66 цитат Джеймса Джойса

Подборка из 66 цитат Джеймса Джойса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Тьма в свете светит, и свет не объемлет ее.

   Тьма в свете светит, и свет не объемлет ее.

   — Стивен Дедал · книга
2. «

   Всего одна жизнь нам дана. Одно тело. Действуй.

   Всего одна жизнь нам дана. Одно тело. Действуй.

   — Джон Эглинтон · книга
3. «

   Она придумала, что у Бена Долларда не бас-баритон, а бас-бормотон. Потому что когда поет, половину звуков глотает, и ни слова не разберешь. Чем это не остроумно.

   Она придумала, что у Бена Долларда не бас-баритон, а бас-бормотон. Потому что когда поет, половину звуков глотает, и ни слова не разберешь. Чем это не остроумно.

   — Леопольд Блум · книга
4. «

   Летний вечер уж начинал окутывать мир своей таинственной поволокой. Солнце клонилось к западу, и последние лучи, увы, столь быстротечного дня нежно медлили на прощанье, лаская гладь моря и песчаного пляжа.

   Летний вечер уж начинал окутывать мир своей таинственной поволокой. Солнце клонилось к западу, и последние лучи, увы, столь быстротечного дня нежно медлили на прощанье, лаская гладь моря и песчаного пляжа.

   — Улисс · книга
5. «

   И услышал я глас египетского первосвященника. Книг груды глиняных в чертогах расписных. Они недвижны. А некогда кипели в умах людей. Недвижны: но все еще пожирает их смертный зуд: хныча, нашептывать мне на ухо свои басни, навязывать мне свою волю.

   И услышал я глас египетского первосвященника. Книг груды глиняных в чертогах расписных. Они недвижны. А некогда кипели в умах людей. Недвижны: но все еще пожирает их смертный зуд: хныча, нашептывать мне на ухо свои басни, навязывать мне свою волю.

   — Стивен Дедал · книга
6. «

   — Можем ли мы подать вам прошение, славный Шон, тогда, положить его гордость принцлица в ваш кошель лучшерода и развернуться, как вам заблагорассудится, словами стиля для ваших наиболее похороннейших, мы предлагаем, в виде, например, розни Эзиопа, как насчет? — В смысле, как мне благом рассудится, не так ли?

   — Можем ли мы подать вам прошение, славный Шон, тогда, положить его гордость принцлица в ваш кошель лучшерода и развернуться, как вам заблагорассудится, словами стиля для ваших наиболее похороннейших, мы предлагаем, в виде, например, розни Эзиопа, как насчет? — В смысле, как мне благом рассудится, не так ли?

   — Поминки по Финнегану (На помине Финнегана) · книга
7. «

   Мы сейчас молимся за упокой его души. Три к носу брат и не угоди в ад. Приятная перемена климата. Со сковородки жизни в огонь чистилища.

   Мы сейчас молимся за упокой его души. Три к носу брат и не угоди в ад. Приятная перемена климата. Со сковородки жизни в огонь чистилища.

   — Леопольд Блум · книга
8. «

   Разыгрывает возмущение: я девушка из хорошей семьи, пример добрродетели. Могли бы встретиться в воскресенье после мессы. Большое спасибо — не по моей части. Обычная любовная драчка. Потом разбегутся по углам.

   Разыгрывает возмущение: я девушка из хорошей семьи, пример добрродетели. Могли бы встретиться в воскресенье после мессы. Большое спасибо — не по моей части. Обычная любовная драчка. Потом разбегутся по углам.

   — Леопольд Блум · книга
9. «

   И позади у него лежало великое будущее.

   И позади у него лежало великое будущее.

   — Улисс · книга
10. «

    Так кто же кроме детьми обремененных беременных будет судить по поводу пота лица?

    Так кто же кроме детьми обремененных беременных будет судить по поводу пота лица?

    — Поминки по Финнегану (На помине Финнегана) · книга
11. «

    Хочешь меня узнать поешь со мной.

    Хочешь меня узнать поешь со мной.

    — Леопольд Блум · книга
12. «

    Меня отталкивают насилие и нетерпимость в любом их виде. Этим ничего не остановишь и ничего не добьешься. Революция должна совершаться в рассрочку. Это же полная, вопиющая бессмыслица – ненавидеть людей за то, что они живут, так сказать, не на нашей улице и болтают не на нашем наречии.

    Меня отталкивают насилие и нетерпимость в любом их виде. Этим ничего не остановишь и ничего не добьешься. Революция должна совершаться в рассрочку. Это же полная, вопиющая бессмыслица – ненавидеть людей за то, что они живут, так сказать, не на нашей улице и болтают не на нашем наречии.

    — Леопольд Блум · книга
13. «

    Честного спорта теперь не сыщешь.

    Честного спорта теперь не сыщешь.

    — Флинн · книга
14. «

    Бывает, что насмешника не принимают всерьез, как раз когда он вполне серьезен.

    Бывает, что насмешника не принимают всерьез, как раз когда он вполне серьезен.

    — Улисс · книга
15. «

    Просто смешно как эти газетчики готовы вилять, едва почуют, что ветер в другую сторону. Флюгера. И нашим и вашим, не поймешь чему верить. Любая басня хороша, пока не расскажут следующую. На чем свет грызутся друг с другом в своих газетах, и вдруг все лопается как мыльный пузырь. И на другое утро уже друзья-приятели.

    Просто смешно как эти газетчики готовы вилять, едва почуют, что ветер в другую сторону. Флюгера. И нашим и вашим, не поймешь чему верить. Любая басня хороша, пока не расскажут следующую. На чем свет грызутся друг с другом в своих газетах, и вдруг все лопается как мыльный пузырь. И на другое утро уже друзья-приятели.

    — Леопольд Блум · книга
16. «

    Закрой глаза и смотри.

    Закрой глаза и смотри.

    — Улисс · книга
17. «

    Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

    Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

    — Улисс · книга
18. «

    В земной жизни наши страдания не бывают чрезмерно длительны или чрезмерно велики, потому что человек либо преодолевает их силой привычки, либо изнемогает под их тяжестью, и тогда им наступает конец.

    В земной жизни наши страдания не бывают чрезмерно длительны или чрезмерно велики, потому что человек либо преодолевает их силой привычки, либо изнемогает под их тяжестью, и тогда им наступает конец.

    — Портрет художника в юности · книга
19. «

    Открылось мне, что только доброе может стать хуже, если бы это было абсолютное добро или вовсе не было добром, то оно не могло бы стать хуже.

    Открылось мне, что только доброе может стать хуже, если бы это было абсолютное добро или вовсе не было добром, то оно не могло бы стать хуже.

    — Джон Ф. Тэйлор · книга
20. «

    Я голоден сердечно!

    Я голоден сердечно!

    — Поминки по Финнегану (На помине Финнегана) · книга