191 цитата от Джоана Роулинга

Подборка из 191 цитата Джоана Роулинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Будь собой. Это трудно, я знаю.

   Будь собой. Это трудно, я знаю.

   — Гарри Поттер и Философский камень · книга
2. «

   Просто я не хочу видеть того, кого люблю, в образе того, кого ненавижу.

   Просто я не хочу видеть того, кого люблю, в образе того, кого ненавижу.

   — Джек Торн · книга
3. «

   Раздумывать, что может случиться, не имеет никакого смысла, пока это не случилось.

   Раздумывать, что может случиться, не имеет никакого смысла, пока это не случилось.

   — Гарри Поттер и кубок огня · книга
4. «

   Ты должен принять реальность других людей. Тебе кажется, что реальность — это предмет для переговоров, что она будет для нас такой, как ты скажешь. Ты должен принять, что мы столь же реальны, как и ты; ты должен принять, что ты не Господь Бог.

   Ты должен принять реальность других людей. Тебе кажется, что реальность — это предмет для переговоров, что она будет для нас такой, как ты скажешь. Ты должен принять, что мы столь же реальны, как и ты; ты должен принять, что ты не Господь Бог.

   — Случайная вакансия · книга
5. «

   ... важно не то, кем ты родился, а то, каким ты стал!

   ... важно не то, кем ты родился, а то, каким ты стал!

   — Альбус Дамблдор · книга
6. «

   Пустые слова не могут изменить того, что бренные останки его родителей лежат здесь, под снегом и камнем, ничего не ведающие, ко всему равнодушные. Вдруг полились слезы, он не успел их удержать; горячие, обжигающие, они мгновенно замерзали на щеках и не было смысла вытирать их. Пусть текут, что толку притворяться? Гарри стиснул губы, уставившись на снег, скрывающий место последнего упокоения Лили и Джеймса. Теперь от них остались только кости или вовсе прах, они не знают и не волнуются о том, что их живой сын стоит здесь, так близко, и его сердце все ещё бьется благодаря их самопожертвованию, хотя он уже готов пожалеть, что не спит вместе с ними под занесенной снегом землей.

   Пустые слова не могут изменить того, что бренные останки его родителей лежат здесь, под снегом и камнем, ничего не ведающие, ко всему равнодушные. Вдруг полились слезы, он не успел их удержать; горячие, обжигающие, они мгновенно замерзали на щеках и не было смысла вытирать их. Пусть текут, что толку притворяться? Гарри стиснул губы, уставившись на снег, скрывающий место последнего упокоения Лили и Джеймса. Теперь от них остались только кости или вовсе прах, они не знают и не волнуются о том, что их живой сын стоит здесь, так близко, и его сердце все ещё бьется благодаря их самопожертвованию, хотя он уже готов пожалеть, что не спит вместе с ними под занесенной снегом землей.

   — Гарри Поттер · книга
7. «

   — Если какая-то часть Волан-де-Морта выжила в любом виде, мы должны быть готовы. И я боюсь. — Я тоже. — А я ничего не боюсь. Кроме мамы.

   — Если какая-то часть Волан-де-Морта выжила в любом виде, мы должны быть готовы. И я боюсь. — Я тоже. — А я ничего не боюсь. Кроме мамы.

   — Джек Торн · книга
8. «

   Беда в том, что люди всегда хотят именно то, что для них наиболее губительно.

   Беда в том, что люди всегда хотят именно то, что для них наиболее губительно.

   — Альбус Дамблдор · книга
9. «

   — Если вы думаете, что я позволю шестерым людям рисковать жизнью... — ... да еще и впервые, — вставил Рон. — Одно дело изображать меня... — Думаешь, нам так уж этого хочется, Гарри? — серьезным тоном осведомился Фред. — Представь, вдруг что-нибудь заколодит и мы навсегда останемся тощими очкариками.

   — Если вы думаете, что я позволю шестерым людям рисковать жизнью... — ... да еще и впервые, — вставил Рон. — Одно дело изображать меня... — Думаешь, нам так уж этого хочется, Гарри? — серьезным тоном осведомился Фред. — Представь, вдруг что-нибудь заколодит и мы навсегда останемся тощими очкариками.

