59 мыслей Джорджа Оруэлла без воды

Подборка из 59 цитат Джорджа Оруэлла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Здравый рассудок – понятие не статистическое.

   Здравый рассудок – понятие не статистическое.

   — Уинстон Смит · книга
2. «

   Людей не интересуют ничьи интересы, кроме их собственных.

   Людей не интересуют ничьи интересы, кроме их собственных.

   — Скотный двор · книга
3. «

   Когда-нибудь они решат его расстрелять. Неизвестно, когда это случится, но за несколько секунд, наверное, угадать можно. Стреляют сзади, когда идешь по коридору. Десяти секунд хватит. За это время внутренний мир может перевернуться. И тогда, внезапно, не сказав ни слова, не сбившись с шага, не изменившись в лице, внезапно он сбросит маскировку — и грянут батареи его ненависти! Ненависть наполнит его словно исполинское ревущее пламя. И почти в тот же миг — выстрел! — слишком поздно или слишком рано. Они разнесут ему мозг раньше, чем выправят. Еретическая мысль, ненаказанная, нераскаянная, станет недосягаемой для них навеки. Они прострелят дыру в своем идеале. Умереть, ненавидя их, — это и есть свобода.

   Когда-нибудь они решат его расстрелять. Неизвестно, когда это случится, но за несколько секунд, наверное, угадать можно. Стреляют сзади, когда идешь по коридору. Десяти секунд хватит. За это время внутренний мир может перевернуться. И тогда, внезапно, не сказав ни слова, не сбившись с шага, не изменившись в лице, внезапно он сбросит маскировку — и грянут батареи его ненависти! Ненависть наполнит его словно исполинское ревущее пламя. И почти в тот же миг — выстрел! — слишком поздно или слишком рано. Они разнесут ему мозг раньше, чем выправят. Еретическая мысль, ненаказанная, нераскаянная, станет недосягаемой для них навеки. Они прострелят дыру в своем идеале. Умереть, ненавидя их, — это и есть свобода.

   — 1984 · книга
4. «

   — Сколько я показываю пальцев, Уинстон? — Четыре. — А если партия говорит, что их не четыре, а пять, — тогда сколько?

   — Сколько я показываю пальцев, Уинстон? — Четыре. — А если партия говорит, что их не четыре, а пять, — тогда сколько?

   — 1984 · книга
5. «

   Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются – безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.

   Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются – безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.

   — Эммануэль Голдстейн · книга
6. «

   В завоевание мира больше всех верят те, кто знает, что оно невозможно.

   В завоевание мира больше всех верят те, кто знает, что оно невозможно.

   — 1984 · книга
7. «

   Ересь из ересей — здравый смысл. И ужасно не то, что тебя убьют за противоположное мнение, а то, что они, может быть, правы. В самом деле, откуда мы знаем, что дважды два — четыре? Или что существует сила тяжести? Или что прошлое нельзя изменить? Если и прошлое и внешний мир существуют только в сознании, а сознанием можно управлять — тогда что?

   Ересь из ересей — здравый смысл. И ужасно не то, что тебя убьют за противоположное мнение, а то, что они, может быть, правы. В самом деле, откуда мы знаем, что дважды два — четыре? Или что существует сила тяжести? Или что прошлое нельзя изменить? Если и прошлое и внешний мир существуют только в сознании, а сознанием можно управлять — тогда что?

   — Уинстон Смит · книга
8. «

   Тому, кто правит и намерен править дальше, необходимо умение искажать чувство реальности.

   Тому, кто правит и намерен править дальше, необходимо умение искажать чувство реальности.

   — 1984 · книга
9. «

   Суть олигархического правления не в наследной передаче от отца к сыну, а в стойкости определенного мировоззрения и образа жизни, диктуемых мертвыми живым. Правящая группа – до тех пор правящая группа, пока она в состоянии назначать наследников. Партия озабочена не тем, чтобы увековечить свою кровь, а тем, чтобы увековечить себя. Кто облечен властью – не важно, лишь бы иерархический строй сохранялся неизменным.

   Суть олигархического правления не в наследной передаче от отца к сыну, а в стойкости определенного мировоззрения и образа жизни, диктуемых мертвыми живым. Правящая группа – до тех пор правящая группа, пока она в состоянии назначать наследников. Партия озабочена не тем, чтобы увековечить свою кровь, а тем, чтобы увековечить себя. Кто облечен властью – не важно, лишь бы иерархический строй сохранялся неизменным.

