень, Ударил в царство сонных вод.
7. «

   Любить, пока смеется Зеленая весна. Любить, пока поется, И даль озарена. Любить, покуда сердце Не слушает ума. Любить, покуда в дверцы Не стукнула зима.

   Любить, пока смеется Зеленая весна. Любить, пока поется, И даль озарена. Любить, покуда сердце Не слушает ума. Любить, покуда в дверцы Не стукнула зима.
8. «

   Пустынно и мертво тоскует глушь аллеи. И в золоте вершин дрожит последний свет, Как память о былом, чему возврата нет.

   Пустынно и мертво тоскует глушь аллеи. И в золоте вершин дрожит последний свет, Как память о былом, чему возврата нет.
9. «

   Как женщины приветны, Как сладко им цвести, Когда им не запретны Блаженные пути. И ни одна из милых. Познавших первый пыл, Того забыть не в силах, Кто тайну ей открыл.

   Как женщины приветны, Как сладко им цвести, Когда им не запретны Блаженные пути. И ни одна из милых. Познавших первый пыл, Того забыть не в силах, Кто тайну ей открыл.
10. «

    Бушуй, гроза! мы жаждем грома В томленьи мертвой тишины! Ты — казнь Гоморры я Содома, Ты — вестник солнца и весны.

    Бушуй, гроза! мы жаждем грома В томленьи мертвой тишины! Ты — казнь Гоморры я Содома, Ты — вестник солнца и весны.
11. «

    Любовь приходит сразу, Но путь её лукав — Совсем незримый глазу Среди цветов и трав. Обманутое сердце Не ждет её. Но вот — Она стучится в дверце И вкрадчиво зовет: — Впусти меня. Я знаю - И только я одна - Пути к такому краю, Где вечная весна.

    Любовь приходит сразу, Но путь её лукав — Совсем незримый глазу Среди цветов и трав. Обманутое сердце Не ждет её. Но вот — Она стучится в дверце И вкрадчиво зовет: — Впусти меня. Я знаю - И только я одна - Пути к такому краю, Где вечная весна.
12. «

    Я одинок среди людей, Моя душа чужда для них. И в этом горе дней моих, Трагедия судьбы моей.

    Я одинок среди людей, Моя душа чужда для них. И в этом горе дней моих, Трагедия судьбы моей.
13. «

    Я вижу из окна: гирлянды облаков Из слитков золотых плывут по синеве. Идет их поздний блеск желтеющей листве, Печально-праздничной гармонии цветов.

    Я вижу из окна: гирлянды облаков Из слитков золотых плывут по синеве. Идет их поздний блеск желтеющей листве, Печально-праздничной гармонии цветов.
14. «

    Солнце! Твой восход победный Совершает чудеса. Меркнет свет неверно-бледный В ночь ласкавший небеса.

    Солнце! Твой восход победный Совершает чудеса. Меркнет свет неверно-бледный В ночь ласкавший небеса.
15. «

    Любовь! — Святая с улыбкой жгучей. Голгофа счастья — любовь, любовь! Казни и смейся, пьяни и мучай, Костер багряный душе готовь!

    Любовь! — Святая с улыбкой жгучей. Голгофа счастья — любовь, любовь! Казни и смейся, пьяни и мучай, Костер багряный душе готовь!
16. «

    Кровавый ураган затих над мертвой нивой. Холодной синевой над ней простерта мгла. И ворон чертит круг зловеще-прихотливый, И страшен тяжкий взмах вороньего крыла.

    Кровавый ураган затих над мертвой нивой. Холодной синевой над ней простерта мгла. И ворон чертит круг зловеще-прихотливый, И страшен тяжкий взмах вороньего крыла.