36 цитат Эми Хармона о смысле жизни

Эми Хармон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 36 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Жизнь трудна. Жизнь трудна. Какое преуменьшение! «Трудна» – слишком мягкое слово для тех зверств, которые мы видели. Жизнь – это ад с редкими просветами неба, которые лишь делают надежду еще более болезненной. Жизнь невыносима. Уродлива. Мучительна. Это пытка.

   Жизнь трудна. Жизнь трудна. Какое преуменьшение! «Трудна» – слишком мягкое слово для тех зверств, которые мы видели. Жизнь – это ад с редкими просветами неба, которые лишь делают надежду еще более болезненной. Жизнь невыносима. Уродлива. Мучительна. Это пытка.

   — Из песка и пепла · книга
2. «

   Чем дольше он жил на земле, тем больше убеждался, что человечество понятия не имеет ни о Боге, ни о рае; только когда использует Его имя в качестве оправдания для убийства, преследования и дискриминации.

   Чем дольше он жил на земле, тем больше убеждался, что человечество понятия не имеет ни о Боге, ни о рае; только когда использует Его имя в качестве оправдания для убийства, преследования и дискриминации.

   — Анджело Бьянко · книга
3. «

   Уродство определяется поступками.

   Уродство определяется поступками.

   — Меняя лица · книга
4. «

   Страх вернулся. Если подумать, он обладает странной природой: зарождается где-то на груди, а потом просачивается сквозь кожу, ткани, мышцы и кости, пока не превращается в черную дыру размером с душу – Дыру, поглощающую любую радость, удовольствие и красоту. Но не надежду. Каким-то образом надежда единственная остается неподвластна страху, и именно она заставляет человека совершать следующий вдох, следующий шаг, следующий крохотный акт неповиновения, пускай он и заключается всего лишь в том, чтобы продолжать жить.

   Страх вернулся. Если подумать, он обладает странной природой: зарождается где-то на груди, а потом просачивается сквозь кожу, ткани, мышцы и кости, пока не превращается в черную дыру размером с душу – Дыру, поглощающую любую радость, удовольствие и красоту. Но не надежду. Каким-то образом надежда единственная остается неподвластна страху, и именно она заставляет человека совершать следующий вдох, следующий шаг, следующий крохотный акт неповиновения, пускай он и заключается всего лишь в том, чтобы продолжать жить.

   — Из песка и пепла · книга
5. «

   Любить, а потом потерять кого-то – намного хуже, чем не знать его вообще.

   Любить, а потом потерять кого-то – намного хуже, чем не знать его вообще.

   — Из песка и пепла · книга
6. «

   Жизнь похожа на длинные ноты: нельзя изменить ни высоту, ни силу, ни тембр. Она просто длится, и мы должны подчинить ее, чтобы она не подчинила нас.

   Жизнь похожа на длинные ноты: нельзя изменить ни высоту, ни силу, ни тембр. Она просто длится, и мы должны подчинить ее, чтобы она не подчинила нас.

   — Из песка и пепла · книга
7. «

   Прозвища в армии дело обыденное и даже служат выражением симпатии.

   Прозвища в армии дело обыденное и даже служат выражением симпатии.

   — Из песка и пепла · книга
8. «

   Порой красота или ее недостаток не позволяет нам по-настоящему узнать человека.

   Порой красота или ее недостаток не позволяет нам по-настоящему узнать человека.

   — Джошуа Тейлор. · книга
9. «

   — Я часто размышляю о том, что красота смертельна для любви, — задумчиво произнес отец Ферн. — Почему? — Потому что порой мы влюбляемся в лицо, а не в душу.

   — Я часто размышляю о том, что красота смертельна для любви, — задумчиво произнес отец Ферн. — Почему? — Потому что порой мы влюбляемся в лицо, а не в душу.

   — Меняя лица · книга
10. «

    Полагаю, все мы – сумма тех мест, в которых были воспитаны, людей, которые нас любили или оказывали на нас влияние, и истин, которые нам внушали снова и снова по мере взросления.

    Полагаю, все мы – сумма тех мест, в которых были воспитаны, людей, которые нас любили или оказывали на нас влияние, и истин, которые нам внушали снова и снова по мере взросления.

    — Батшева Росселли · книга
11. «

    Чтобы стать никем в глазах других, достаточно однажды ошибиться.

    Чтобы стать никем в глазах других, достаточно однажды ошибиться.

    — Меняя лица · книга
12. «

    Пожалуй, мы сами не знаем, какой у нас характер, пока не столкнемся с испытаниями.

    Пожалуй, мы сами не знаем, какой у нас характер, пока не столкнемся с испытаниями.

    — Джози · книга
13. «

    Сложно злиться на кого-то, кто тебя любит.

    Сложно злиться на кого-то, кто тебя любит.

    — Меняя лица · книга
14. «

    Мы так погружены в мысли о своих проблемах, что не замечаем, с каким дерьмом приходится сталкиваться другим.

    Мы так погружены в мысли о своих проблемах, что не замечаем, с каким дерьмом приходится сталкиваться другим.

    — Бейли · книга
15. «

    Истина иногда принимает причудливые формы.

    Истина иногда принимает причудливые формы.

    — Анджело Бьянко · книга
16. «

    – Есть вещи хуже страха. – Какие? – Смирение. Равнодушие. Страх доказывает, что ты ещё не потеряла вкус к жизни.

    – Есть вещи хуже страха. – Какие? – Смирение. Равнодушие. Страх доказывает, что ты ещё не потеряла вкус к жизни.

    — Грета фон Эссен · книга
17. «

    Есть чувства и воспоминания, которые лучше похоронить, свести до патины фотографий и отдельных эпизодов, выборочно всплывающих из глубин памяти.

    Есть чувства и воспоминания, которые лучше похоронить, свести до патины фотографий и отдельных эпизодов, выборочно всплывающих из глубин памяти.

    — Из песка и пепла · книга
18. «

    Мы приходим на землю, чтобы учиться.

    Мы приходим на землю, чтобы учиться.

    — Камилло Росселли · книга
19. «

    Люди не созданы для одиночества. Господь дал нам гладкую, чувствительную кожу, которая всегда стремится ощутить чужое тепло. Наши руки стремятся к объятиям, пальцы – к прикосновениям. Нам необходимо общество близких, их любовь.

    Люди не созданы для одиночества. Господь дал нам гладкую, чувствительную кожу, которая всегда стремится ощутить чужое тепло. Наши руки стремятся к объятиям, пальцы – к прикосновениям. Нам необходимо общество близких, их любовь.

    — Джози · книга
20. «

    Война лишает людей видения перспективы. В такое время остаются только жизнь и смерть, «сейчас» и «никогда». Война толкает человека на поступки, от которых он в другом случае воздержался бы. Именно потому, что «никогда» выглядит слишком пугающе, а «сейчас» обещает утешение. «Будем есть и пить, ибо завтра умрем».

    Война лишает людей видения перспективы. В такое время остаются только жизнь и смерть, «сейчас» и «никогда». Война толкает человека на поступки, от которых он в другом случае воздержался бы. Именно потому, что «никогда» выглядит слишком пугающе, а «сейчас» обещает утешение. «Будем есть и пить, ибо завтра умрем».

    — монсеньор Лучано · книга