136 цитат Элифа Шафака, ставших крылатыми

Ниже 136 цитат Элифа Шафака — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Как ни удивительно, открытие, сделанное нынешним вечером, ни капельки не настроило меня против мамы. У меня имелось много других поводов сердиться на неё — значительных и ерундовых. Но теперь, когда я узнала, что у неё есть свой собственный мир или, по крайней мере, она пытается этот мир создать, я вовсе не чувствовала себя уязвлённой или обиженной. Напротив, у меня возникло желание её защитить. Теперь она казалась мне улиткой, ползущей рядом с прожорливыми лягушками.

   Как ни удивительно, открытие, сделанное нынешним вечером, ни капельки не настроило меня против мамы. У меня имелось много других поводов сердиться на неё — значительных и ерундовых. Но теперь, когда я узнала, что у неё есть свой собственный мир или, по крайней мере, она пытается этот мир создать, я вовсе не чувствовала себя уязвлённой или обиженной. Напротив, у меня возникло желание её защитить. Теперь она казалась мне улиткой, ползущей рядом с прожорливыми лягушками.

   — Эсма · книга
2. «

   У этого безразличия был собственный ритм. Оно накатывало и снова отпускало, а с ним и настроение скакало из крайности в крайность, из жара в холод, туда-сюда, как маятник.

   У этого безразличия был собственный ритм. Оно накатывало и снова отпускало, а с ним и настроение скакало из крайности в крайность, из жара в холод, туда-сюда, как маятник.

   — Стамбульский бастард · книга
3. «

   В разных культурах появляются похожие обычаи и мелодии, и это до странности обнадёживает, как и тот факт, что во всём мире в моменты тягот мы покачиваем в объятиях дорогих нам людей.

   В разных культурах появляются похожие обычаи и мелодии, и это до странности обнадёживает, как и тот факт, что во всём мире в моменты тягот мы покачиваем в объятиях дорогих нам людей.

   — 10 минут 38 секунд в этом странном мире · книга
4. «

   Красота заменяет девушке приданное.

   Красота заменяет девушке приданное.

   — Честь · книга
5. «

   Ненависть — это клетка, в которой томятся человеческие дарования. Сломай клетку, и твой дар воспарит к небу, как птица.

   Ненависть — это клетка, в которой томятся человеческие дарования. Сломай клетку, и твой дар воспарит к небу, как птица.

   — Синан · книга
6. «

   Эдим затаил дыхание, прислушиваясь. Как он хотел знать, что ей снится. Её тело лежало в постели рядом с ним, а душа разгуливала неизвестно где с другим мужчиной. Может быть, с тем, кого она когда-то любила. Эдим даже не знал, что хуже: сознавать, что эта женщина ни разу не была влюблена, потому что не способна открыть своё сердце, или выяснить, что её единственная страстная любовь осталась в прошлом и больше никто не возбудит в ней такое же сильное чувство.

   Эдим затаил дыхание, прислушиваясь. Как он хотел знать, что ей снится. Её тело лежало в постели рядом с ним, а душа разгуливала неизвестно где с другим мужчиной. Может быть, с тем, кого она когда-то любила. Эдим даже не знал, что хуже: сознавать, что эта женщина ни разу не была влюблена, потому что не способна открыть своё сердце, или выяснить, что её единственная страстная любовь осталась в прошлом и больше никто не возбудит в ней такое же сильное чувство.

   — Честь · книга
7. «

   Мы не можем любить свой палец больше другого. Так и с детьми. Мы не можем отдавать предпочтение кому-то из них.

   Мы не можем любить свой палец больше другого. Так и с детьми. Мы не можем отдавать предпочтение кому-то из них.

   — Честь · книга
8. «

   Мама часто говорила, что предчувствия – это шепот Аллаха в темном лесу. Время от времени Он предостерегает нас, учит быть осмотрительными, не заводить ненужных знакомств, не открывать ненужных дверей. Но мы не обращаем на это внимания.

   Мама часто говорила, что предчувствия – это шепот Аллаха в темном лесу. Время от времени Он предостерегает нас, учит быть осмотрительными, не заводить ненужных знакомств, не открывать ненужных дверей. Но мы не обращаем на это внимания.

   — Искендер Топрак · книга
9. «

   Для того, кто влюблён и кто находится в самом его центре, мир перестаёт быть прежним, с этого момента земной шар начинает вертеться быстрее.

   Для того, кто влюблён и кто находится в самом его центре, мир перестаёт быть прежним, с этого момента земной шар начинает вертеться быстрее.

