Джордж Р.Р. Мартин — 359 цитат с глубоким смыслом

Подборка из 359 цитат Джорджа Р.Р. Мартина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   От беспокойства ещё никто не умирал, а вот бесшабашность — дело иное. Мы посеяли семена — дай им прорасти.

   От беспокойства ещё никто не умирал, а вот бесшабашность — дело иное. Мы посеяли семена — дай им прорасти.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   Чтобы командовать людьми, ты должен их знать.

   Чтобы командовать людьми, ты должен их знать.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   Тот, кто берётся играть в престолы, или погибает, или побеждает.

   Тот, кто берётся играть в престолы, или погибает, или побеждает.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   Все те, кто изучает высшие тайны, сами рано или поздно пробуют чародействовать. Я тоже, должен сознаться, поддался искушению. Что поделаешь, я тогда был мальчишкой, а какой юнец не мечтает втайне открыть в себе неведомую ранее силу?

   Все те, кто изучает высшие тайны, сами рано или поздно пробуют чародействовать. Я тоже, должен сознаться, поддался искушению. Что поделаешь, я тогда был мальчишкой, а какой юнец не мечтает втайне открыть в себе неведомую ранее силу?

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Роберт был не из тех, кто оставляет поле боя, пока враг стоит на ногах.

   Роберт был не из тех, кто оставляет поле боя, пока враг стоит на ногах.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Человек, который сражается из-за денег, верен лишь собственному кошельку.

   Человек, который сражается из-за денег, верен лишь собственному кошельку.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   — Итак, теперь мы даруем титулы даже убийцам. Мизинец пожал плечами: — Титул — вещь дешевая.

   — Итак, теперь мы даруем титулы даже убийцам. Мизинец пожал плечами: — Титул — вещь дешевая.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Бран, любивший смеяться, лазать, мечтавший о рыцарстве. Все теперь пропало, она никогда не услышит его смеха. С рыданиями она высвободила свою руку и прикрыла уши, чтобы не слышать этого жуткого воя. — Пусть они умолкнут, — всхлипнула ока. — Я не могу терпеть этого, пусть они умолкнут, угомони их, убей их всех, если иначе нельзя, но пусть они умолкнут. Она не помнила, как упала на пол, но, очнувшись, ощутила, как Робб поднимает ее своими сильными руками. — Не бойся, мать. Они не причинят Брану вреда. — Он подвел ее к узкой постели в уголке комнаты и сказал: — Закрой глаза, отдохни. Мейстер Лювин говорил, что ты почти не спала после падения Брана. — Я не могу заснуть, — пробормотала Кейтилин сквозь слезы. — Пусть простят меня боги, Робб, я не могу заснуть. Что будет, если он умрет, когда я засну, что будет, если он умрет, что будет, если он умрет… — Волки все еще выли. Вскрикнув, она вновь прикрыла уши. — О боги, закрой же окно!

   Бран, любивший смеяться, лазать, мечтавший о рыцарстве. Все теперь пропало, она никогда не услышит его смеха. С рыданиями она высвободила свою руку и прикрыла уши, чтобы не слышать этого жуткого воя. — Пусть они умолкнут, — всхлипнула ока. — Я не могу терпеть этого, пусть они умолкнут, угомони их, убей их всех, если иначе нельзя, но пусть они умолкнут. Она не помнила, как упала на пол, но, очнувшись, ощутила, как Робб поднимает ее своими сильными руками. — Не бойся, мать. Они не причинят Брану вреда. — Он подвел ее к узкой постели в уголке комнаты и сказал: — Закрой глаза, отдохни. Мейстер Лювин говорил, что ты почти не спала после падения Брана. — Я не могу заснуть, — пробормотала Кейтилин сквозь слезы. — Пусть простят меня боги, Робб, я не могу заснуть. Что будет, если он умрет, когда я засну, что будет, если он умрет, что будет, если он умрет… — Волки все еще выли. Вскрикнув, она вновь прикрыла уши. — О боги, закрой же окно!

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Все мы выполняем свой долг, когда это ничего нам не стоит. Как легко кажется тогда следовать тропою чести! Однако рано или поздно в жизни каждого человека наступает день, когда не знаешь, как поступить, когда приходится выбирать.

