28 фраз Джона Бойнтона Пристли для статуса

Подборка из 28 цитат Джона Бойнтона Пристли: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Скажите, как себя чувствуешь в двух шагах от смерти? — Совсем не так, как можно предположить. Должно быть, мы переходим из одного времени в другое. Добираешься до конца в одном, но затем покидаешь его, словно переходишь в другое измерение, в другой тип времени.

   — Скажите, как себя чувствуешь в двух шагах от смерти? — Совсем не так, как можно предположить. Должно быть, мы переходим из одного времени в другое. Добираешься до конца в одном, но затем покидаешь его, словно переходишь в другое измерение, в другой тип времени.

   — доктор Кейв · книга
2. «

   — На свете все-таки существуют такие понятия, как элементарная честность, порядочность. — Да неужели? Вот уж сомневаюсь.

   — На свете все-таки существуют такие понятия, как элементарная честность, порядочность. — Да неужели? Вот уж сомневаюсь.

   — Фреда Кэплен · книга
3. «

   Сейчас, сию минуту, и вообще в любую минуту мы представляем лишь частицу нашего подлинного «я». То, что мы реально представляем собой, — это весь наш путь, все наше время, и когда мы дойдем до конца нашей жизни, весь этот путь, все это время будут представлять нас — подлинную тебя, подлинного меня.

   Сейчас, сию минуту, и вообще в любую минуту мы представляем лишь частицу нашего подлинного «я». То, что мы реально представляем собой, — это весь наш путь, все наше время, и когда мы дойдем до конца нашей жизни, весь этот путь, все это время будут представлять нас — подлинную тебя, подлинного меня.

   — Алан · книга
4. «

   Теперь он ясно видел, что все они обманывают самих себя, что всякая суета, тревоги, крики абсолютно бесполезны, что подлинная свобода действий — мечта, что все они пешки, из личного тщеславия воображающие себя игроками в шахматы, что достигнутые результаты, непредвиденные и страшные, — следствие ходов, сделанных в каком-то невидимом мире.

   Теперь он ясно видел, что все они обманывают самих себя, что всякая суета, тревоги, крики абсолютно бесполезны, что подлинная свобода действий — мечта, что все они пешки, из личного тщеславия воображающие себя игроками в шахматы, что достигнутые результаты, непредвиденные и страшные, — следствие ходов, сделанных в каком-то невидимом мире.

   — Случай в Лидингтоне · книга
5. «

   Я верю теперь, что в нашей жизни, как и на сцене, декорации, костюмы, грим и реквизит — это только театр теней, который складывают и уносят, когда представление окончено. А истинное, нетленное и прочное — это как раз все то, что стольким дуракам кажется преходящим и мимолетным... сокровеннейшие и глубочайшие чувства, которые честный художник отдает своей работе... основа и смысл настоящего личного отношения... пламя. Да, пламя, чистый огонь.

   Я верю теперь, что в нашей жизни, как и на сцене, декорации, костюмы, грим и реквизит — это только театр теней, который складывают и уносят, когда представление окончено. А истинное, нетленное и прочное — это как раз все то, что стольким дуракам кажется преходящим и мимолетным... сокровеннейшие и глубочайшие чувства, которые честный художник отдает своей работе... основа и смысл настоящего личного отношения... пламя. Да, пламя, чистый огонь.

   — Мартин · книга
6. «

   — Вы думаете, тут какая-то хреновина? — Я могу только догадываться о значении этого слова. Но если моя догадка верна, то ответ будет утвердительный.

   — Вы думаете, тут какая-то хреновина? — Я могу только догадываться о значении этого слова. Но если моя догадка верна, то ответ будет утвердительный.

   — инспектор Хэмп · книга
7. «

   Сказать, что все эти люди платят свои шиллинги, чтобы посмотреть, как 22 наемника пинают мяч, всё равно, что сказать, что скрипка – это дерево и струны, а «Гамлет» — бумага с чернилами.

   Сказать, что все эти люди платят свои шиллинги, чтобы посмотреть, как 22 наемника пинают мяч, всё равно, что сказать, что скрипка – это дерево и струны, а «Гамлет» — бумага с чернилами.
8. «

   Время — это только призрак. Иначе ему пришлось бы разрушать все, всю вселенную, и снова воссоздавать ее каждую десятую долю секунды. Но время ничего не разрушает. Оно только двигает нас вперед и подводит от одного окна к другому.

   Время — это только призрак. Иначе ему пришлось бы разрушать все, всю вселенную, и снова воссоздавать ее каждую десятую долю секунды. Но время ничего не разрушает. Оно только двигает нас вперед и подводит от одного окна к другому.

   — Алан · книга
9. «

   Я всегда считаю нужным подсказать людям, что им следует обо мне думать.

   Я всегда считаю нужным подсказать людям, что им следует обо мне думать.