   — 10 минут 38 секунд в этом странном мире · книга
10. «

    Мы снова остаемся одни. Зизхан таращится на меня как на великое чудо. – Почему он такой злой на тебя? – спрашивает он. – Потому что он крыса, которая притворяется человеком. Зизхан хохочет, словно это лучшая шутка, которую он слышал в своей жизни. – Человек-крыса, – повторяет он. – Здорово! Он погружается в задумчивость и после изрекает: – Еще бывать человек-рыба, человек-птица, человек-змея, человек-слон. В этом мире мало человеческих людей.

    Мы снова остаемся одни. Зизхан таращится на меня как на великое чудо. – Почему он такой злой на тебя? – спрашивает он. – Потому что он крыса, которая притворяется человеком. Зизхан хохочет, словно это лучшая шутка, которую он слышал в своей жизни. – Человек-крыса, – повторяет он. – Здорово! Он погружается в задумчивость и после изрекает: – Еще бывать человек-рыба, человек-птица, человек-змея, человек-слон. В этом мире мало человеческих людей.

    — Искендер · книга
11. «

    Если более трёх человек спят в достаточно тесном пространстве, они рано или поздно начинают дышать в одном ритме. Возможно, таким образом Бог даёт людям знать, что они в состоянии достичь согласия друг с другом и прекратить все споры и раздоры, сотрясающие этот мир.

    Если более трёх человек спят в достаточно тесном пространстве, они рано или поздно начинают дышать в одном ритме. Возможно, таким образом Бог даёт людям знать, что они в состоянии достичь согласия друг с другом и прекратить все споры и раздоры, сотрясающие этот мир.

    — Эдим Топрак · книга
12. «

    Не будь одной из тех презренных душ, что не заслужили ни упрека, ни похвалы.

    Не будь одной из тех презренных душ, что не заслужили ни упрека, ни похвалы.

    — Ученик архитектора · книга
13. «

    Если оплакивать все горести этого мира, то в конце концов можно остаться без глаз.

    Если оплакивать все горести этого мира, то в конце концов можно остаться без глаз.

    — Мерьем · книга
14. «

    Мы ведь никогда не задумываемся над тем, какое воздействие наши войны и конфликты оказывают на животных. А они страдают точно так же, как мы.

    Мы ведь никогда не задумываемся над тем, какое воздействие наши войны и конфликты оказывают на животных. А они страдают точно так же, как мы.

    — Остров пропавших деревьев · книга
15. «

    Вероятно, все боятся смерти, но гораздо больше это делают те, кто всю жизнь притворялся и исполнял какой-то долг, кто всецело подчинялся нуждам и требованиям других людей.

    Вероятно, все боятся смерти, но гораздо больше это делают те, кто всю жизнь притворялся и исполнял какой-то долг, кто всецело подчинялся нуждам и требованиям других людей.

    — 10 минут 38 секунд в этом странном мире · книга
16. «

    Роженица знает, что нет рождения без боли, мать без боли не может подарить жизнь своему дитяти. Точно так же необходимы трудности, когда рождается другое «я». Глине, чтобы закалиться, надо пройти через огонь. Любви, чтобы стать совершеннее, надо пройти через боль.

    Роженица знает, что нет рождения без боли, мать без боли не может подарить жизнь своему дитяти. Точно так же необходимы трудности, когда рождается другое «я». Глине, чтобы закалиться, надо пройти через огонь. Любви, чтобы стать совершеннее, надо пройти через боль.

    — Шамс Тебризи · книга
17. «

    Правда — жидкость едкая и непредсказуемая. Она может проесть дыры в бастионе повседневности, разрушая все системы принципов.

    Правда — жидкость едкая и непредсказуемая. Она может проесть дыры в бастионе повседневности, разрушая все системы принципов.

    — 10 минут 38 секунд в этом странном мире · книга
18. «

    Воспоминания, ускользающие и обрывочные, словно клочья шерсти, развеянные ветром.

    Воспоминания, ускользающие и обрывочные, словно клочья шерсти, развеянные ветром.

    — Остров пропавших деревьев · книга
19. «

    Если что-то преграждает русло, поток воды не останавливается: он огибает препятствие или же смывает его. Если препятствие кажется непреодолимым, вода просачивается в мельчайшие щели и продолжает свой путь.

    Если что-то преграждает русло, поток воды не останавливается: он огибает препятствие или же смывает его. Если препятствие кажется непреодолимым, вода просачивается в мельчайшие щели и продолжает свой путь.

    — Ученик архитектора · книга
20. «

    Впрочем, сам Джахан тоже не спал – он работал.

    Впрочем, сам Джахан тоже не спал – он работал.

    — Ученик архитектора · книга