42 цитаты, которые говорил Эмили Бронте

Эмили Бронте — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Рано или поздно мы непременно вспомним о себе; но только кроткий и великодушный любит самого себя с большим правом, чем властный.

   Рано или поздно мы непременно вспомним о себе; но только кроткий и великодушный любит самого себя с большим правом, чем властный.

   — Эллен Дин · книга
2. «

   ... иногда мы питаем жалость к тем, кто не способен жалеть ни себя, ни других.

   ... иногда мы питаем жалость к тем, кто не способен жалеть ни себя, ни других.

   — Грозовой перевал · книга
3. «

   Я не могу этого выразить, но, конечно, и у тебя и у каждого есть ощущение, что наше «я» существует – или должно существовать – не только в нас самих, но и где то вовне. Что проку было бы создавать меня, если бы я вся целиком была только здесь?

   Я не могу этого выразить, но, конечно, и у тебя и у каждого есть ощущение, что наше «я» существует – или должно существовать – не только в нас самих, но и где то вовне. Что проку было бы создавать меня, если бы я вся целиком была только здесь?

   — Кэтрин Линтон. · книга
4. «

   Я слишком счастлив; и всё-таки я счастлив недостаточно.

   Я слишком счастлив; и всё-таки я счастлив недостаточно.

   — Хитклиф · книга
5. «

   Как моря не вместить в отпечаток конского копыта, так её чувство не может принадлежать безраздельно Линтону.

   Как моря не вместить в отпечаток конского копыта, так её чувство не может принадлежать безраздельно Линтону.

   — Хитклиф · книга
6. «

   Как вы умудряетесь жить здесь без книг? ... Отберите у меня книги — и я приду в отчаяние.

   Как вы умудряетесь жить здесь без книг? ... Отберите у меня книги — и я приду в отчаяние.

   — Локвуд · книга
7. «

   — А теперь послушаем, о чём же вы печалитесь. Брат ваш будет рад, старые леди и джентльмен, я думаю, не станут противиться; из беспорядочного, неуютного дома вы переходите в хорошую, почтенную семью; и вы любите Эдгара, и Эдгар любит вас. Все как будто просто и легко: где же препятствие? — Здесь оно и здесь! — ответила Кэтрин, ударив себя одной рукой по лбу, другой в грудь. — Или где она ещё живёт, душа... Душой и сердцем я чувствую, что не права!

   — А теперь послушаем, о чём же вы печалитесь. Брат ваш будет рад, старые леди и джентльмен, я думаю, не станут противиться; из беспорядочного, неуютного дома вы переходите в хорошую, почтенную семью; и вы любите Эдгара, и Эдгар любит вас. Все как будто просто и легко: где же препятствие? — Здесь оно и здесь! — ответила Кэтрин, ударив себя одной рукой по лбу, другой в грудь. — Или где она ещё живёт, душа... Душой и сердцем я чувствую, что не права!

   — Эллен Дин · книга
8. «

   — Ты не должен уходить, — ответила она, держа его так крепко, как позволяли ее силы. — Ты не уйдешь, говорю я тебе. — Только на час, — уговаривал он. — Ни на минуту, — отвечала она.

   — Ты не должен уходить, — ответила она, держа его так крепко, как позволяли ее силы. — Ты не уйдешь, говорю я тебе. — Только на час, — уговаривал он. — Ни на минуту, — отвечала она.

   — Хитклиф · книга
9. «

   Он не человек, у него нет права на мою жалость. Я отдала ему сердце, а он взял его, насмерть исколол и швырнул мне обратно.

   Он не человек, у него нет права на мою жалость. Я отдала ему сердце, а он взял его, насмерть исколол и швырнул мне обратно.

   — Изабелла Линтон · книга
10. «

    Излишняя мягкость порой причиняет зло.

    Излишняя мягкость порой причиняет зло.

    — Эллен Дин · книга
11. «

    Её тщеславие уязвлено, когда правда вставлена напоказ.

    Её тщеславие уязвлено, когда правда вставлена напоказ.

    — Эллен Дин · книга
12. «

    Что не напоминает о ней? Я и под ноги не могу взглянуть, чтоб не возникло здесь на плитах пола её лицо! Оно в каждом облаке, в каждом дереве — ночью наполняет воздух, днем возникает в очертаниях предметов — всюду вокруг меня её образ! Самые обыденные лица, мужские и женские, мои собственные черты — все дразнит меня подобием. Весь мир — страшный паноптикум, где всё напоминает, что она существовала и что я её потерял.

