40 цитат Дж. М. Кутзее, которые цепляют

Подборка из 40 цитат Дж. М. Кутзее: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда она подносит чашку к губам, он склоняется над нею и касается ее щеки. — Вы очень красивы, — говорит он. — Надо будет подбить вас на какой-нибудь опрометчивый поступок. — Он снова прикасается к ее щеке. — Оставайтесь. Проведите со мной ночь. Поверх чашки она бросает на него твердый взгляд. — Зачем? — Затем, что это ваш долг. — Почему долг? — Почему? Потому что красота женщины не может принадлежать только ей одной. Это часть дара, который она приносит в мир. Так что она обязана этим даром делиться.

   Когда она подносит чашку к губам, он склоняется над нею и касается ее щеки. — Вы очень красивы, — говорит он. — Надо будет подбить вас на какой-нибудь опрометчивый поступок. — Он снова прикасается к ее щеке. — Оставайтесь. Проведите со мной ночь. Поверх чашки она бросает на него твердый взгляд. — Зачем? — Затем, что это ваш долг. — Почему долг? — Почему? Потому что красота женщины не может принадлежать только ей одной. Это часть дара, который она приносит в мир. Так что она обязана этим даром делиться.

   — Дэвид Лури · книга
2. «

   Когда человек совершает самоубийство, то не тело убивает себя, а дух убивает тело.

   Когда человек совершает самоубийство, то не тело убивает себя, а дух убивает тело.

   — Жизнь и время Михаэла К · книга
3. «

   Замечательна эта способность ребёнка сообщать совершенство чертам, которые в родителе его начинают казаться слабой копией!

   Замечательна эта способность ребёнка сообщать совершенство чертам, которые в родителе его начинают казаться слабой копией!

   — Осень в Петербурге · книга
4. «

   Не думаю, что мы готовы умереть, любой из нас, без того, чтобы кто-то нас проводил.

   Не думаю, что мы готовы умереть, любой из нас, без того, чтобы кто-то нас проводил.

   — Бесчестье · книга
5. «

   Ведь это всё, что нам в конечном счёте нужно: чтобы рядом кто-то был, чтоб было кого окликнуть в темноте.

   Ведь это всё, что нам в конечном счёте нужно: чтобы рядом кто-то был, чтоб было кого окликнуть в темноте.

   — Железный век · книга
6. «

   Одни дети мечтают во сне, другие дожидаются дня, чтобы предаться мечтаниям.

   Одни дети мечтают во сне, другие дожидаются дня, чтобы предаться мечтаниям.

   — Осень в Петербурге · книга
7. «

   Читать — значит забывать о себе, а не стоять в сторонке, посмеиваясь.

   Читать — значит забывать о себе, а не стоять в сторонке, посмеиваясь.

   — Осень в Петербурге · книга
8. «

   Когда-то я жила во времени, как рыба в воде, дышала им, пила его, и оно меня поддерживало. Теперь я убиваю время, а время убивает меня.

   Когда-то я жила во времени, как рыба в воде, дышала им, пила его, и оно меня поддерживало. Теперь я убиваю время, а время убивает меня.

   — В сердце страны · книга
9. «

   Как легко любить ребёнка, и как трудно того, в кого он со временем превращается.

   Как легко любить ребёнка, и как трудно того, в кого он со временем превращается.

   — Железный век · книга
10. «

    Ибо любовь — не голод, её нельзя утолить, успокоить. Любя, любишь ещё больше.

    Ибо любовь — не голод, её нельзя утолить, успокоить. Любя, любишь ещё больше.

    — Железный век · книга
11. «

    И охота же ей лезть не в свое дело! Удивительно, как возбуждает женщин один лишь запах скандала.

    И охота же ей лезть не в свое дело! Удивительно, как возбуждает женщин один лишь запах скандала.

    — Бесчестье · книга
12. «

    Ничего не утаивай! — сказал я себе в тот день, когда мои экзекуторы впервые учинили надо мной пытку. Сжимать зубы — глупо! У тебя нет никаких секретов. Пусть они знают, что перед ними человек из плоти и крови! Не скрывай своего ужаса, кричи, когда будет больно! Упрямое молчание их только раззадоривает, оно лишь подкрепляет их убеждение, что душа — не более чем замок, к которому они обязаны терпеливо подобрать отмычку. Дай волю чувствам! Открой своё сердце!

    Ничего не утаивай! — сказал я себе в тот день, когда мои экзекуторы впервые учинили надо мной пытку. Сжимать зубы — глупо! У тебя нет никаких секретов. Пусть они знают, что перед ними человек из плоти и крови! Не скрывай своего ужаса, кричи, когда будет больно! Упрямое молчание их только раззадоривает, оно лишь подкрепляет их убеждение, что душа — не более чем замок, к которому они обязаны терпеливо подобрать отмычку. Дай волю чувствам! Открой своё сердце!

    — В ожидании варваров · книга
13. «

    «Как я по тебе скучала!» — вздыхает она. «Как приятно снова быть здесь!» — шепчу я в ответ. И как приятно, когда тебе так сладко лгут!

    «Как я по тебе скучала!» — вздыхает она. «Как приятно снова быть здесь!» — шепчу я в ответ. И как приятно, когда тебе так сладко лгут!

    — В ожидании варваров · книга
14. «

    — ... У меня был роман с девушкой. — Серьёзный? — А что, его серьёзность способна улучшить или ухудшить моё положение? По наступлении определённого возраста все романы серьёзны. Как и сердечные приступы.

    — ... У меня был роман с девушкой. — Серьёзный? — А что, его серьёзность способна улучшить или ухудшить моё положение? По наступлении определённого возраста все романы серьёзны. Как и сердечные приступы.

    — Бесчестье · книга
15. «

    А зачем нам, братцы, старость-то дадена? А затем, чтобы мы умалились, уж до того умалились, что и в игольное ушко смогли бы пролезть.

    А зачем нам, братцы, старость-то дадена? А затем, чтобы мы умалились, уж до того умалились, что и в игольное ушко смогли бы пролезть.

    — Осень в Петербурге · книга
16. «

    — Есть мясо и носить кожаную обувь определенно разные вещи. — Это просто разные степени цинизма — только и всего.

    — Есть мясо и носить кожаную обувь определенно разные вещи. — Это просто разные степени цинизма — только и всего.

    — Элизабет (Elizabeth) · книга
17. «

    Науке пока неизвестно сколько может ждать человек.

    Науке пока неизвестно сколько может ждать человек.

    — Бесчестье · книга
18. «

    Наступает вечер. Голода они не чувствуют, но ужинать садятся. Ужин — это обряд, а обряды облегчают жизнь.

    Наступает вечер. Голода они не чувствуют, но ужинать садятся. Ужин — это обряд, а обряды облегчают жизнь.

    — Бесчестье · книга
19. «

    Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

    Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

    — В ожидании варваров · книга
20. «

    Быть в России нежным цветком непозволительно. В России должно быть лопухом, на худой конец — одуванчиком.

    Быть в России нежным цветком непозволительно. В России должно быть лопухом, на худой конец — одуванчиком.

    — Осень в Петербурге · книга