221 цитата Джоана Роулинга: от иронии до философии

Подборка из 221 цитата Джоана Роулинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Школьные факультеты. Их четыре всего. Про Пуффендуй говорят, что там самые тупицы учатся, но... — Готов спорить, что я попаду в Пуффендуй.

   — Школьные факультеты. Их четыре всего. Про Пуффендуй говорят, что там самые тупицы учатся, но... — Готов спорить, что я попаду в Пуффендуй.

   — Рубеус Хагрид · книга
2. «

   Мы боимся неизвестности, когда смотрим на смерть и темноту, ничего более.

   Мы боимся неизвестности, когда смотрим на смерть и темноту, ничего более.

   — Альбус Дамблдор · книга
3. «

   Так счастливые несколько лет протекли, Много было успехов отрадных. Но потом втихомолку раздоры вползли В бреши слабостей наших досадных...

   Так счастливые несколько лет протекли, Много было успехов отрадных. Но потом втихомолку раздоры вползли В бреши слабостей наших досадных...

   — Распределяющая шляпа · книга
4. «

   — Ты не понимаешь, Сириус! — проскулил Петтигрю. — Он убил бы меня. — Значит, надо было умереть, — прорычал Блэк. — Умереть, а не предавать друзей. Мы бы все так поступили ради тебя!

   — Ты не понимаешь, Сириус! — проскулил Петтигрю. — Он убил бы меня. — Значит, надо было умереть, — прорычал Блэк. — Умереть, а не предавать друзей. Мы бы все так поступили ради тебя!

   — Сириус Блэк · книга
5. «

   Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь — такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.

   Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь — такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.

   — Альбус Дамблдор · книга
6. «

   Я просто хочу показать тебе, что не такие уж они замечательные, какими их, похоже, все считают.

   Я просто хочу показать тебе, что не такие уж они замечательные, какими их, похоже, все считают.

   — Северус Снегг · книга
7. «

   — Ты стоишь десяти Малфоев, — произнёс Гарри. — И ты достоин того, чтобы быть в Гриффиндоре, — ведь Волшебная шляпа сама отобрала тебя на наш факультет. Ну а где оказался этот Малфой? В вонючей дыре под названием Слизерин — вот где.

   — Ты стоишь десяти Малфоев, — произнёс Гарри. — И ты достоин того, чтобы быть в Гриффиндоре, — ведь Волшебная шляпа сама отобрала тебя на наш факультет. Ну а где оказался этот Малфой? В вонючей дыре под названием Слизерин — вот где.

   — Невилл Долгопупс · книга
8. «

   Когда Волшебная шляпа закончила петь, весь Большой холл загремел аплодисментами. — Когда распределяли нас, она пела другую песню, — заметил Гарри, хлопая вместе со всеми остальными. — Она каждый год поёт новую, — ответил Рон. — Согласись, это, наверное, довольно скучное занятие — быть Шляпой, так что, я думаю, она целый год сочиняет очередную песню.

   Когда Волшебная шляпа закончила петь, весь Большой холл загремел аплодисментами. — Когда распределяли нас, она пела другую песню, — заметил Гарри, хлопая вместе со всеми остальными. — Она каждый год поёт новую, — ответил Рон. — Согласись, это, наверное, довольно скучное занятие — быть Шляпой, так что, я думаю, она целый год сочиняет очередную песню.

   — Гарри Поттер · книга
9. «

   Не рассуждай о том, чего не понимаешь!

   Не рассуждай о том, чего не понимаешь!

   — Гарри Поттер и узник Азкабана · книга
10. «

    Родители, — говорит Гарри, — не должны бросать детей, если... если только их к этому не принуждают.

    Родители, — говорит Гарри, — не должны бросать детей, если... если только их к этому не принуждают.

    — Гарри Поттер · книга
11. «

    Порядочными людьми легко манипулировать.

    Порядочными людьми легко манипулировать.

    — Грозный Глаз · книга
12. «

    ...время не идет медленнее, если впереди тебя ожидает что-нибудь неприятное...

    ...время не идет медленнее, если впереди тебя ожидает что-нибудь неприятное...

    — Гарри Поттер · книга
13. «

    — Слушай, а что ты собираешься делать со всеми этими книгами? — спросил Рон, прихрамывая отходя к кровати. — Пытаюсь решить, — ответила Гермиона, — какие взять с собой, когда мы отправимся искать крестражи. — А, ну конечно, — хлопнув себя по лбу, сказал Рон. — Я и забыл, что охотиться на Волан-де-Морта мы будем, разъезжая в передвижной библиотеке.

