Топ-216 цитат Эдгара Аллана По

Ниже 216 цитат Эдгара Аллана По — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мы скоро почувствовали, к чему ведет пресловутая свобода, бесконечные речи, радикализм и тому подобные шутки. Людям, которые являлись нашими лучшими клиентами, теперь некогда было и подумать о нас, грешных. Они только и знали, что читать о революциях, следить за успехами человеческой мысли и приспосабливаться к духу времени.

   Мы скоро почувствовали, к чему ведет пресловутая свобода, бесконечные речи, радикализм и тому подобные шутки. Людям, которые являлись нашими лучшими клиентами, теперь некогда было и подумать о нас, грешных. Они только и знали, что читать о революциях, следить за успехами человеческой мысли и приспосабливаться к духу времени.

   — Ганс Пфааль · книга
2. «

   Реальная жизнь, как она есть, стала казаться мне видением и не более как видением, зато безумнейшие фантазии теперь не только составляли смысл каждодневного моего бытия, а стали для меня поистине самим бытием, единственным и непреложным.

   Реальная жизнь, как она есть, стала казаться мне видением и не более как видением, зато безумнейшие фантазии теперь не только составляли смысл каждодневного моего бытия, а стали для меня поистине самим бытием, единственным и непреложным.

   — Береника · книга
3. «

   Чтобы правильно оценить то влияние, которое может иметь на человечество всеобщая и подлинная демократия, необходимо учесть, насколько удалена от нас та эпоха, в которую это возможно осуществить.

   Чтобы правильно оценить то влияние, которое может иметь на человечество всеобщая и подлинная демократия, необходимо учесть, насколько удалена от нас та эпоха, в которую это возможно осуществить.

   — Хозяин · книга
4. «

   Из гения, например, никогда не получится делец, как из жида не получится благотворитель или из сосновой шишки — мускатный орех.

   Из гения, например, никогда не получится делец, как из жида не получится благотворитель или из сосновой шишки — мускатный орех.

   — Делец · книга
5. «

   Порядок и система приложимы только к вещам самым обыкновенным. Какой смысл может быть заключен в выражении «порядок шалопайства» или, например, «система прихотей»?

   Порядок и система приложимы только к вещам самым обыкновенным. Какой смысл может быть заключен в выражении «порядок шалопайства» или, например, «система прихотей»?

   — Питер Профит · книга
6. «

   Если бы наш образ жизни стал известен миру, нас сочли бы маньяками, хоть и безобидными маньяками. Наше уединение было полным. Мы никого не хотели видеть.

   Если бы наш образ жизни стал известен миру, нас сочли бы маньяками, хоть и безобидными маньяками. Наше уединение было полным. Мы никого не хотели видеть.

   — Убийство на улице Морг · книга
7. «

   Надувательство, если рассмотреть его в правильном свете, есть понятиее сложное, его составными частями являются: малый размах, корысть, упорство, выдумка, отвага. дерзость, невозмутимость. оригинальность, нахальство и ухмылка.

   Надувательство, если рассмотреть его в правильном свете, есть понятиее сложное, его составными частями являются: малый размах, корысть, упорство, выдумка, отвага. дерзость, невозмутимость. оригинальность, нахальство и ухмылка.

   — Надувательство как точная наука · книга
8. «

   Моя нынешняя фамилия — весьма распространенная и довольно-таки плебейская — Симпсон. Имя мое — Наполеон Бонапарт.

   Моя нынешняя фамилия — весьма распространенная и довольно-таки плебейская — Симпсон. Имя мое — Наполеон Бонапарт.

   — Наполеон Симпсон · книга
9. «

   Одна крайность влечёт за собой другую.

   Одна крайность влечёт за собой другую.

   — Не закладывай чёрту своей головы · книга
10. «

    Большинство людей считает мудрецом только того, кто высказывает предположение, идущее вразрез с принятыми представлениями.

    Большинство людей считает мудрецом только того, кто высказывает предположение, идущее вразрез с принятыми представлениями.

    — Тайна Мари Роже · книга
11. «

    Ибо размышлять есть счастье, ибо грезить есть счастье.

    Ибо размышлять есть счастье, ибо грезить есть счастье.

    — Морелла · книга
12. «

    ... Я чувствую, что в моем уме возникают вспышки смутных ощущений, говорящих мне о знакомых вещах, и с этими неявственными тенями прошлого всегда смешиваются необъяснимые воспоминания о древних чужеземных летописях и давнопрошедших веках.

    ... Я чувствую, что в моем уме возникают вспышки смутных ощущений, говорящих мне о знакомых вещах, и с этими неявственными тенями прошлого всегда смешиваются необъяснимые воспоминания о древних чужеземных летописях и давнопрошедших веках.

