164 цитаты Джона Стейнбека, ставших крылатыми

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 164 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Долину покрывал толстый плодородный слой почвы. Достаточно было одной богатой дождями зимы, и земля взрывалась травами и цветами. Весенние цветы в такие годы были неправдоподобно красивы. Всю долину и холмы предгорий устилали ковры из люпинов и маков. Когда-то одна женщина объяснила мне, что, если добавить в букет несколько белых цветов, соседние цветы покажутся ярче, их краски станут определённее. У синего люпина каждый лепесток оторочен белым, и оттого поля люпинов — это такая синь, что невозможно себе представить. Среди этого синего моря брызгами рассыпались островки калифорнийских маков. Маки тоже обжигали глаз яростью: и не оранжевые, и не красные... такой цвет, наверно, был бы у сливок, снятых с чистого золота, будь оно жидкостью, наделённой свойствами молока.

   Долину покрывал толстый плодородный слой почвы. Достаточно было одной богатой дождями зимы, и земля взрывалась травами и цветами. Весенние цветы в такие годы были неправдоподобно красивы. Всю долину и холмы предгорий устилали ковры из люпинов и маков. Когда-то одна женщина объяснила мне, что, если добавить в букет несколько белых цветов, соседние цветы покажутся ярче, их краски станут определённее. У синего люпина каждый лепесток оторочен белым, и оттого поля люпинов — это такая синь, что невозможно себе представить. Среди этого синего моря брызгами рассыпались островки калифорнийских маков. Маки тоже обжигали глаз яростью: и не оранжевые, и не красные... такой цвет, наверно, был бы у сливок, снятых с чистого золота, будь оно жидкостью, наделённой свойствами молока.

   — К востоку от Эдема · книга
2. «

   Люди разучились верить в собственные силы и, когда вдруг надо рискнуть, предпочитают найти сильного, уверенного в себе человека и увязаться за ним по пятам, хотя, может быть, он идет совсем не в ту сторону.

   Люди разучились верить в собственные силы и, когда вдруг надо рискнуть, предпочитают найти сильного, уверенного в себе человека и увязаться за ним по пятам, хотя, может быть, он идет совсем не в ту сторону.

   — К востоку от Эдема · книга
3. «

   Постарайся понять одну простую вещь: что бы ни происходило, всё не так страшно и не так радостно, как кажется.

   Постарайся понять одну простую вещь: что бы ни происходило, всё не так страшно и не так радостно, как кажется.

   — К востоку от Эдема · книга
4. «

   Нет мощнее толчка к творению добра, чем угрызения совести.

   Нет мощнее толчка к творению добра, чем угрызения совести.

   — Ли · книга
5. «

   В наши дни институт публичных домов, похоже, отмирает. Ученые объясняют это различными причинами. Одни говорят, что смертельный удар борделям нанесло падение нравов среди девушек. Другие, вероятно, большие идеалисты, утверждают, что постепенное исчезновение борделей обусловлено усилившимся надзором полиции. В конце прошлого и начале нынешнего века публичные дома были субъективной реальностью, хотя открыто этот факт не обсуждался. Полагали, что существование борделей оберегает честь порядочных женщин. Холостые мужчины, дабы умерить свою сексуальную озабоченность, посещали публичные дома, что не мешало им в соответствии с общепринятыми нормами почитать в женщинах целомудрие и очарование. Как одно увязывалось с другим — загадка, но в нашем общественном мышлении загадок и без того достаточно.

   В наши дни институт публичных домов, похоже, отмирает. Ученые объясняют это различными причинами. Одни говорят, что смертельный удар борделям нанесло падение нравов среди девушек. Другие, вероятно, большие идеалисты, утверждают, что постепенное исчезновение борделей обусловлено усилившимся надзором полиции. В конце прошлого и начале нынешнего века публичные дома были субъективной реальностью, хотя открыто этот факт не обсуждался. Полагали, что существование борделей оберегает честь порядочных женщин. Холостые мужчины, дабы умерить свою сексуальную озабоченность, посещали публичные дома, что не мешало им в соответствии с общепринятыми нормами почитать в женщинах целомудрие и очарование. Как одно увязывалось с другим — загадка, но в нашем общественном мышлении загадок и без того достаточно.

   — К востоку от Эдема · книга
6. «

   Странное дело: иной человек войдёт и всю комнату заполнит своей бодростью, своим хорошим настроением. А другие... выпускают из вас, как воздух, и жизнелюбие и энергию и способны высосать до дна любое удовольствие без всякой радости для себя. Воздух сереет вокруг таких людей.

   Странное дело: иной человек войдёт и всю комнату заполнит своей бодростью, своим хорошим настроением. А другие... выпускают из вас, как воздух, и жизнелюбие и энергию и способны высосать до дна любое удовольствие без всякой радости для себя. Воздух сереет вокруг таких людей.

   — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
7. «

   И, по-моему, женская сила сильнее мужской, особенно когда в сердце у женщины любовь. Любящая женщина почти несокрушима.

   И, по-моему, женская сила сильнее мужской, особенно когда в сердце у женщины любовь. Любящая женщина почти несокрушима.

   — Ли · книга
8. «

   Если человеку некогда думать, значит, он не хочет думать, вот и все.

   Если человеку некогда думать, значит, он не хочет думать, вот и все.