   Все мы выполняем свой долг, когда это ничего нам не стоит. Как легко кажется тогда следовать тропою чести! Однако рано или поздно в жизни каждого человека наступает день, когда не знаешь, как поступить, когда приходится выбирать.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    ... музыка вообще создана для девиц, и он не мог понять, почему здоровому парню приходит в голову возиться с арфой, когда ему лучше взяться за меч.

    ... музыка вообще создана для девиц, и он не мог понять, почему здоровому парню приходит в голову возиться с арфой, когда ему лучше взяться за меч.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    — Я не испытываю, ненависти к Сансе… настоящей. — Это была лишь половина лжи. — Я не хочу пугать тебя, но и лгать тоже не следует. Мы оказались в мрачном и опасном месте, дитя мое. Это не Винтерфелл. У нас есть враги, которые готовы причинить нам зло. Мы не можем затевать войну между собой. Твое своенравие, побег, сердитые речи, неповиновение — все это уместно дома. Летние игры ребенка. Здесь — в преддверии зимы — они смотрятся по-другому. Пора взрослеть. — Я вырасту, — пообещала Арья. Она никогда не любила отца так сильно, как в это мгновение. — Я умею быть сильной, я могу быть сильной, как Робб.

    — Я не испытываю, ненависти к Сансе… настоящей. — Это была лишь половина лжи. — Я не хочу пугать тебя, но и лгать тоже не следует. Мы оказались в мрачном и опасном месте, дитя мое. Это не Винтерфелл. У нас есть враги, которые готовы причинить нам зло. Мы не можем затевать войну между собой. Твое своенравие, побег, сердитые речи, неповиновение — все это уместно дома. Летние игры ребенка. Здесь — в преддверии зимы — они смотрятся по-другому. Пора взрослеть. — Я вырасту, — пообещала Арья. Она никогда не любила отца так сильно, как в это мгновение. — Я умею быть сильной, я могу быть сильной, как Робб.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Если я порой принимаю пророчество за предостережение, а предостережение за пророчество, вина лежит на чтице, а не на книге.

    Если я порой принимаю пророчество за предостережение, а предостережение за пророчество, вина лежит на чтице, а не на книге.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    Если друзья могут стать врагами, то и враги способны превратиться в друзей.

    Если друзья могут стать врагами, то и враги способны превратиться в друзей.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    Одним перед боем требуются шлюхи, другим — боги, и неизвестно, кому из них потом будет лучше.

    Одним перед боем требуются шлюхи, другим — боги, и неизвестно, кому из них потом будет лучше.

    — Джордж Мартин · книга
15. «

    Либо женщина, либо нож — и то и другое мужчина иметь не может. <...> И землёй человек владеть не может, как и не может владеть морем или небом.

    Либо женщина, либо нож — и то и другое мужчина иметь не может. <...> И землёй человек владеть не может, как и не может владеть морем или небом.

    — Джордж Мартин · книга
16. «

    — У тебя смелый язык, человечек. Однажды кто-нибудь захочет отрезать его и затолкать тебе в глотку. — Это мне все пророчат.

    — У тебя смелый язык, человечек. Однажды кто-нибудь захочет отрезать его и затолкать тебе в глотку. — Это мне все пророчат.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.

    Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.

    — Джордж Мартин · книга
18. «

    — Ты мне поможешь освободить их. — Это каким же манером? — Ты мог бы выбить дверь своим молотом... — А стража будет смотреть и биться об заклад, с какого удара я её высажу?

    — Ты мне поможешь освободить их. — Это каким же манером? — Ты мог бы выбить дверь своим молотом... — А стража будет смотреть и биться об заклад, с какого удара я её высажу?

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    Смерть окончательна и подводит жуткий итог, в то время как жизнь полна неисчислимых возможностей.

    Смерть окончательна и подводит жуткий итог, в то время как жизнь полна неисчислимых возможностей.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    — Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип. — Неправда! — возмутился Гренн.

    — Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип. — Неправда! — возмутился Гренн.

    — Джордж Мартин · книга