28 цитат Дугласа Адамс: смешные цитаты, которые стоит перечитать

Подборка из 28 цитат Дугласа Адамс: смешные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   – Я тебе объясню, – сказал Форд. – Вообрази, что эта салфетка – темпоральная Вселенная, а эта ложка – трансдукциональный модус искривления материи… – Это моя ложка. Я ею суп буду есть, – сказал Артур.

   – Я тебе объясню, – сказал Форд. – Вообрази, что эта салфетка – темпоральная Вселенная, а эта ложка – трансдукциональный модус искривления материи… – Это моя ложка. Я ею суп буду есть, – сказал Артур.

   — Дуглас Адамс · книга
2. «

   Какое-то мгновение ничего не происходило. Затем, через секунду-две, ничего продолжило не происходить.

   Какое-то мгновение ничего не происходило. Затем, через секунду-две, ничего продолжило не происходить.

   — Дуглас Адамс · книга
3. «

   Было ясно, что защита долго не протянет. От силы четыре минуты, по оценке Форда Префекта. – Три минуты пятьдесят секунд, – объявил он немного погодя, щелкнул парой бесполезных переключателей и недобро взглянул на Артура. – Чайку захотелось?... Три минуты сорок секунд. – Да перестанешь ты считать в самом-то деле?! – взвыл Зафод. – Перестану, – пообещал Форд. – Через три минуты тридцать пять секунд.

   Было ясно, что защита долго не протянет. От силы четыре минуты, по оценке Форда Префекта. – Три минуты пятьдесят секунд, – объявил он немного погодя, щелкнул парой бесполезных переключателей и недобро взглянул на Артура. – Чайку захотелось?... Три минуты сорок секунд. – Да перестанешь ты считать в самом-то деле?! – взвыл Зафод. – Перестану, – пообещал Форд. – Через три минуты тридцать пять секунд.

   — Дуглас Адамс · книга
4. «

   В задних рядах толпы одинокий голос запел песню, которая позволила бы Полу Макартни, будь он ее автором, купить весь свет.

   В задних рядах толпы одинокий голос запел песню, которая позволила бы Полу Макартни, будь он ее автором, купить весь свет.

   — Дуглас Адамс · книга
5. «

   Он огорчился, что такие вещи его, оказывается, радуют. Но еще через секунду обрадовался, что, оказывается, способен огорчаться тому, что не тому обрадовался.

   Он огорчился, что такие вещи его, оказывается, радуют. Но еще через секунду обрадовался, что, оказывается, способен огорчаться тому, что не тому обрадовался.

   — Дуглас Адамс · книга
6. «

   Удивление, которое испытал Гордон Уэй от своей внезапной смерти, не идет ни в какое сравнение с тем, что последовало дальше.

   Удивление, которое испытал Гордон Уэй от своей внезапной смерти, не идет ни в какое сравнение с тем, что последовало дальше.

   — Дуглас Адамс · книга
7. «

   — ... Успокойтесь, остыньте, расслабьтесь, присядьте… — Слушай, ты, вот где, у меня ваше спокойствие, понятно? Я остыл настолько, что во мне кусок мяса месяц не протухнет. И так расслабился, что если присяду, меня можно будет собирать из-под стула совочком, ясно? Ну что, дошло или врезать?

   — ... Успокойтесь, остыньте, расслабьтесь, присядьте… — Слушай, ты, вот где, у меня ваше спокойствие, понятно? Я остыл настолько, что во мне кусок мяса месяц не протухнет. И так расслабился, что если присяду, меня можно будет собирать из-под стула совочком, ясно? Ну что, дошло или врезать?

   — Дуглас Адамс · книга
8. «

   Романа уставилась на нее, протерла и прочла данные на табло. Определитель неисправностей сообщил ей, что неисправен определитель неисправностей.

   Романа уставилась на нее, протерла и прочла данные на табло. Определитель неисправностей сообщил ей, что неисправен определитель неисправностей.

   — Дуглас Адамс · книга
9. «

   Не спрашивайте меня, почему работает телефон, если мы в далёком прошлом Вселенной. Этот вопрос уместно задать Британской телефонной компании.

