Топ-114 цитат Джоджо Мойеса

Ниже 114 цитат Джоджо Мойеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В моей голове не укладывалось, как можно было дать кому-то жизнь, любить этого ребенка, заботиться о нем, а когда ему исполнилось шестнадцать лет, заявить, будто ты ужасно утомлен, а потом сменить замки, чтобы не пускать его в дом. Ведь шестнадцать лет — это детский возраст, так?

   В моей голове не укладывалось, как можно было дать кому-то жизнь, любить этого ребенка, заботиться о нем, а когда ему исполнилось шестнадцать лет, заявить, будто ты ужасно утомлен, а потом сменить замки, чтобы не пускать его в дом. Ведь шестнадцать лет — это детский возраст, так?

   — Луиза Кларк · книга
2. «

   Луиза, всем нам суждено ошибаться. И не стоит корить себя за это.

   Луиза, всем нам суждено ошибаться. И не стоит корить себя за это.

   — Сэм · книга
3. «

   Только вы, Уилл Трейнор, способны указывать женщине, как ей носить чертово платье.

   Только вы, Уилл Трейнор, способны указывать женщине, как ей носить чертово платье.

   — Луиза Кларк · книга
4. «

   Общение с ней было вполне достойной заменой алкоголю.

   Общение с ней было вполне достойной заменой алкоголю.

   — Последнее письмо от твоего любимого · книга
5. «

   Находиться рядом со страдальцем несколько утомительно. Его можно жалеть, однако всё равно хочется, чтобы он собрался.

   Находиться рядом со страдальцем несколько утомительно. Его можно жалеть, однако всё равно хочется, чтобы он собрался.

   — Луиза Кларк · книга
6. «

   Оставаться призраком куда проще. Тогда твой образ постепенно окутывается романтическим флером и становится лишь ярче, а не тускнеет под действием суровой реальности.

   Оставаться призраком куда проще. Тогда твой образ постепенно окутывается романтическим флером и становится лишь ярче, а не тускнеет под действием суровой реальности.

   — Виви · книга
7. «

   Ключ к счастливой жизни — короткая память.

   Ключ к счастливой жизни — короткая память.

   — Один плюс один · книга
8. «

   ... С рождением ребенка в твоей жизни появляется страх и любовь, с которыми ничто не сравнить.

   ... С рождением ребенка в твоей жизни появляется страх и любовь, с которыми ничто не сравнить.

   — Серебристая бухта · книга
9. «

   Я практически физически чувствовала, как расстояние между нами сокращается, словно мы — два конца невидимой резиновой ленты.

   Я практически физически чувствовала, как расстояние между нами сокращается, словно мы — два конца невидимой резиновой ленты.

   — До встречи с тобой · книга
10. «

    Мама всегда говорила нам, что хорошие вещи происходят с хорошими людьми. Знаете что? Она больше этого не говорит.

    Мама всегда говорила нам, что хорошие вещи происходят с хорошими людьми. Знаете что? Она больше этого не говорит.

    — Танзи · книга
11. «

    Я прежде не сознавала, что музыка может отпереть закрытые двери, перенести в мир, которого не представлял даже сам композитор. Музыка оставляет отпечаток в окружающем воздухе, как будто несёшь её остатки с собой.

    Я прежде не сознавала, что музыка может отпереть закрытые двери, перенести в мир, которого не представлял даже сам композитор. Музыка оставляет отпечаток в окружающем воздухе, как будто несёшь её остатки с собой.

    — Луиза Кларк · книга
12. «

    Она не вылезает из джинсов и свитера. Элегантно одеться, в ее понимании, — это погладить джинсы.

    Она не вылезает из джинсов и свитера. Элегантно одеться, в ее понимании, — это погладить джинсы.

    — Луиза Кларк · книга
13. «

    Легче приглушить эмоции, загнать их внутрь, чем переживать снова и снова.

    Легче приглушить эмоции, загнать их внутрь, чем переживать снова и снова.