   — Эммануэль Голдстейн · книга
10. «

    Коснуться пером бумаги – бесповоротный шаг.

    Коснуться пером бумаги – бесповоротный шаг.

    — 1984 · книга
11. «

    Я понимаю КАК; не понимаю ЗАЧЕМ.

    Я понимаю КАК; не понимаю ЗАЧЕМ.

    — 1984 · книга
12. «

    Мы встретимся там, где нет темноты...

    Мы встретимся там, где нет темноты...

    — 1984 · книга
13. «

    Самая страшная пощечина – та, на которую у тебя нет возможности ответить.

    Самая страшная пощечина – та, на которую у тебя нет возможности ответить.

    — Да здравствует фикус! · книга
14. «

    Он был один. Прошлое умерло, будущее нельзя вообразить. Есть ли какая-нибудь уверенность, что хоть один человек из живых — на его стороне? И как узнать, что владычество партии не будет вечным? И ответом встали перед его глазами три лозунга на белом фасаде министерства правды: ВОЙНА — ЭТО МИР СВОБОДА — ЭТО РАБСТВО НЕЗНАНИЕ — СИЛА Он вынул из кармана двадцатипятицентовую монету. И здесь мелкими четкими буквами те же лозунги, а на оборотной стороне — голова Старшего Брата. Даже с монеты преследовал тебя его взгляд. На монетах, на марках, на книжных обложках, на знаменах, плакатах, на сигаретных пачках — повсюду. Всюду тебя преследуют эти глаза и обволакивает голос. Во сне и наяву, на работе и за едой, на улице и дома, в ванной, в постели — нет спасения. Нет ничего твоего, кроме нескольких кубических сантиметров в черепе.

    Он был один. Прошлое умерло, будущее нельзя вообразить. Есть ли какая-нибудь уверенность, что хоть один человек из живых — на его стороне? И как узнать, что владычество партии не будет вечным? И ответом встали перед его глазами три лозунга на белом фасаде министерства правды: ВОЙНА — ЭТО МИР СВОБОДА — ЭТО РАБСТВО НЕЗНАНИЕ — СИЛА Он вынул из кармана двадцатипятицентовую монету. И здесь мелкими четкими буквами те же лозунги, а на оборотной стороне — голова Старшего Брата. Даже с монеты преследовал тебя его взгляд. На монетах, на марках, на книжных обложках, на знаменах, плакатах, на сигаретных пачках — повсюду. Всюду тебя преследуют эти глаза и обволакивает голос. Во сне и наяву, на работе и за едой, на улице и дома, в ванной, в постели — нет спасения. Нет ничего твоего, кроме нескольких кубических сантиметров в черепе.

    — 1984 · книга
15. «

    Войну ведёт правящая группа против своих подданных, и цель войны — не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй.

    Войну ведёт правящая группа против своих подданных, и цель войны — не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй.

    — 1984 · книга
16. «

    Все животные равны, но некоторые животные равнее других.

    Все животные равны, но некоторые животные равнее других.

    — Скотный двор · книга
17. «

    Он был похож на себя прежнего, но это был другой человек.

    Он был похож на себя прежнего, но это был другой человек.

    — 1984 · книга
18. «

    Абсолютно белое, как и абсолютно черное, кажется каким-то дефектом зрения.

    Абсолютно белое, как и абсолютно черное, кажется каким-то дефектом зрения.
19. «

    Ни за что, ни за что на свете ты не захочешь, чтобы усилилась боль. От боли хочешь только одного: чтобы она кончилась. Нет ничего хуже в жизни, чем физическая боль. Перед лицом боли нет героев, нет героев, снова и снова повторял он про себя и корчился на полу, держась за отбитый левый локоть.

    Ни за что, ни за что на свете ты не захочешь, чтобы усилилась боль. От боли хочешь только одного: чтобы она кончилась. Нет ничего хуже в жизни, чем физическая боль. Перед лицом боли нет героев, нет героев, снова и снова повторял он про себя и корчился на полу, держась за отбитый левый локоть.

    — Уинстон Смит · книга
20. «

    Умный тот, кто нарушает правила и всё-таки остаётся жив.

    Умный тот, кто нарушает правила и всё-таки остаётся жив.

    — 1984 · книга