280 цитат Джона Стейнбека — коротко и по делу

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 280 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Для ребенка ужасней всего чувство, что его не любят, страх, что он отвергнут, — это для ребенка ад. <...> Отверженность влечет за собой гнев, а гнев толкает к преступлению в отместку за отверженность, преступление же родит вину — и вот вся история человечества.

   Для ребенка ужасней всего чувство, что его не любят, страх, что он отвергнут, — это для ребенка ад. <...> Отверженность влечет за собой гнев, а гнев толкает к преступлению в отместку за отверженность, преступление же родит вину — и вот вся история человечества.

   — К востоку от Эдема · книга
2. «

   Болезнь — злейший враг бедняков, хуже которого только голод.

   Болезнь — злейший враг бедняков, хуже которого только голод.

   — О мышах и людях. Жемчужина · книга
3. «

   Бережливость — это статья дохода.

   Бережливость — это статья дохода.

   — К востоку от Эдема · книга
4. «

   Есть, как видно, три вещи, которым никто не верит. Не верят в правду, не верят в то, что вполне возможно, и в то, что вполне логично.

   Есть, как видно, три вещи, которым никто не верит. Не верят в правду, не верят в то, что вполне возможно, и в то, что вполне логично.

   — Зима тревоги нашей · книга
5. «

   В бедности её терзает зависть. В богатстве она, того и гляди, задерет нос. Деньги не излечивают болезни как таковой, а только изменяют её симптомы.

   В бедности её терзает зависть. В богатстве она, того и гляди, задерет нос. Деньги не излечивают болезни как таковой, а только изменяют её симптомы.

   — Итен Хоули · книга
6. «

   Совершая подлость или жестокость, человек причиняет себе боль, размышлял Адам, и потому должен кого-нибудь за эту боль наказать.

   Совершая подлость или жестокость, человек причиняет себе боль, размышлял Адам, и потому должен кого-нибудь за эту боль наказать.

   — Адам Траск · книга
7. «

   Те минуты, что проводишь за чашкой кофе, — это отдых во всех смыслах.

   Те минуты, что проводишь за чашкой кофе, — это отдых во всех смыслах.
8. «

   Голос Кейла звучал глухо, безразлично. — Я не выдержу. Ни за что не выдержу. Надо кончать... Я должен... Ли яростно схватил его за руку. — Щенок! Трус поганый!... Погляди вокруг себя. Сколько замечательного в жизни, а ты... Только попробуй, заикнись ещё раз... С чего ты взял, что твоё горе глубже моего?

   Голос Кейла звучал глухо, безразлично. — Я не выдержу. Ни за что не выдержу. Надо кончать... Я должен... Ли яростно схватил его за руку. — Щенок! Трус поганый!... Погляди вокруг себя. Сколько замечательного в жизни, а ты... Только попробуй, заикнись ещё раз... С чего ты взял, что твоё горе глубже моего?

   — Кейл Траск · книга
9. «

   Думал я про духа святого и про Иисуса: «Зачем нам нужно сваливать всё на Бога и на Иисуса? Может, это мы людей любим? Может, дух святой — это человеческая душа и есть? Может, все люди вкупе и составляют одну великую душу, и частицу ее найдешь в каждом человеке?»

   Думал я про духа святого и про Иисуса: «Зачем нам нужно сваливать всё на Бога и на Иисуса? Может, это мы людей любим? Может, дух святой — это человеческая душа и есть? Может, все люди вкупе и составляют одну великую душу, и частицу ее найдешь в каждом человеке?»

   — Кэйси · книга
10. «

    Никому не нужны советы, все ищут лишь одобрения.

    Никому не нужны советы, все ищут лишь одобрения.

