106 известных цитат Елизаветы Дворецкой

Елизавета Дворецкая — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 106 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   И оттуда, из глубины неведомого, она спросила, не сводя с него глаз: – Почему ты не мстишь за твоего побратима, Мистина Свенельдич? Это спросили они все: трава и белый камень, черная земля и синее небо, сама держава Русская – крылья ее парусов и железо клинков. На это у Мистины был ответ: – Потому что хорошо отомстит не тот, кто попытается сделать это быстро. А тот, кто сумеет довести дело до конца.

   И оттуда, из глубины неведомого, она спросила, не сводя с него глаз: – Почему ты не мстишь за твоего побратима, Мистина Свенельдич? Это спросили они все: трава и белый камень, черная земля и синее небо, сама держава Русская – крылья ее парусов и железо клинков. На это у Мистины был ответ: – Потому что хорошо отомстит не тот, кто попытается сделать это быстро. А тот, кто сумеет довести дело до конца.

   — Эльга · книга
2. «

   Судьба – как меч, в умелых руках врага зарубит, в неумелых – тебя самого.

   Судьба – как меч, в умелых руках врага зарубит, в неумелых – тебя самого.

   — Байан-А-Тан · книга
3. «

   Сила-то в нём по жилочкам переливается, а к ней ещё ум нужен. Чтоб подсказал, куда силу девать. А когда ум молчит, а сила наружу рвётся, то много бед она натворит. Сила без ума — что бешеный бык. И себе не хорошо, и всем вокруг плохо.

   Сила-то в нём по жилочкам переливается, а к ней ещё ум нужен. Чтоб подсказал, куда силу девать. А когда ум молчит, а сила наружу рвётся, то много бед она натворит. Сила без ума — что бешеный бык. И себе не хорошо, и всем вокруг плохо.

   — Щеката · книга
4. «

   — Судьба! — повторила Елова. — Что ты о судьбе знаешь, голубь мой? Думаешь, судьба что река — куда течет, туда и приплывешь? Нет, судьбу пытать — что колодец копать. У тебя есть под землей водная жила — копай, и будешь с водой. А у другого нет — он хоть версту вглубь пророет, а останется ни с чем. А коли будешь ты над водяной жилой сложа руки сидеть — тоже пустой останешься.

   — Судьба! — повторила Елова. — Что ты о судьбе знаешь, голубь мой? Думаешь, судьба что река — куда течет, туда и приплывешь? Нет, судьбу пытать — что колодец копать. У тебя есть под землей водная жила — копай, и будешь с водой. А у другого нет — он хоть версту вглубь пророет, а останется ни с чем. А коли будешь ты над водяной жилой сложа руки сидеть — тоже пустой останешься.

   — Елова · книга
5. «

   Никто не знает, в какой бурный и мутный поток выльются обыденные, заурядные, ничем не примечательные события.

   Никто не знает, в какой бурный и мутный поток выльются обыденные, заурядные, ничем не примечательные события.

   — Лесная невеста. Проклятие Дивины · книга
6. «

   Страх холодным клинком пронзил душу; чувство страха было непривычно викингу и оттого поражало ещё сильнее.

   Страх холодным клинком пронзил душу; чувство страха было непривычно викингу и оттого поражало ещё сильнее.

   — Ветер с Варяжского моря · книга
7. «

   Даже у моря есть берега, и только жадность человеческая не имеет берегов!

   Даже у моря есть берега, и только жадность человеческая не имеет берегов!

   — Тормод · книга
8. «

   Молодая девица бросила тебя, ушла к другому, к тому, кто сильнее. Не любят девицы, когда в облака смотрят да вздыхают так, что березы колыхаются! Пока ты вздыхал, ворог твой бился – вот и отбил удачу!

   Молодая девица бросила тебя, ушла к другому, к тому, кто сильнее. Не любят девицы, когда в облака смотрят да вздыхают так, что березы колыхаются! Пока ты вздыхал, ворог твой бился – вот и отбил удачу!

   — Чаша судеб · книга
9. «

   Однако где мы и где предания? Сколько ни мечтай, а жить приходится в этой вот жизни, которую можно потрогать…

   Однако где мы и где предания? Сколько ни мечтай, а жить приходится в этой вот жизни, которую можно потрогать…

   — Предслава · книга
10. «

    С местью не надо торопиться.

    С местью не надо торопиться.

    — Хедин (варяг) · книга
11. «

    Тяжелее всех битв и походов оказалась эта княжеская обязанность – решать. Решай, потому что ты – князь, а значит, самый мудрый, самый умный и всегда будешь прав. Люди глаза отведут, а вот что тебе ночью совесть скажет?