    — Вилла «Аркадия» · книга
14. «

    — Эй, Кларк, — позвал он. — Расскажи мне что-нибудь хорошее. Я уставилась в окно на ярко-голубое швейцарское небо и рассказала ему историю двух людей. Двух людей, которые не должны были встретиться и которые не слишком нравились друг другу поначалу, но со временем обнаружили, что понимают друг друга лучше всех на свете. Я рассказала ему о приключениях, которые они пережили, о краях, в которых они побывали, о картинах, которые я даже не предполагала увидеть. Я соткала в воздухе лазурное небо и радужное море, вечера, наполненные смехом и глупыми шутками. Нарисовала мир, далекий от швейцарской промышленной зоны, мир, в котором он оставался тем, кем хотел быть. Нарисовала мир, который он сотворил для меня, полный чудес и возможностей. Я дала понять, что он исцелил мою душу, сам того не подозревая, и уже поэтому я буду вечно ему благодарна. Я говорила и знала, что это самые важные слова в моей жизни и нужно говорить искренне, не проповедовать, не пытаться переубедить, а уважать желания Уилла. Я рассказала ему кое-что хорошее.

    — Эй, Кларк, — позвал он. — Расскажи мне что-нибудь хорошее. Я уставилась в окно на ярко-голубое швейцарское небо и рассказала ему историю двух людей. Двух людей, которые не должны были встретиться и которые не слишком нравились друг другу поначалу, но со временем обнаружили, что понимают друг друга лучше всех на свете. Я рассказала ему о приключениях, которые они пережили, о краях, в которых они побывали, о картинах, которые я даже не предполагала увидеть. Я соткала в воздухе лазурное небо и радужное море, вечера, наполненные смехом и глупыми шутками. Нарисовала мир, далекий от швейцарской промышленной зоны, мир, в котором он оставался тем, кем хотел быть. Нарисовала мир, который он сотворил для меня, полный чудес и возможностей. Я дала понять, что он исцелил мою душу, сам того не подозревая, и уже поэтому я буду вечно ему благодарна. Я говорила и знала, что это самые важные слова в моей жизни и нужно говорить искренне, не проповедовать, не пытаться переубедить, а уважать желания Уилла. Я рассказала ему кое-что хорошее.

    — Луиза Кларк · книга
15. «

    Ведь всем кажется, что их родные вечно будут рядом, да? Но неожиданно оглянешься, а их уже нет.

    Ведь всем кажется, что их родные вечно будут рядом, да? Но неожиданно оглянешься, а их уже нет.

    — Сунил · книга
16. «

    Не подходите к ней, когда вас обуревают чувства. Гнев, нетерпение, страх... Любая человеческая эмоция препятствует эффектному общению с лошадью.

    Не подходите к ней, когда вас обуревают чувства. Гнев, нетерпение, страх... Любая человеческая эмоция препятствует эффектному общению с лошадью.

    — Танцующая с лошадьми · книга
17. «

    Возможно, все мы испытываем извращенную потребность приблизиться к тому, что может нас уничтожить.

    Возможно, все мы испытываем извращенную потребность приблизиться к тому, что может нас уничтожить.

    — Серебристая бухта · книга
18. «

    Первое правило клуба ботанов. Нет никакого клуба ботанов.

    Первое правило клуба ботанов. Нет никакого клуба ботанов.

    — Никки · книга
19. «

    Она хорошо знала, что случается, если мать не прижимает тебя к груди, не твердит все время, что ты лучший ребенок на свете, или просто не замечает, дома ты или нет. Ты замыкаешься в себе. Тебе не нужна мать. Тебе никто не нужен. И ты ждешь, сам того не понимая. Ждешь, что всякий, кто приблизится, разглядит в тебе что-то нехорошее, чего не замечал вначале, охладеет и исчезнет, как морской туман. Потому что с тобой непременно что-то неладно, если даже собственная мать тебя не любит.

    Она хорошо знала, что случается, если мать не прижимает тебя к груди, не твердит все время, что ты лучший ребенок на свете, или просто не замечает, дома ты или нет. Ты замыкаешься в себе. Тебе не нужна мать. Тебе никто не нужен. И ты ждешь, сам того не понимая. Ждешь, что всякий, кто приблизится, разглядит в тебе что-то нехорошее, чего не замечал вначале, охладеет и исчезнет, как морской туман. Потому что с тобой непременно что-то неладно, если даже собственная мать тебя не любит.

    — Один плюс один · книга
20. «

    Когда дедушка только начал выздоравливать после инсультов, он ничего не мог делать самостоятельно. Всё делала мама. – Твоя мать – святая, – сказал папа. Полагаю, это означало, что она вытирала деду зад, не убегая с воплями из дома.

    Когда дедушка только начал выздоравливать после инсультов, он ничего не мог делать самостоятельно. Всё делала мама. – Твоя мать – святая, – сказал папа. Полагаю, это означало, что она вытирала деду зад, не убегая с воплями из дома.

    — Луиза Кларк · книга