   — Зима тревоги нашей · книга
9. «

   Думал я про духа святого и про Иисуса: «Зачем нам нужно сваливать всё на Бога и на Иисуса? Может, это мы людей любим? Может, дух святой — это человеческая душа и есть? Может, все люди вкупе и составляют одну великую душу, и частицу ее найдешь в каждом человеке?»

   Думал я про духа святого и про Иисуса: «Зачем нам нужно сваливать всё на Бога и на Иисуса? Может, это мы людей любим? Может, дух святой — это человеческая душа и есть? Может, все люди вкупе и составляют одну великую душу, и частицу ее найдешь в каждом человеке?»

   — Кэйси · книга
10. «

    Наша жизнь летит, когда мы не замечаем, и нестерпимо медленно тащится, когда следим за её ходом.

    Наша жизнь летит, когда мы не замечаем, и нестерпимо медленно тащится, когда следим за её ходом.

    — Самюэл · книга
11. «

    Грехи есть у всех. Что кажется нам грехом? То, в чем мы не чувствуем уверенности. А тех, кто во всем уверен и не знает за собой никаких грехов, — тех сволочей я, на месте бога, гнал бы пинком в зад из царства небесного. Видеть их не могу.

    Грехи есть у всех. Что кажется нам грехом? То, в чем мы не чувствуем уверенности. А тех, кто во всем уверен и не знает за собой никаких грехов, — тех сволочей я, на месте бога, гнал бы пинком в зад из царства небесного. Видеть их не могу.

    — Гроздья гнева · книга
12. «

    Люди бегут от того ужаса, который остался позади, и жизнь обходится с ними странно — иной раз с жестокостью, а иногда так хорошо, что вера в сердцах загорается снова и не угаснет никогда.

    Люди бегут от того ужаса, который остался позади, и жизнь обходится с ними странно — иной раз с жестокостью, а иногда так хорошо, что вера в сердцах загорается снова и не угаснет никогда.

    — Гроздья гнева · книга
13. «

    Я люблю ее, и это странно, ведь в ней все то, что мне ненавистно в других, но тем не менее я души в ней не чаю.

    Я люблю ее, и это странно, ведь в ней все то, что мне ненавистно в других, но тем не менее я души в ней не чаю.

    — Зима тревоги нашей · книга
14. «

    Почему я никак не могу выкарабкаться из серого мешка своей тоски?

    Почему я никак не могу выкарабкаться из серого мешка своей тоски?

    — Десси Гамильтон · книга
15. «

    «До свидания» звучит нежной грустью и надеждой. «Прощай» — коротко и безвозвратно, в этом слове слышен лязг зубов, достаточно острых, чтобы перекусить тонкую связку между прошлым и будущим.

    «До свидания» звучит нежной грустью и надеждой. «Прощай» — коротко и безвозвратно, в этом слове слышен лязг зубов, достаточно острых, чтобы перекусить тонкую связку между прошлым и будущим.

    — Зима тревоги нашей · книга
16. «

    Беда всяких там социологов в том, что они изучают народ как группу людей, а это совсем не так. Народ — это тот же самый зверь. И людского в нём не больше, чем в собаке.

    Беда всяких там социологов в том, что они изучают народ как группу людей, а это совсем не так. Народ — это тот же самый зверь. И людского в нём не больше, чем в собаке.

    — И проиграли бой · книга
17. «

    Человек силен не когда борется с Судьбой, а тогда, когда действует с ней в согласии: все силы можно употребить в одном направлении.

    Человек силен не когда борется с Судьбой, а тогда, когда действует с ней в согласии: все силы можно употребить в одном направлении.

    — Благостный четверг · книга
18. «

    Я уверен, что сильная женщина может быть сильнее мужчины, особенно если в ее сердце живет любовь. Думаю, любящая женщина непобедима.

    Я уверен, что сильная женщина может быть сильнее мужчины, особенно если в ее сердце живет любовь. Думаю, любящая женщина непобедима.
19. «

    Между мной и моим сыном есть жестокое различие, как я все чаще замечал последние годы. Он перебегает от одного горшка с холодной кашей к другому и в каждый сует палец, твердо веря, что вот тут-то и найдет яство своей мечты, я же не приподниму ни единой крышки, ибо твердо верю, что везде только каша, и всегда холодная.

    Между мной и моим сыном есть жестокое различие, как я все чаще замечал последние годы. Он перебегает от одного горшка с холодной кашей к другому и в каждый сует палец, твердо веря, что вот тут-то и найдет яство своей мечты, я же не приподниму ни единой крышки, ибо твердо верю, что везде только каша, и всегда холодная.

    — Золотая Чаша · книга
20. «

    — Что это за жизнь! Отбарабанил в банке — и податься некуда. И поговорить не с кем. — Жениться бы вам. — Тогда уж и вовсе не с кем говорить. — Может, вы и правы. — Еще бы не прав. Женатый, да особенно крепко женатый, — самый одинокий человек в мире.

    — Что это за жизнь! Отбарабанил в банке — и податься некуда. И поговорить не с кем. — Жениться бы вам. — Тогда уж и вовсе не с кем говорить. — Может, вы и правы. — Еще бы не прав. Женатый, да особенно крепко женатый, — самый одинокий человек в мире.

    — Итен Хоули · книга