    Что не напоминает о ней? Я и под ноги не могу взглянуть, чтоб не возникло здесь на плитах пола её лицо! Оно в каждом облаке, в каждом дереве — ночью наполняет воздух, днем возникает в очертаниях предметов — всюду вокруг меня её образ! Самые обыденные лица, мужские и женские, мои собственные черты — все дразнит меня подобием. Весь мир — страшный паноптикум, где всё напоминает, что она существовала и что я её потерял.

    — Хитклиф · книга
13. «

    — Ага, вот это, верно, ваши любимцы? — продолжал я, указывая на кресло в тёмном углу, где, как мне показалось, сидели кошки. — Странный предмет любви. Там, как на грех, оказались сваленные в кучу битые кролики.

    — Ага, вот это, верно, ваши любимцы? — продолжал я, указывая на кресло в тёмном углу, где, как мне показалось, сидели кошки. — Странный предмет любви. Там, как на грех, оказались сваленные в кучу битые кролики.

    — Грозовой перевал · книга
14. «

    Его ненависть, пожалуй, предпочтительней его любви.

    Его ненависть, пожалуй, предпочтительней его любви.

    — Изабелла Линтон · книга
15. «

    Кэтрин метнулась вперед, и он подхватил её, и они сплелись в объятии, из которого моя госпожа, мне казалось, не выйдет живой: в самом деле, вслед за тем она предстала моим глазам уже бесчувственной. Он бросился в ближайшее кресло; и когда я поспешила к ней, чтоб увериться, не обморок ли это, он зарычал на меня с пеной у рта, как бешеная собака, и в жадной ревности привлек её к себе.

    Кэтрин метнулась вперед, и он подхватил её, и они сплелись в объятии, из которого моя госпожа, мне казалось, не выйдет живой: в самом деле, вслед за тем она предстала моим глазам уже бесчувственной. Он бросился в ближайшее кресло; и когда я поспешила к ней, чтоб увериться, не обморок ли это, он зарычал на меня с пеной у рта, как бешеная собака, и в жадной ревности привлек её к себе.

    — Кэтрин Эрншо-Линтон (старшая Кэтрин) · книга
16. «

    У неё был всё тот же отсутствующий, блуждающий взгляд, и, казалось, она едва ли узнаёт окружающее посредством зрения или слуха.

    У неё был всё тот же отсутствующий, блуждающий взгляд, и, казалось, она едва ли узнаёт окружающее посредством зрения или слуха.

    — Эллен Дин · книга
17. «

    Моя душа в своём блаженстве убивает тело, но не находит удовлетворения для себя самой.

    Моя душа в своём блаженстве убивает тело, но не находит удовлетворения для себя самой.

    — Кэти · книга
18. «

    Мне снились в жизни сны, которые потом оставались со мной навсегда и меняли мой образ мыслей: они входили в меня постепенно, пронизывая насквозь, как смешивается вода с вином, и постепенно меняли цвет моих мыслей.

    Мне снились в жизни сны, которые потом оставались со мной навсегда и меняли мой образ мыслей: они входили в меня постепенно, пронизывая насквозь, как смешивается вода с вином, и постепенно меняли цвет моих мыслей.

    — Грозовой перевал · книга
19. «

    — Я вправе её целовать, если ей это нравится. И ты не вправе возражать. Я не муж твой: ревновать меня тебе не приходится! — Я тебя и не ревную. Я ревную к тебе.

    — Я вправе её целовать, если ей это нравится. И ты не вправе возражать. Я не муж твой: ревновать меня тебе не приходится! — Я тебя и не ревную. Я ревную к тебе.

    — Хитклиф · книга
20. «

    Он никогда не узнает, как я его люблю! И люблю не потому, что он красив, Нелли, а потому, что он больше я, чем я сама. Из чего бы ни были сотворены наши души, его душа и моя — одно; а душа Линтона так отлична от наших, как лунный луч от молнии или иней от огня.

    Он никогда не узнает, как я его люблю! И люблю не потому, что он красив, Нелли, а потому, что он больше я, чем я сама. Из чего бы ни были сотворены наши души, его душа и моя — одно; а душа Линтона так отлична от наших, как лунный луч от молнии или иней от огня.

    — Кэтрин Линтон. · книга