20 цитат-размышлений Джейна Лителла

Подборка из 20 цитат Джейна Лителла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Рано или поздно ложь всплывает, словно нечистоты в грязной воде. Она зловонна и заражает всё — и не важно, что я узнала правду тогда, в Ботталаке, а Роберт понял сегодня. Ложь так или иначе выходит наружу.

   Рано или поздно ложь всплывает, словно нечистоты в грязной воде. Она зловонна и заражает всё — и не важно, что я узнала правду тогда, в Ботталаке, а Роберт понял сегодня. Ложь так или иначе выходит наружу.

   — Кэти Хартман · книга
2. «

   Посмотри на дверные петли. Видишь, тут выгравированы жёлуди? Надо же так здорово придумать – раз дверь дубовая…

   Посмотри на дверные петли. Видишь, тут выгравированы жёлуди? Надо же так здорово придумать – раз дверь дубовая…

   — Маркус Хартман · книга
3. «

   Иногда нужно напоминать себе, с каким замечательным человеком свела меня судьба.

   Иногда нужно напоминать себе, с каким замечательным человеком свела меня судьба.

   — Кэти Хартман · книга
4. «

   На ней была жёлтая рубаха с чёрной надписью: «Истина – Доброта – Терпение».

   На ней была жёлтая рубаха с чёрной надписью: «Истина – Доброта – Терпение».

   — Кэти Хартман · книга
5. «

   -… А ты веришь во всё это? — Ты о чём? — О воскресении, о спасении, загробной жизни. <…> — Не верю. Религия – свидетельство человеческого тщеславия. — Тщеславия? — Мы не в силах понять всего, а абсолютная уверенность предстоящей смерти не даёт нам чувствовать себя царями мироздания. — То есть смерть – великий уравнитель? — Великий усмиритель.

   -… А ты веришь во всё это? — Ты о чём? — О воскресении, о спасении, загробной жизни. <…> — Не верю. Религия – свидетельство человеческого тщеславия. — Тщеславия? — Мы не в силах понять всего, а абсолютная уверенность предстоящей смерти не даёт нам чувствовать себя царями мироздания. — То есть смерть – великий уравнитель? — Великий усмиритель.

   — Роберт Мирзоев · книга
6. «

   Слёзы иногда нужны. Из них вырастает новая жизнь.

   Слёзы иногда нужны. Из них вырастает новая жизнь.

   — Таня Ванхейнен · книга
7. «

   Трудно сохранять достоинство, когда твоё тело превращается в склеп.

   Трудно сохранять достоинство, когда твоё тело превращается в склеп.

   — Хейя Ванхейнен · книга
8. «

   Избавить от мук Таню было бы настоящим милосердием. Но никто не посмел. Никто не любил её достаточно сильно.

   Избавить от мук Таню было бы настоящим милосердием. Но никто не посмел. Никто не любил её достаточно сильно.

   — Хейя Ванхейнен · книга
9. «

   В юности я как-то услышала от мамы, что когда меня нет дома, она пугается телефонных звонков: телефонный звонок может означать плохую новость.

   В юности я как-то услышала от мамы, что когда меня нет дома, она пугается телефонных звонков: телефонный звонок может означать плохую новость.

   — Кэти Хартман · книга
10. «

    Она хранила это от него в секрете – так же, как Маркус скрывал всё от меня. Он хочет ей помочь… а она бросила его в неизвестности. Они с Маркусом похожи – партнёру дают мало, а взамен берут самое дорогое.

    Она хранила это от него в секрете – так же, как Маркус скрывал всё от меня. Он хочет ей помочь… а она бросила его в неизвестности. Они с Маркусом похожи – партнёру дают мало, а взамен берут самое дорогое.

    — Кэти Хартман · книга
11. «

    Потому что я не позволю ни тебе, ни кому-либо другому себя притеснять. Мы не скована цепями. Мы вместе, потому что сами так захотели. И будем вместе, только пока оба этого хотим.

    Потому что я не позволю ни тебе, ни кому-либо другому себя притеснять. Мы не скована цепями. Мы вместе, потому что сами так захотели. И будем вместе, только пока оба этого хотим.

    — Маркус Хартман · книга
12. «

    — Как подумаешь про этих резчиков – каждый создавал собственное, уникальное, произведение. Приятно, наверное, знать, что твой труд останется и после тебя. — Да, твой собственный памятник…

    — Как подумаешь про этих резчиков – каждый создавал собственное, уникальное, произведение. Приятно, наверное, знать, что твой труд останется и после тебя. — Да, твой собственный памятник…

    — Гектор Агапито · книга
13. «

    И опять я ощутила себя предметом изучения – как и тогда, когда он проникал в меня пальцем.

    И опять я ощутила себя предметом изучения – как и тогда, когда он проникал в меня пальцем.

    — Хейя Ванхейнен · книга
14. «

    Горе подобно страху – оно унижает человека, превращает в жалкую тварь.

    Горе подобно страху – оно унижает человека, превращает в жалкую тварь.

    — Хейя Ванхейнен · книга
15. «

    Наверное, некоторым из нас посчастливилось родиться лабрадорами, а другим приходится быть мопсами и прикладывать много усилий, чтобы не отставать.

    Наверное, некоторым из нас посчастливилось родиться лабрадорами, а другим приходится быть мопсами и прикладывать много усилий, чтобы не отставать.

    — Кэти Хартман · книга
16. «

    Я смотрю на них, объединенных общей утратой и возвышенными чувствами, и злюсь: надо же так все извратить! Они словно забыли, что натворила Хейя перед смертью, сколько причинила нам горя. Это она украла Билли, это из-за неё Маркус отправится в тюрьму. И однако же трагедия смерти красивой женщины словно отсекает возможность всякого осуждения. Такова власть хорошенького личика.

    Я смотрю на них, объединенных общей утратой и возвышенными чувствами, и злюсь: надо же так все извратить! Они словно забыли, что натворила Хейя перед смертью, сколько причинила нам горя. Это она украла Билли, это из-за неё Маркус отправится в тюрьму. И однако же трагедия смерти красивой женщины словно отсекает возможность всякого осуждения. Такова власть хорошенького личика.

    — Кэти Хартман · книга
17. «

    Всем хочется куда-нибудь сбежать.

    Всем хочется куда-нибудь сбежать.

    — Тина · книга
18. «

    В пабе мы сидели рядом, наши бёдра соприкасались. В такую минуту – когда впервые касаешься человека, который тебе нравится, — всегда испытываешь волнение и смущение. И радуешься.

    В пабе мы сидели рядом, наши бёдра соприкасались. В такую минуту – когда впервые касаешься человека, который тебе нравится, — всегда испытываешь волнение и смущение. И радуешься.

    — Кэти Хартман · книга
19. «

    Работать можно, даже если жизнь совершенно невыносима.

    Работать можно, даже если жизнь совершенно невыносима.

    — Кэти Хартман · книга
20. «

    — Люди стали очень злые. Сами не понимают, отчего так дико злятся, — сказал Дуглас. — Жизнь трудная, — заметил Маркус, — вот они и бросаются друг на друга.

    — Люди стали очень злые. Сами не понимают, отчего так дико злятся, — сказал Дуглас. — Жизнь трудная, — заметил Маркус, — вот они и бросаются друг на друга.

    — Маркус Хартман · книга