60 фраз Дж. М. Кутзее, которые запоминаются

Подборка из 60 цитат Дж. М. Кутзее: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Все это слишком напоминает мне Китай времен Мао. Отречение, самокритика, публичные мольбы о прощении. Я человек старомодный и предпочитаю, чтобы меня просто-напросто поставили к стенке и расстреляли.

   Все это слишком напоминает мне Китай времен Мао. Отречение, самокритика, публичные мольбы о прощении. Я человек старомодный и предпочитаю, чтобы меня просто-напросто поставили к стенке и расстреляли.

   — Бесчестье · книга
2. «

   Я — черная вдова в трауре по своей жизни. Всю мою жизнь меня оставляли лежать — забытую, пыльную, как старый башмак, или использовали как орудие для приведения дома в порядок и контроля за слугами. Но я вижу смысл своего существования совсем иначе, он нерешительно мерцает где-то в моем внутреннем мраке: я — чехол, оболочка для пустого внутреннего пространства.

   Я — черная вдова в трауре по своей жизни. Всю мою жизнь меня оставляли лежать — забытую, пыльную, как старый башмак, или использовали как орудие для приведения дома в порядок и контроля за слугами. Но я вижу смысл своего существования совсем иначе, он нерешительно мерцает где-то в моем внутреннем мраке: я — чехол, оболочка для пустого внутреннего пространства.

   — В сердце страны · книга
3. «

   Темперамент не переменишь, для этого он слишком стар. Его темперамент определился, установился. Череп, а после темперамент — два самых неподатливых атрибута человека.

   Темперамент не переменишь, для этого он слишком стар. Его темперамент определился, установился. Череп, а после темперамент — два самых неподатливых атрибута человека.

   — Бесчестье · книга
4. «

   Когда безумие садится на трон, какой подданный избегнет заразы?

   Когда безумие садится на трон, какой подданный избегнет заразы?

   — Железный век · книга
5. «

   Дети ни на миг не сомневаются, что старые мощные деревья, в тени которых они привыкли играть, будут стоять вечно;что придет время и повзрослев, мальчики станут такими же сильными, как их отцы, а девочки-такими же чадолюбивыми как их матери;что все они будут жить и процветать, вырастят новое поколение детей и состаряться, там же где родились. Почему мы утратили способность жить во времени, как рыбы живут в воде, а птицы-в воздухе;почему мы разучились жить как дети?

   Дети ни на миг не сомневаются, что старые мощные деревья, в тени которых они привыкли играть, будут стоять вечно;что придет время и повзрослев, мальчики станут такими же сильными, как их отцы, а девочки-такими же чадолюбивыми как их матери;что все они будут жить и процветать, вырастят новое поколение детей и состаряться, там же где родились. Почему мы утратили способность жить во времени, как рыбы живут в воде, а птицы-в воздухе;почему мы разучились жить как дети?

   — В ожидании варваров · книга
6. «

   Я начинаю понимать подлинный смысл объятий. Мы обнимаем, чтобы обняли нас.

   Я начинаю понимать подлинный смысл объятий. Мы обнимаем, чтобы обняли нас.

   — Железный век · книга
7. «

   Когда всё идёт прахом — философствуй.

   Когда всё идёт прахом — философствуй.

   — Бесчестье · книга
8. «

   Самое страшное — это наше собственное воображение.

   Самое страшное — это наше собственное воображение.

   — В ожидании варваров · книга
9. «

   Непреклонность — не признак героизма.

   Непреклонность — не признак героизма.

   — Бесчестье · книга
10. «

    Но теперь интерес к наружному миру утрачен. Его мир сузился и целиком умещается у него в груди.

    Но теперь интерес к наружному миру утрачен. Его мир сузился и целиком умещается у него в груди.

    — Осень в Петербурге · книга
11. «

    Мельница слухов вертится день и ночь, перемалывая репутации.

    Мельница слухов вертится день и ночь, перемалывая репутации.

    — Бесчестье · книга
12. «

    — Ещё одно слово, последнее. Я верю, что у нас с ней всё могло сложиться иначе, несмотря на разницу в возрасте. Но было нечто, чего я не смог ей дать, нечто, — он нащупывает слово, — лирическое. Мне не хватило лиричности. Я слишком умело управляюсь с любовью. Даже сгорая, я не пою, вы понимаете, о чем я? И я прошу прощения за это.

    — Ещё одно слово, последнее. Я верю, что у нас с ней всё могло сложиться иначе, несмотря на разницу в возрасте. Но было нечто, чего я не смог ей дать, нечто, — он нащупывает слово, — лирическое. Мне не хватило лиричности. Я слишком умело управляюсь с любовью. Даже сгорая, я не пою, вы понимаете, о чем я? И я прошу прощения за это.

    — Бесчестье · книга
13. «

    Целую вечность никто тянуть не обязан.

    Целую вечность никто тянуть не обязан.

    — Бесчестье · книга
14. «

    Да прояви ты себя хоть как-нибудь, иначе так и проведешь жизнь, никем не замеченный.

    Да прояви ты себя хоть как-нибудь, иначе так и проведешь жизнь, никем не замеченный.

    — Жизнь и время Михаэла К · книга
15. «

    Собственно говоря, что такое — будущее? Всего лишь искусственная конструкция из надежд и ожиданий. Оно существует только в нашем воображении, оно вне реальности.

    Собственно говоря, что такое — будущее? Всего лишь искусственная конструкция из надежд и ожиданий. Оно существует только в нашем воображении, оно вне реальности.

    — Элизабет Костелло · книга
16. «

    Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

    Ну как я могу смириться с тем, что меня настигла беда, если жизнь вокруг все так же покойно течет по своим законам?

    — В ожидании варваров · книга
17. «

    Именно сознание раба составляет уверенность господина в его собственной правде.

    Именно сознание раба составляет уверенность господина в его собственной правде.

    — В сердце страны · книга
18. «

    Если мы молчаливы, это оттого, что в нас накопилось много такого, что стремится вырваться наружу.

    Если мы молчаливы, это оттого, что в нас накопилось много такого, что стремится вырваться наружу.

    — В сердце страны · книга
19. «

    — Есть мясо и носить кожаную обувь определенно разные вещи. — Это просто разные степени цинизма — только и всего.

    — Есть мясо и носить кожаную обувь определенно разные вещи. — Это просто разные степени цинизма — только и всего.

    — Элизабет (Elizabeth) · книга
20. «

    Правило: один взгляд, только один, и никогда не оглядываться. А я всё оглядываюсь.

    Правило: один взгляд, только один, и никогда не оглядываться. А я всё оглядываюсь.

    — Осень в Петербурге · книга