    — Слушай, а что ты собираешься делать со всеми этими книгами? — спросил Рон, прихрамывая отходя к кровати. — Пытаюсь решить, — ответила Гермиона, — какие взять с собой, когда мы отправимся искать крестражи. — А, ну конечно, — хлопнув себя по лбу, сказал Рон. — Я и забыл, что охотиться на Волан-де-Морта мы будем, разъезжая в передвижной библиотеке.

    — Гарри Поттер и Дары Смерти · книга
14. «

    Правда — штука прекрасная и опасная, с ней надлежит обращаться с величайшей осторожностью.

    Правда — штука прекрасная и опасная, с ней надлежит обращаться с величайшей осторожностью.

    — Джек Торн · книга
15. «

    Стоило Амбридж войти в классную комнату, как собравшихся там учеников начинало тошнить и лихорадить. Одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей. Вопя от ярости и бессилия, она пыталась определить источник загадочных симптомов, но ученики упрямо твердили ей, что страдают от «амбриджита».

    Стоило Амбридж войти в классную комнату, как собравшихся там учеников начинало тошнить и лихорадить. Одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей. Вопя от ярости и бессилия, она пыталась определить источник загадочных симптомов, но ученики упрямо твердили ей, что страдают от «амбриджита».

    — Гарри Поттер и Орден Феникса · книга
16. «

    Будь честен с теми, кого любишь, не скрывай свою боль. Страдать это так же человечно, как и дышать.

    Будь честен с теми, кого любишь, не скрывай свою боль. Страдать это так же человечно, как и дышать.

    — Джек Торн · книга
17. «

    — Ты ведь читал его книги. Вспомни все те удивительные подвиги, которые он совершил. — Это он только пишет, что совершил, — уточнил Рон.

    — Ты ведь читал его книги. Вспомни все те удивительные подвиги, которые он совершил. — Это он только пишет, что совершил, — уточнил Рон.

    — Рон Уизли · книга
18. «

    — У меня тут получается два Нептуна, — сказал Гарри через некоторое время, мрачно глядя на свой лист пергамента. — Такого не может быть, верно? — А-а-а-а-ах, — прошелестел Рон, изображая таинственный шепот профессора Трелони. — Когда в небе появляются два Нептуна, мой милый, это верный знак, что рождается маленькая зануда в очках...

    — У меня тут получается два Нептуна, — сказал Гарри через некоторое время, мрачно глядя на свой лист пергамента. — Такого не может быть, верно? — А-а-а-а-ах, — прошелестел Рон, изображая таинственный шепот профессора Трелони. — Когда в небе появляются два Нептуна, мой милый, это верный знак, что рождается маленькая зануда в очках...

    — Гарри Поттер · книга
19. «

    Горраций очень любит комфорт, а ещё он любит собирать вокруг себя знаменитостей, преуспевающих и влиятельных людей. Ему нравится думать, что они прислушиваются к нему. Он сам никогда не стремился восседать на троне, предпочитает занять место за его спиной, там, знаешь ли, легче развернуться.

    Горраций очень любит комфорт, а ещё он любит собирать вокруг себя знаменитостей, преуспевающих и влиятельных людей. Ему нравится думать, что они прислушиваются к нему. Он сам никогда не стремился восседать на троне, предпочитает занять место за его спиной, там, знаешь ли, легче развернуться.

    — Альбус Дамблдор · книга
20. «

    Когда мне было восемь, Элджи зашел к нам на чай, поймал меня и высунул за окно. Я висел там вниз головой, а он держал меня за лодыжки. И тут моя двоюродная тётя Энид предложила ему пирожное, и он случайно разжал руки. Я полетел со второго этажа, но не разбился, — я словно превратился в мячик, отскочил от земли и попрыгал вниз по дорожке. Они все были в восторге, а бабушка даже расплакалась от счастья.

    Когда мне было восемь, Элджи зашел к нам на чай, поймал меня и высунул за окно. Я висел там вниз головой, а он держал меня за лодыжки. И тут моя двоюродная тётя Энид предложила ему пирожное, и он случайно разжал руки. Я полетел со второго этажа, но не разбился, — я словно превратился в мячик, отскочил от земли и попрыгал вниз по дорожке. Они все были в восторге, а бабушка даже расплакалась от счастья.

    — Невилл Долгопупс · книга