178 лучших цитат — Джером Дэвид Сэлинджер

Джером Дэвид Сэлинджер — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 178 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Будь у человека хоть миллион лет в распоряжении, все равно ему не стереть всю похабщину со всех стен на свете. Невозможное дело.

   Будь у человека хоть миллион лет в распоряжении, все равно ему не стереть всю похабщину со всех стен на свете. Невозможное дело.

   — Холден Колфилд · книга
2. «

   Когда ты чем-нибудь очень расстроен, глотать очень трудно.

   Когда ты чем-нибудь очень расстроен, глотать очень трудно.

   — Над пропастью во ржи · книга
3. «

   Если пойдут дети, мы их от всех спрячем.

   Если пойдут дети, мы их от всех спрячем.

   — Над пропастью во ржи · книга
4. «

   Пускай по этому описанию покажется, что он чуть-чуть пьян. Но почему мне кажется, что он чуть-чуть пьян? По-моему, именно таким кажется человек, которого ты очень любишь, а он вдруг входит к тебе на террасу, расплываясь в широкой-широкой улыбке, после трёх труднейших теннисных сетов, выигранных сетов, и спрашивает: видел ли ты его последнюю подачу? Да. Oui.

   Пускай по этому описанию покажется, что он чуть-чуть пьян. Но почему мне кажется, что он чуть-чуть пьян? По-моему, именно таким кажется человек, которого ты очень любишь, а он вдруг входит к тебе на террасу, расплываясь в широкой-широкой улыбке, после трёх труднейших теннисных сетов, выигранных сетов, и спрашивает: видел ли ты его последнюю подачу? Да. Oui.

   — Симор: Введение · книга
5. «

   Вообще я очень необразованный, но читаю много.

   Вообще я очень необразованный, но читаю много.

   — Над пропастью во ржи · книга
6. «

   Если человек умеет писать, <...>, то ему в Голливуде делать нечего.

   Если человек умеет писать, <...>, то ему в Голливуде делать нечего.

   — Над пропастью во ржи · книга
7. «

   Лет им было под семьдесят, а то и больше. И все-таки они получали удовольствие от жизни, хоть одной ногой и стояли в могиле.

   Лет им было под семьдесят, а то и больше. И все-таки они получали удовольствие от жизни, хоть одной ногой и стояли в могиле.

   — Холден Колфилд · книга
8. «

   В том-то и беда с вами, кретинами. Вы и поговорить по-человечески не можете. Кретина за столь миль видно: он даже поговорить не умеет.

   В том-то и беда с вами, кретинами. Вы и поговорить по-человечески не можете. Кретина за столь миль видно: он даже поговорить не умеет.

   — Холден Колфилд · книга
9. «

   Вы лучше тоже никому ничего не рассказывайте. А то расскажете про всех — и вам без них станет скучно.

   Вы лучше тоже никому ничего не рассказывайте. А то расскажете про всех — и вам без них станет скучно.

   — Над пропастью во ржи · книга
10. «

    Раздражительный такой тип, с ним и спорить неинтересно.

    Раздражительный такой тип, с ним и спорить неинтересно.

    — Над пропастью во ржи · книга
11. «

    Я не мажу картину будущего черной краской. Это произойдет не завтра и вообще еще не скоро! Я лично проживу, уж во всяком случае, не меньше, чем хороший телеграфный столб, то есть добрых тридцать (30) лет, если не дольше, — нешуточный срок.

    Я не мажу картину будущего черной краской. Это произойдет не завтра и вообще еще не скоро! Я лично проживу, уж во всяком случае, не меньше, чем хороший телеграфный столб, то есть добрых тридцать (30) лет, если не дольше, — нешуточный срок.

    — 16-й день Хэпворта 1924 года · книга
12. «

    Поэты всегда принимают погоду на свой счёт. Вечно пихают свои чувства в то, что чувствами не обладает.

    Поэты всегда принимают погоду на свой счёт. Вечно пихают свои чувства в то, что чувствами не обладает.

    — Девять рассказов · книга
13. «

    Каждый день помощник печатника Джастин Хоргеншлаг, получавший тридцать долларов в неделю, встречал примерно шестьдесят женщин, которых никогда раньше не видел. Таким образом, за четыре года, что он прожил в Нью-Йорке, Хоргеншлаг встретил около 75 120 женщин. Из 75 120 женщин не меньше 25 000 были не моложе пятнадцати и не старше тридцати лет. Из 25 000 только 5 000 имели вес от ста пяти до ста двадцати пяти фунтов. Из этих 5 000 лишь 1 000 не были уродливы. Всего 500 были довольно привлекательны, 100 — очень привлекательны и 25 могли заставить долго и восторженно свистеть себе в спину. Но только в одну Хоргеншлаг влюбился с первого взгляда.