   — Гарри Поттер · книга
10. «

    — Тогда убей меня, — задыхаясь, произнес Гарри, вовсе не ощущая страха, а только ярость и презрение. — Убей меня, как ты убил его, ты, трус… — НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТРУСОМ! — завопил Снегг, и его лицо вдруг стало безумным, нечеловеческим, словно он испытывал такие же страдания, как скулящий, воющий пес, запертый позади них в горящем доме.

    — Тогда убей меня, — задыхаясь, произнес Гарри, вовсе не ощущая страха, а только ярость и презрение. — Убей меня, как ты убил его, ты, трус… — НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТРУСОМ! — завопил Снегг, и его лицо вдруг стало безумным, нечеловеческим, словно он испытывал такие же страдания, как скулящий, воющий пес, запертый позади них в горящем доме.

    — Гарри Поттер · книга
11. «

    Страдать для человека так же естественно, как дышать.

    Страдать для человека так же естественно, как дышать.

    — Альбус Дамблдор · книга
12. «

    — Папа печатает дополнительный тираж! — сообщила Полумна, возбужденно выкатив глаза. — Ему в это просто не верится: похоже, что ты интересуешь людей даже больше, чем морщерогие кизляки!

    — Папа печатает дополнительный тираж! — сообщила Полумна, возбужденно выкатив глаза. — Ему в это просто не верится: похоже, что ты интересуешь людей даже больше, чем морщерогие кизляки!

    — Полумна Лавгуд · книга
13. «

    ... Я не Фред, я Джордж. О женщина, как ты можешь называться нашей матерью, если не можешь различить собственных сыновей?

    ... Я не Фред, я Джордж. О женщина, как ты можешь называться нашей матерью, если не можешь различить собственных сыновей?

    — Фред Уизли · книга
14. «

    Никто не может жить в то время, когда другие выживают.

    Никто не может жить в то время, когда другие выживают.

    — Гарри Поттер · книга
15. «

    Если ты обращаешь внимание на слухи, то ты их кормишь.

    Если ты обращаешь внимание на слухи, то ты их кормишь.

    — Джек Торн · книга
16. «

    Каждую секунду он вдыхал, запах травы, прохладный воздух на его лице, были драгоценностью. Тяжело было думать, что люди проживали годы и годы, пропадающие впустую, медленно тянущиеся годы, а он цеплялся за каждую секунду.

    Каждую секунду он вдыхал, запах травы, прохладный воздух на его лице, были драгоценностью. Тяжело было думать, что люди проживали годы и годы, пропадающие впустую, медленно тянущиеся годы, а он цеплялся за каждую секунду.

    — Гарри Поттер и Дары Смерти · книга
17. «

    — Последний член команды — ловец. То есть ты. И тебе не надо беспокоиться ни о квоффле, ни о бладжерах... — Пока они не пробьют мне голову, — не удержался Гарри.

    — Последний член команды — ловец. То есть ты. И тебе не надо беспокоиться ни о квоффле, ни о бладжерах... — Пока они не пробьют мне голову, — не удержался Гарри.

    — Гарри Поттер · книга
18. «

    — Два дня назад, я слыхал, ты расправился с Марком Эвансом. — Он сам напрашивался, — проворчал Дадли. — Да неужели? — Он со мной нахальничал. — Да? Может, он сказал, что ты похож на свинью, которую научили ходить на задних лапах? Если так, Дад, это не нахальство, а чистая правда.

    — Два дня назад, я слыхал, ты расправился с Марком Эвансом. — Он сам напрашивался, — проворчал Дадли. — Да неужели? — Он со мной нахальничал. — Да? Может, он сказал, что ты похож на свинью, которую научили ходить на задних лапах? Если так, Дад, это не нахальство, а чистая правда.

    — Дадли Дурсль · книга
19. «

    Сомневаюсь, что ты убьешь меня, Драко. Убить и думать об убийстве это не одно и то же.

    Сомневаюсь, что ты убьешь меня, Драко. Убить и думать об убийстве это не одно и то же.

    — Альбус Дамблдор · книга
20. «

    Разумеется, не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника.

    Разумеется, не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника.

    — Гаррик Олливандер · книга