Джон Бойнтон Пристли

Я верю теперь, что в нашей жизни, как и на сцене, декорации, костюмы, грим и реквизит — это только театр теней, который складывают и уносят, когда представление окончено. А истинное, нетленное и прочное — это как раз все то, что стольким дуракам кажется преходящим и мимолетным... сокровеннейшие и глубочайшие чувства, которые честный художник отдает своей работе... основа и смысл настоящего личного отношения... пламя. Да, пламя, чистый огонь.

В этих глазах я не видел ни искры нежности — ее никогда не было и быть не могло — а без нежности, и без ребячества, и без любви все то, что происходит между мужчиной и женщиной, — только грязь и борьба.

Театр всегда умирал для старожилов. И всегда рождался заново для тех, кто приходил на смену. И в этом не слабость его, а сила. Он живет, живет по-настоящему, не просто существует, но живет, как живет человечество, именно потому, что он непрестанно умирает и возрождается, и всегда возрождается обновленный.

Теперь он ясно видел, что все они обманывают самих себя, что всякая суета, тревоги, крики абсолютно бесполезны, что подлинная свобода действий — мечта, что все они пешки, из личного тщеславия воображающие себя игроками в шахматы, что достигнутые результаты, непредвиденные и страшные, — следствие ходов, сделанных в каком-то невидимом мире.

Я всегда считаю нужным подсказать людям, что им следует обо мне думать.

Сказать, что все эти люди платят свои шиллинги, чтобы посмотреть, как 22 наемника пинают мяч, всё равно, что сказать, что скрипка – это дерево и струны, а «Гамлет» — бумага с чернилами.

— Скажите, как себя чувствуешь в двух шагах от смерти? — Совсем не так, как можно предположить. Должно быть, мы переходим из одного времени в другое. Добираешься до конца в одном, но затем покидаешь его, словно переходишь в другое измерение, в другой тип времени.

Хорошая жена сделает для мужа все, за одним исключением: она никогда не перестанет критиковать его и воспитывать.

Если любишь кого-то, значит любишь, и тогда что бы он ни творил, будь он последним негодяем, всё ему простишь или просто посмотришь сквозь пальцы. По крайней мере, некоторые женщины иначе не могут.

— Вы думаете, тут какая-то хреновина? — Я могу только догадываться о значении этого слова. Но если моя догадка верна, то ответ будет утвердительный.

Кое у кого денег больше, чем ума.

Где-то в тайниках вселенной, никогда не снившихся нам, кто-то дергал за веревочку, и мы плясали, а затем скользили в пропасть, и с нами проваливалось все.

Театр умирает, и хоть на мой век его, слава богу, хватит, не думаю, чтобы он надолго меня пережил. Старое вино выдохлось. И пьесы теперь уже не те, и публика не та, и актеры не те.

Театр — это не только блеск, веселье и аплодисменты. Это тяжкий, порой надрывающий душу труд. И никогда нам не удается сделать все, к чему мы стремимся. Тетр — это сама жизнь, он часто пугает, часто внушает ужас, но он всегда удивителен.

Готовься к смерти, а тогда и смерть И жизнь — чтоб ни было — приятней будет.

Боль и радость чередой Ткут покров души людской, В каждой горести земной Радость — нитью золотой. Справедлив судьбы закон: Человек на то рожден. Если это мы поймем, Верный в жизни путь найдем.