    Каждый день помощник печатника Джастин Хоргеншлаг, получавший тридцать долларов в неделю, встречал примерно шестьдесят женщин, которых никогда раньше не видел. Таким образом, за четыре года, что он прожил в Нью-Йорке, Хоргеншлаг встретил около 75 120 женщин. Из 75 120 женщин не меньше 25 000 были не моложе пятнадцати и не старше тридцати лет. Из 25 000 только 5 000 имели вес от ста пяти до ста двадцати пяти фунтов. Из этих 5 000 лишь 1 000 не были уродливы. Всего 500 были довольно привлекательны, 100 — очень привлекательны и 25 могли заставить долго и восторженно свистеть себе в спину. Но только в одну Хоргеншлаг влюбился с первого взгляда.

    — Душа несчастливой истории · книга
14. «

    Нельзя выучить человека танцевать по-настоящему, это он только сам может.

    Нельзя выучить человека танцевать по-настоящему, это он только сам может.

    — Над пропастью во ржи · книга
15. «

    Я по глупости думал, что она довольно умная. Она ужасно много знала про театры, про пьесы, вообще про всякую литературу. Когда человек начинен такими знаниями, так не скоро сообразишь, глуп он или нет.

    Я по глупости думал, что она довольно умная. Она ужасно много знала про театры, про пьесы, вообще про всякую литературу. Когда человек начинен такими знаниями, так не скоро сообразишь, глуп он или нет.

    — Холден Колфилд · книга
16. «

    Еще со времен Адама мужчине никогда не удавалось устоять перед красотой, перед певучим ее совершенством, особенно если на него обрушивали смертельную дозу.

    Еще со времен Адама мужчине никогда не удавалось устоять перед красотой, перед певучим ее совершенством, особенно если на него обрушивали смертельную дозу.

    — Душа несчастливой истории · книга
17. «

    Конферансье заставил их говорить про жилищное строительство, и маленькая дочка Берков сказала, что она ненавидит одинаковые дома — она говорила про те длинные ряды стандартных домиков, какие строят по плану. Зуи сказал, что они «очень милые». Он сказал, что было бы очень мило прийти домой и оказаться не в том домике. И по ошибке пообедать не с теми людьми, и спать не в той кроватке, и утром со всеми попрощаться, думая, что это твоё семейство. Он сказал, что ему даже хотелось бы, чтобы все люди на свете выглядели совершенно одинаково. Тогда каждый думал бы, что вот идёт его жена, или его мама, или папа, и люди всё время обнимались бы и целовались без конца, и это было бы «очень мило».

    Конферансье заставил их говорить про жилищное строительство, и маленькая дочка Берков сказала, что она ненавидит одинаковые дома — она говорила про те длинные ряды стандартных домиков, какие строят по плану. Зуи сказал, что они «очень милые». Он сказал, что было бы очень мило прийти домой и оказаться не в том домике. И по ошибке пообедать не с теми людьми, и спать не в той кроватке, и утром со всеми попрощаться, думая, что это твоё семейство. Он сказал, что ему даже хотелось бы, чтобы все люди на свете выглядели совершенно одинаково. Тогда каждый думал бы, что вот идёт его жена, или его мама, или папа, и люди всё время обнимались бы и целовались без конца, и это было бы «очень мило».

    — Выше стропила, плотники · книга
18. «

    Стоит мужчине влюбиться, и он сразу глупеет.

    Стоит мужчине влюбиться, и он сразу глупеет.

    — Душа несчастливой истории · книга
19. «

    Ему обязательно нужно было знать, кто да кто идет. Честное слово, если б он потерпел кораблекрушение и какая-нибудь лодка пришла его спасать, он, наверно, потребовал бы, чтоб ему сказали, кто гребет на этой самой лодке, — иначе он и не полез бы в нее.

    Ему обязательно нужно было знать, кто да кто идет. Честное слово, если б он потерпел кораблекрушение и какая-нибудь лодка пришла его спасать, он, наверно, потребовал бы, чтоб ему сказали, кто гребет на этой самой лодке, — иначе он и не полез бы в нее.

    — Холден Колфилд · книга
20. «

    Будь я Богом, ни за что бы не хотел, чтобы меня любили сентиментальной любовью. Очень уж это ненадежно.

    Будь я Богом, ни за что бы не хотел, чтобы меня любили сентиментальной любовью. Очень уж это ненадежно.

    — Тедди · книга