   Не спрашивайте меня, почему работает телефон, если мы в далёком прошлом Вселенной. Этот вопрос уместно задать Британской телефонной компании.

   — Дуглас Адамс · книга
10. «

    — Что это было? — Это я закричал! — Да нет! Замолчи! Похоже, у нас проблемы. — Это ты говоришь, что у нас проблемы?! — Дентрасси? — Нет, это ботинки с железными набойками. — И кто это тогда? — Ну, если нам повезёт, то это всего лишь вогоны, пришедшие, чтобы выкинуть нас в открытый космос. — А если не повезёт? — Если не повезёт, то, значит, капитан не шутил, когда обещал сперва почитать нам свои стихи.

    — Что это было? — Это я закричал! — Да нет! Замолчи! Похоже, у нас проблемы. — Это ты говоришь, что у нас проблемы?! — Дентрасси? — Нет, это ботинки с железными набойками. — И кто это тогда? — Ну, если нам повезёт, то это всего лишь вогоны, пришедшие, чтобы выкинуть нас в открытый космос. — А если не повезёт? — Если не повезёт, то, значит, капитан не шутил, когда обещал сперва почитать нам свои стихи.

    — Дуглас Адамс · книга
11. «

    Дирк не любил красивых женщин. Они вечно расстраивали его — их грация, их обаяние, эффектная внешность, а также отказ пообедать с ним.

    Дирк не любил красивых женщин. Они вечно расстраивали его — их грация, их обаяние, эффектная внешность, а также отказ пообедать с ним.

    — Дуглас Адамс · книга
12. «

    Сама мысль об этом даже и не начинала помышлять о возможности появиться у меня в голове.

    Сама мысль об этом даже и не начинала помышлять о возможности появиться у меня в голове.

    — Дуглас Адамс · книга
13. «

    Это была не та комната, которая наводила на мысли о возвышенном. Людовик XIV, к примеру, нашел бы, что в ней недостаточно солнечно и мало зеркал — она бы ему совсем не понравилась. Он пожелал бы, чтоб отовсюду были убраны носки, а также пластинки, а может быть, даже приказал бы сжечь помещение дотла. Микеланджело испытал бы страшные муки при виде ее пропорций, которые не только не были величественными, но лишены и сколько-нибудь заметной гармонии или симметрии, за исключением той, что во всех частях комнаты содержалось примерно равное количество немытых кофейных кружек, ботинок и полных до краев пепельниц, которые начинали уже совмещать свои обязанности друг с другом. Стены были зеленого цвета почти точно такого оттенка, который заставил бы Рафаэля Санти скорее откусить себе руку, чем использовать его, а если б комнату случилось увидеть Геркулесу, то полчаса спустя он вернулся бы туда, вооружившись судоходной рекой.

    Это была не та комната, которая наводила на мысли о возвышенном. Людовик XIV, к примеру, нашел бы, что в ней недостаточно солнечно и мало зеркал — она бы ему совсем не понравилась. Он пожелал бы, чтоб отовсюду были убраны носки, а также пластинки, а может быть, даже приказал бы сжечь помещение дотла. Микеланджело испытал бы страшные муки при виде ее пропорций, которые не только не были величественными, но лишены и сколько-нибудь заметной гармонии или симметрии, за исключением той, что во всех частях комнаты содержалось примерно равное количество немытых кофейных кружек, ботинок и полных до краев пепельниц, которые начинали уже совмещать свои обязанности друг с другом. Стены были зеленого цвета почти точно такого оттенка, который заставил бы Рафаэля Санти скорее откусить себе руку, чем использовать его, а если б комнату случилось увидеть Геркулесу, то полчаса спустя он вернулся бы туда, вооружившись судоходной рекой.