    — Итен Аллен Хоули · книга
11. «

    Из всех Гамильтонов, если не считать Лизу, Оливия отличалась наибольшей цельностью натуры. Её религиозные воззрения представляли собой причудливую смесь: феи из ирландских сказок соседствовали в её теологической системе с ветхозаветным Иеговой, которого она в более поздние годы путала со своим отцом. Рай в представлении Оливии был уютным домом, который населяли её покойные родственники. Всё огорчительное в окружавшей её действительности Оливия попросту отметала, наотрез отказываясь верить, что такое существует, и когда её пытались переубедить, гневалась не на шутку. Как рассказывают, она однажды горько плакала, когда поняла, что не сможет одновременно плясать на двух балах. Один бал устраивали в Гринфилде, а другой, в ту же субботу, — за двадцать миль от Гринфилда, в Сан-Лукасе. <...> Она не желала верить, что такое невозможно, но была не в силах сокрушить этот огорчительный факт, а потому, рыдая от досады, не поехала ни в Гринфилд, ни в Сан-Лукас.

    Из всех Гамильтонов, если не считать Лизу, Оливия отличалась наибольшей цельностью натуры. Её религиозные воззрения представляли собой причудливую смесь: феи из ирландских сказок соседствовали в её теологической системе с ветхозаветным Иеговой, которого она в более поздние годы путала со своим отцом. Рай в представлении Оливии был уютным домом, который населяли её покойные родственники. Всё огорчительное в окружавшей её действительности Оливия попросту отметала, наотрез отказываясь верить, что такое существует, и когда её пытались переубедить, гневалась не на шутку. Как рассказывают, она однажды горько плакала, когда поняла, что не сможет одновременно плясать на двух балах. Один бал устраивали в Гринфилде, а другой, в ту же субботу, — за двадцать миль от Гринфилда, в Сан-Лукасе. <...> Она не желала верить, что такое невозможно, но была не в силах сокрушить этот огорчительный факт, а потому, рыдая от досады, не поехала ни в Гринфилд, ни в Сан-Лукас.

    — К востоку от Эдема · книга
12. «

    Что за клубок противоречивых побуждений человек — все равно, мужчина или женщина.

    Что за клубок противоречивых побуждений человек — все равно, мужчина или женщина.

    — Зима тревоги нашей · книга
13. «

    Доктор никогда не посещал плетеные хижины бедняков. Да и зачем, когда в городе больных больше чем достаточно — больных-богачей в домах из камня и штукатурки.

    Доктор никогда не посещал плетеные хижины бедняков. Да и зачем, когда в городе больных больше чем достаточно — больных-богачей в домах из камня и штукатурки.

    — О мышах и людях. Жемчужина · книга
14. «

    По опыту он знал, что только себялюбцы не опасны. Их легко приручить: они играют по правилам, все их поступки можно вычислить. А вот если у человека теплится в душе любовь к ближнему, так и жди от него неприятных неожиданностей...

    По опыту он знал, что только себялюбцы не опасны. Их легко приручить: они играют по правилам, все их поступки можно вычислить. А вот если у человека теплится в душе любовь к ближнему, так и жди от него неприятных неожиданностей...

    — Благостный четверг · книга
15. «

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    — Квартал Тортилья-Флэт · книга
16. «

    Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

    Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

    — Дэнни · книга
17. «

    А добрым быть ума не надо. И даже наоборот, мне иной раз думается: взять по-настоящему умного человека — такой редко окажется добрым.

    А добрым быть ума не надо. И даже наоборот, мне иной раз думается: взять по-настоящему умного человека — такой редко окажется добрым.

    — О мышах и людях · книга
18. «

    Если бы человечество никогда не дразнило судьбу, то до сих пор бы сидело на деревьях.

    Если бы человечество никогда не дразнило судьбу, то до сих пор бы сидело на деревьях.

    — Самюэль Гамильтон · книга
19. «

    Потребность рождает идею, идея рождает действие.

    Потребность рождает идею, идея рождает действие.

    — Гроздья гнева · книга
20. «

    Однажды начатый, процесс уже не прекращается.

    Однажды начатый, процесс уже не прекращается.

    — О мышах и людях. Жемчужина · книга