24 фразы Дж. М. Кутзее, которые запоминаются

Подборка из 24 цитаты Дж. М. Кутзее: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   «Как я по тебе скучала!» — вздыхает она. «Как приятно снова быть здесь!» — шепчу я в ответ. И как приятно, когда тебе так сладко лгут!

   «Как я по тебе скучала!» — вздыхает она. «Как приятно снова быть здесь!» — шепчу я в ответ. И как приятно, когда тебе так сладко лгут!

   — В ожидании варваров · книга
2. «

   Замечательна эта способность ребёнка сообщать совершенство чертам, которые в родителе его начинают казаться слабой копией!

   Замечательна эта способность ребёнка сообщать совершенство чертам, которые в родителе его начинают казаться слабой копией!

   — Осень в Петербурге · книга
3. «

   Быть в России нежным цветком непозволительно. В России должно быть лопухом, на худой конец — одуванчиком.

   Быть в России нежным цветком непозволительно. В России должно быть лопухом, на худой конец — одуванчиком.

   — Осень в Петербурге · книга
4. «

   Ибо любовь — не голод, её нельзя утолить, успокоить. Любя, любишь ещё больше.

   Ибо любовь — не голод, её нельзя утолить, успокоить. Любя, любишь ещё больше.

   — Железный век · книга
5. «

   Насилие, превращенное в зрелище, растлевает невинные души.

   Насилие, превращенное в зрелище, растлевает невинные души.

   — В ожидании варваров · книга
6. «

   Самое страшное — это наше собственное воображение.

   Самое страшное — это наше собственное воображение.

   — В ожидании варваров · книга
7. «

   Когда всё идёт прахом — философствуй.

   Когда всё идёт прахом — философствуй.

   — Бесчестье · книга
8. «

   Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

   Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

   — В ожидании варваров · книга
9. «

   Все это слишком напоминает мне Китай времен Мао. Отречение, самокритика, публичные мольбы о прощении. Я человек старомодный и предпочитаю, чтобы меня просто-напросто поставили к стенке и расстреляли.

   Все это слишком напоминает мне Китай времен Мао. Отречение, самокритика, публичные мольбы о прощении. Я человек старомодный и предпочитаю, чтобы меня просто-напросто поставили к стенке и расстреляли.

   — Бесчестье · книга
10. «

    Именно сознание раба составляет уверенность господина в его собственной правде.

    Именно сознание раба составляет уверенность господина в его собственной правде.

    — В сердце страны · книга
11. «

    Наступает вечер. Голода они не чувствуют, но ужинать садятся. Ужин — это обряд, а обряды облегчают жизнь.

    Наступает вечер. Голода они не чувствуют, но ужинать садятся. Ужин — это обряд, а обряды облегчают жизнь.

    — Бесчестье · книга
12. «

    Лишь подавив в себе секреты, мы можем их сохранить.

    Лишь подавив в себе секреты, мы можем их сохранить.

    — В сердце страны · книга
13. «

    Если уж говорить откровенно, смысл любой войны в том и заключается, чтобы навязать другой стороне решение, которого она никогда не приняла бы по своей воле.

    Если уж говорить откровенно, смысл любой войны в том и заключается, чтобы навязать другой стороне решение, которого она никогда не приняла бы по своей воле.

    — Полковник Джолл · книга
14. «

    Первое условие жизни — вечно желать, иначе жизнь прекратится.

    Первое условие жизни — вечно желать, иначе жизнь прекратится.

    — В сердце страны · книга
15. «

    Когда человек совершает самоубийство, то не тело убивает себя, а дух убивает тело.

    Когда человек совершает самоубийство, то не тело убивает себя, а дух убивает тело.

    — Жизнь и время Михаэла К · книга
16. «

    Я — черная вдова в трауре по своей жизни. Всю мою жизнь меня оставляли лежать — забытую, пыльную, как старый башмак, или использовали как орудие для приведения дома в порядок и контроля за слугами. Но я вижу смысл своего существования совсем иначе, он нерешительно мерцает где-то в моем внутреннем мраке: я — чехол, оболочка для пустого внутреннего пространства.

    Я — черная вдова в трауре по своей жизни. Всю мою жизнь меня оставляли лежать — забытую, пыльную, как старый башмак, или использовали как орудие для приведения дома в порядок и контроля за слугами. Но я вижу смысл своего существования совсем иначе, он нерешительно мерцает где-то в моем внутреннем мраке: я — чехол, оболочка для пустого внутреннего пространства.

    — В сердце страны · книга
17. «

    Целую вечность никто тянуть не обязан.

    Целую вечность никто тянуть не обязан.

    — Бесчестье · книга
18. «

    Это моя история, даже если это скучная, дурацкая, унылая история, не ведающая о своём значении и о многочисленных неиспользованных счастливых вариантах.

    Это моя история, даже если это скучная, дурацкая, унылая история, не ведающая о своём значении и о многочисленных неиспользованных счастливых вариантах.

    — В сердце страны · книга
19. «

    Молодому человеку вообще свойственно гневаться на все, что его окружает. Все ему кажется устарелым и отсталым. Его увлекают новые идеи, новые мысли.

    Молодому человеку вообще свойственно гневаться на все, что его окружает. Все ему кажется устарелым и отсталым. Его увлекают новые идеи, новые мысли.

    — Осень в Петербурге · книга
20. «

    Месть — как пожар. Чем больше он пожирает, тем голоднее становится.

    Месть — как пожар. Чем больше он пожирает, тем голоднее становится.

    — Бесчестье · книга