    — Дуглас Адамс · книга
14. «

    — Жизнь, — сказал он, — это грейпфрут. — Э-э, как это? — Ну, снаружи оранжево-желтая и с пупырышками, а внутри влажная и скользкая. Внутри также есть косточки. Да, есть люди, которые съедают его половину на завтрак

    — Жизнь, — сказал он, — это грейпфрут. — Э-э, как это? — Ну, снаружи оранжево-желтая и с пупырышками, а внутри влажная и скользкая. Внутри также есть косточки. Да, есть люди, которые съедают его половину на завтрак

    — Дуглас Адамс · книга
15. «

    Мейсон бросил на него еще один из своих мрачных взглядов, которых у него был целый набор: от очень мрачных и угрюмых, как туча, до разной степени мрачно-скептических и мрачно-усталых или же снисходительно мрачноватых, которыми он обычно оделял, как гостинцами, своих детей в их дни рождения.

    Мейсон бросил на него еще один из своих мрачных взглядов, которых у него был целый набор: от очень мрачных и угрюмых, как туча, до разной степени мрачно-скептических и мрачно-усталых или же снисходительно мрачноватых, которыми он обычно оделял, как гостинцами, своих детей в их дни рождения.

    — Дуглас Адамс · книга
16. «

    Я что-нибудь не то сказал? – произнес Марвин. – В таком случае прошу меня извинить. Надо признаться, у меня сейчас отвратительное настроение, я страшно угнетен… О Боже, еще одна самодовольная дверь… Жизнь! Не говорите мне о жизни.

    Я что-нибудь не то сказал? – произнес Марвин. – В таком случае прошу меня извинить. Надо признаться, у меня сейчас отвратительное настроение, я страшно угнетен… О Боже, еще одна самодовольная дверь… Жизнь! Не говорите мне о жизни.

    — Дуглас Адамс · книга
17. «

    — У вас было достаточно времени, чтобы обратиться с предложениями и жалобами. — Достаточно времени? Достаточно времени! Я впервые услышал об этом от рабочего, который пришел сюда вчера. Я спросил его, не пришел ли он помыть окна, а он сказал «нет, я пришёл сносить ваш дом». Конечно, он не сказал мне это сразу. Черта с два. Сначала он вытер пару стекол и взял с меня пятерку. А потом уже сказал.

    — У вас было достаточно времени, чтобы обратиться с предложениями и жалобами. — Достаточно времени? Достаточно времени! Я впервые услышал об этом от рабочего, который пришел сюда вчера. Я спросил его, не пришел ли он помыть окна, а он сказал «нет, я пришёл сносить ваш дом». Конечно, он не сказал мне это сразу. Черта с два. Сначала он вытер пару стекол и взял с меня пятерку. А потом уже сказал.

    — Дуглас Адамс · книга
18. «

    Всякое случается на свете. И все, что случается, случается. И все случайности, которые, случившись, становятся причиной других случайностей, становятся причиной других случайностей. И все случайности, которые, раз случившись, повторяются вновь и вновь, сами себе причина и следствие, повторяются вновь и вновь — сами себе причина и следствие. Причем совершенно необязательно, чтобы причины и следствия шли друг за другом в хронологическом порядке.

    Всякое случается на свете. И все, что случается, случается. И все случайности, которые, случившись, становятся причиной других случайностей, становятся причиной других случайностей. И все случайности, которые, раз случившись, повторяются вновь и вновь, сами себе причина и следствие, повторяются вновь и вновь — сами себе причина и следствие. Причем совершенно необязательно, чтобы причины и следствия шли друг за другом в хронологическом порядке.

    — Дуглас Адамс · книга
19. «

    Одной из самых интересных особенностей жизни является то, в каких местах она ухитряется существовать.

    Одной из самых интересных особенностей жизни является то, в каких местах она ухитряется существовать.

    — Дуглас Адамс · книга
20. «

    Учитель как-то в свое время сказал Романе, что воображения у нее нет. Всю следующую неделю она старательно воображала, как ему на голову падают разные вещи – просто чтобы доказать, как он ошибся.

    Учитель как-то в свое время сказал Романе, что воображения у нее нет. Всю следующую неделю она старательно воображала, как ему на голову падают разные вещи – просто чтобы доказать, как он ошибся.

    — Дуглас Адамс · книга