    — Манускрипт, найденный в бутылке · книга
13. «

    Быть может, думал я, то, что я ищу, скрывается где-нибудь в темном углу, в чулане, или притаилось на дне какого-нибудь ящика. Может быть, оно имеет газообразную или даже осязаемую форму. Большинство философов до сих пор придерживается весьма нефилософских воззрений на многие вопросы философии. Однако Вильям Годвин в своем «Мандевиле» говорит, что «невидимое – единственная реальность».

    Быть может, думал я, то, что я ищу, скрывается где-нибудь в темном углу, в чулане, или притаилось на дне какого-нибудь ящика. Может быть, оно имеет газообразную или даже осязаемую форму. Большинство философов до сих пор придерживается весьма нефилософских воззрений на многие вопросы философии. Однако Вильям Годвин в своем «Мандевиле» говорит, что «невидимое – единственная реальность».

    — Без дыхания · книга
14. «

    Тот, кто не падал в обморок, никогда не различит диковинных дворцов и странно знакомых лиц в догорающих угольях; не увидит парящих в вышине печальных видений, которых не замечают другие, не призадумается над запахом неизвестного цветка, не удивится вдруг музыкальному ритму, никогда прежде не останавливавшему его внимания.

    Тот, кто не падал в обморок, никогда не различит диковинных дворцов и странно знакомых лиц в догорающих угольях; не увидит парящих в вышине печальных видений, которых не замечают другие, не призадумается над запахом неизвестного цветка, не удивится вдруг музыкальному ритму, никогда прежде не останавливавшему его внимания.

    — Колодец и маятник · книга
15. «

    ... Не знаю почему, но именно это выражение глаз, а иногда и губ — самая сильная, если не единственная черта, способная вызвать у меня интерес к женщине. «Возвышенность», — если мои читатели вполне понимают, что я хотел бы выразить этим словом — «возвышенность» и «женственность» кажутся мне обратимыми терминами; и, в конце концов, то, что мужчина по-настоящему любит в женщине — просто-напросто ее женственность.

    ... Не знаю почему, но именно это выражение глаз, а иногда и губ — самая сильная, если не единственная черта, способная вызвать у меня интерес к женщине. «Возвышенность», — если мои читатели вполне понимают, что я хотел бы выразить этим словом — «возвышенность» и «женственность» кажутся мне обратимыми терминами; и, в конце концов, то, что мужчина по-настоящему любит в женщине — просто-напросто ее женственность.

    — Домик Лэндора · книга
16. «

    Egli e vivo е parlerebbe se non osservasse la regola del Silenzio.

    Egli e vivo е parlerebbe se non osservasse la regola del Silenzio.

    — В смерти - жизнь · книга
17. «

    То была бурная, но странно прекрасная ночь, ее суровая и грозная красота ошеломила меня. Должно быть где-то по соседству рождался и набирал силы ураган, ибо направление ветра то и дело резко менялось; необычайно плотные, тяжелые тучи нависли совсем низко, задевая башни замка, и видно было, что они со страшной быстротой мчатся со всех сторон, сталкиваются, — и не уносятся прочь.

    То была бурная, но странно прекрасная ночь, ее суровая и грозная красота ошеломила меня. Должно быть где-то по соседству рождался и набирал силы ураган, ибо направление ветра то и дело резко менялось; необычайно плотные, тяжелые тучи нависли совсем низко, задевая башни замка, и видно было, что они со страшной быстротой мчатся со всех сторон, сталкиваются, — и не уносятся прочь.

    — Падение дома Ашеров · книга
18. «

    Толстеют ли люди от шуток, или сама толщина располагает к шутке – этого я никогда не мог узнать доподлинно, но, во всяком случае, худощавый шутник – rara avis in terris.

    Толстеют ли люди от шуток, или сама толщина располагает к шутке – этого я никогда не мог узнать доподлинно, но, во всяком случае, худощавый шутник – rara avis in terris.

    — Лягушонок · книга
19. «

    При сохранении особой формы, душа остается неприкосновенной.

    При сохранении особой формы, душа остается неприкосновенной.

    — Раймунд Лулий · книга
20. «

    Надуватель оригинален, иначе ему совесть не позволяет. Мысли у него — собственные. Чужих ему не надо. Устаревшие приемы он презирает. Надувала нахален. Он ходит вразвалку. Ставит руки в боки. Держит кулаки в карманах. Хохочет вам в лицо. Наступает вам на мозоли. Он ест ваш обед, пьет ваше вино, занимает у вас деньги, оставляет вас с носом, пинает вашу собачку и целует вашу жену.

    Надуватель оригинален, иначе ему совесть не позволяет. Мысли у него — собственные. Чужих ему не надо. Устаревшие приемы он презирает. Надувала нахален. Он ходит вразвалку. Ставит руки в боки. Держит кулаки в карманах. Хохочет вам в лицо. Наступает вам на мозоли. Он ест ваш обед, пьет ваше вино, занимает у вас деньги, оставляет вас с носом, пинает вашу собачку и целует вашу жену.

    — Надувательство как точная наука · книга