    Тяжелее всех битв и походов оказалась эта княжеская обязанность – решать. Решай, потому что ты – князь, а значит, самый мудрый, самый умный и всегда будешь прав. Люди глаза отведут, а вот что тебе ночью совесть скажет?

    — Ветер с Варяжского моря · книга
12. «

    Ты должен беречь тех, кто верен тебе.

    Ты должен беречь тех, кто верен тебе.

    — Малфрида · книга
13. «

    Сердито сузившимися глазами Лютомер следил за тем, как она в волнении ходит туда-сюда. Вся его человеческая и божественная сущность противилась тому, чтобы отдать ее неведомому жениху. Именно сейчас, когда этот жених обрел имя и род, Лютомер вдруг понял, что ему наплевать на судьбу и обеты и что он готов драться за нее с кем угодно – хоть с самим варгой Радомом! Сколько ни пытался он привыкнуть и смириться с тем, что рано или поздно она уйдет, но так и не привык. И не смирился. Все существо его восставало против мысли расстаться с ней. И если для этого надо изменить саму судьбу – где она, судьба, где ее веретено? Лютомер чувствовал в себе силы совершить все что угодно. И остановит его только одно – если сама Лютава захочет уйти.

    Сердито сузившимися глазами Лютомер следил за тем, как она в волнении ходит туда-сюда. Вся его человеческая и божественная сущность противилась тому, чтобы отдать ее неведомому жениху. Именно сейчас, когда этот жених обрел имя и род, Лютомер вдруг понял, что ему наплевать на судьбу и обеты и что он готов драться за нее с кем угодно – хоть с самим варгой Радомом! Сколько ни пытался он привыкнуть и смириться с тем, что рано или поздно она уйдет, но так и не привык. И не смирился. Все существо его восставало против мысли расстаться с ней. И если для этого надо изменить саму судьбу – где она, судьба, где ее веретено? Лютомер чувствовал в себе силы совершить все что угодно. И остановит его только одно – если сама Лютава захочет уйти.

    — Ночь богов · книга
14. «

    Передо мной расстилалось золотистое поле ржи; сверху его накрывал покров голубого неба, а вдали окаймляла зелень леса. Богатство лежало передо мной, как на блюде, и было страшновато: ширины рук не хватит, чтобы его ухватить.

    Передо мной расстилалось золотистое поле ржи; сверху его накрывал покров голубого неба, а вдали окаймляла зелень леса. Богатство лежало передо мной, как на блюде, и было страшновато: ширины рук не хватит, чтобы его ухватить.

    — Предслава · книга
15. «

    Он сам был как огонь — и согреет, и обожжет.

    Он сам был как огонь — и согреет, и обожжет.

    — Огненный волк · книга
16. «

    Невозможно было вообразить, что земля так велика и что ее противоположные концы, несмотря на отдаленность, все же могут как-то сообщаться. Голова кружилась от ощущения исполинских пространств, и почему-то просыпалось чувство гордости за неугомонного человека, который так мал и слаб перед огромностью белого света, но как-то умудряется его пересекать из конца в конец. А главное, зачем-то стремится к этому.

    Невозможно было вообразить, что земля так велика и что ее противоположные концы, несмотря на отдаленность, все же могут как-то сообщаться. Голова кружилась от ощущения исполинских пространств, и почему-то просыпалось чувство гордости за неугомонного человека, который так мал и слаб перед огромностью белого света, но как-то умудряется его пересекать из конца в конец. А главное, зачем-то стремится к этому.

    — Лесная невеста. Проклятие Дивины · книга
17. «

    Всякий князь так же смертен, как и последний раб.

    Всякий князь так же смертен, как и последний раб.

    — Чернава · книга
18. «

    Его бы заставить языком грести – ладья бы быстрее ветра побежала!

    Его бы заставить языком грести – ладья бы быстрее ветра побежала!

    — Милута · книга
19. «

    Пережитые беды приучили её сначала ждать дурного, а потом уже хорошего.

    Пережитые беды приучили её сначала ждать дурного, а потом уже хорошего.

    — Ветер с Варяжского моря · книга
20. «

    Гораздо умнее уладить все возможные разногласия заранее, чем потом разгребать последствия ошибочных решений.

    Гораздо умнее уладить все возможные разногласия заранее, чем потом разгребать последствия ошибочных решений.

    — Ольга, княгиня зимних волков · книга