   — Хамфри Нейлэнд · книга
10. «

    Театр всегда умирал для старожилов. И всегда рождался заново для тех, кто приходил на смену. И в этом не слабость его, а сила. Он живет, живет по-настоящему, не просто существует, но живет, как живет человечество, именно потому, что он непрестанно умирает и возрождается, и всегда возрождается обновленный.

    Театр всегда умирал для старожилов. И всегда рождался заново для тех, кто приходил на смену. И в этом не слабость его, а сила. Он живет, живет по-настоящему, не просто существует, но живет, как живет человечество, именно потому, что он непрестанно умирает и возрождается, и всегда возрождается обновленный.

    — Чиверел · книга
11. «

    Театр — это не только блеск, веселье и аплодисменты. Это тяжкий, порой надрывающий душу труд. И никогда нам не удается сделать все, к чему мы стремимся. Тетр — это сама жизнь, он часто пугает, часто внушает ужас, но он всегда удивителен.

    Театр — это не только блеск, веселье и аплодисменты. Это тяжкий, порой надрывающий душу труд. И никогда нам не удается сделать все, к чему мы стремимся. Тетр — это сама жизнь, он часто пугает, часто внушает ужас, но он всегда удивителен.

    — Дженни Вильерс · книга
12. «

    — Говорить все, до конца, крайне опасно. Дело в том, что... бывает правда и правда. — Точно: правда правде рознь.

    — Говорить все, до конца, крайне опасно. Дело в том, что... бывает правда и правда. — Точно: правда правде рознь.

    — Олуэн Пиил · книга
13. «

    В этих глазах я не видел ни искры нежности — ее никогда не было и быть не могло — а без нежности, и без ребячества, и без любви все то, что происходит между мужчиной и женщиной, — только грязь и борьба.

    В этих глазах я не видел ни искры нежности — ее никогда не было и быть не могло — а без нежности, и без ребячества, и без любви все то, что происходит между мужчиной и женщиной, — только грязь и борьба.

    — Хамфри Нейлэнд · книга
14. «

    — Я знала все или почти все о нем. Я не была влюблена в кого-то, кого на самом деле не существовало, кого я сама выдумала. — А мне кажется, что ты именно так и была влюблена. Вероятно, мы все влюбляемся так.

    — Я знала все или почти все о нем. Я не была влюблена в кого-то, кого на самом деле не существовало, кого я сама выдумала. — А мне кажется, что ты именно так и была влюблена. Вероятно, мы все влюбляемся так.

    — Фреда Кэплен · книга
15. «

    — Я уверен, что половина наших бед происходит оттого, что мы думаем, будто время уносит по частям нашу жизнь. Вот почему мы мечемся из стороны в сторону... — Словно мы в панике на тонущем корабле.

    — Я уверен, что половина наших бед происходит оттого, что мы думаем, будто время уносит по частям нашу жизнь. Вот почему мы мечемся из стороны в сторону... — Словно мы в панике на тонущем корабле.

    — Алан · книга
16. «

    Театр умирает, и хоть на мой век его, слава богу, хватит, не думаю, чтобы он надолго меня пережил. Старое вино выдохлось. И пьесы теперь уже не те, и публика не та, и актеры не те.

    Театр умирает, и хоть на мой век его, слава богу, хватит, не думаю, чтобы он надолго меня пережил. Старое вино выдохлось. И пьесы теперь уже не те, и публика не та, и актеры не те.

    — Джон Стоукс · книга
17. «

    Где-то в тайниках вселенной, никогда не снившихся нам, кто-то дергал за веревочку, и мы плясали, а затем скользили в пропасть, и с нами проваливалось все.

    Где-то в тайниках вселенной, никогда не снившихся нам, кто-то дергал за веревочку, и мы плясали, а затем скользили в пропасть, и с нами проваливалось все.

    — Хамфри Нейлэнд · книга
18. «

    Я лишился этой способности — строить иллюзии. Нет во мне больше того материала, из которого создаются прекрасные иллюзии, точно какая-то железа прекратила во мне свои функции навсегда.

    Я лишился этой способности — строить иллюзии. Нет во мне больше того материала, из которого создаются прекрасные иллюзии, точно какая-то железа прекратила во мне свои функции навсегда.

    — Роберт · книга
19. «

    Кое у кого денег больше, чем ума.

    Кое у кого денег больше, чем ума.

    — инспектор Хэмп · книга
20. «

    Адвокату, даже молодому, приходится видеть немало людских типов в своей конторе. Перед ним проходит целая вереница людей, с их дрязгами и недовольствами. И порой я сомневаюсь, многому ли они способны научиться.

    Адвокату, даже молодому, приходится видеть немало людских типов в своей конторе. Перед ним проходит целая вереница людей, с их дрязгами и недовольствами. И порой я сомневаюсь, многому ли они способны научиться.

    — Джеральд · книга