Что говорила Эмилия Остен: 18 цитат

Эмилия Остен — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Женская натура — самая таинственная выходка Творца.

   Женская натура — самая таинственная выходка Творца.

   — Под пологом семейного счастья · книга
2. «

   Я не столь наивна, чтобы ждать от жизни лишь приятных подарков.

   Я не столь наивна, чтобы ждать от жизни лишь приятных подарков.

   — Грешники и святые · книга
3. «

   Мишель — ее большая нечистая тайна, грех и наказание, а так сладко сознаться в грехе тому, кто свят.

   Мишель — ее большая нечистая тайна, грех и наказание, а так сладко сознаться в грехе тому, кто свят.

   — Грешники и святые · книга
4. «

   Что нам сейчас до тех, кто осудит! Пусть их терзает зависть или равнодушие, праведный гнев или сожаление, нас не коснется ничто.

   Что нам сейчас до тех, кто осудит! Пусть их терзает зависть или равнодушие, праведный гнев или сожаление, нас не коснется ничто.

   — Грешники и святые · книга
5. «

   Только его потрескавшиеся губы — для моих губ, его сердце, бьющееся так быстро, — для моего сумасшедшего сердца. Кто бы мы ни были с ним — грешники или святые, преступники или невинные жертвы, — мы припаяны друг к другу навеки, и нас даже смерти не разлучить. Она придет однажды, конечно, ко мне или к нему, а может, к нам обоим вместе, вполне возможно, что и сегодня нанесет визит. Но мы ее сильнее, ей нас не взять. Один просто подождет другого там, на перепутье дорог, что сходятся перед воротами; святой Петр, этот вечный ключник Господа, подождет нас обоих.

   Только его потрескавшиеся губы — для моих губ, его сердце, бьющееся так быстро, — для моего сумасшедшего сердца. Кто бы мы ни были с ним — грешники или святые, преступники или невинные жертвы, — мы припаяны друг к другу навеки, и нас даже смерти не разлучить. Она придет однажды, конечно, ко мне или к нему, а может, к нам обоим вместе, вполне возможно, что и сегодня нанесет визит. Но мы ее сильнее, ей нас не взять. Один просто подождет другого там, на перепутье дорог, что сходятся перед воротами; святой Петр, этот вечный ключник Господа, подождет нас обоих.

   — Грешники и святые · книга
6. «

   Вера пустила в нем корни, он сам обратился в веру. Не разящее копье Господне, но саван удушающий.

   Вера пустила в нем корни, он сам обратился в веру. Не разящее копье Господне, но саван удушающий.

   — Грешники и святые · книга
7. «

   Он мстил за нас обоих, оберегая мою семью от позора, оставляя моему отцу его спокойное сердце. В тот миг я любила Реми гораздо больше, чем Бога. Впрочем, это часть высшей любви и есть.

   Он мстил за нас обоих, оберегая мою семью от позора, оставляя моему отцу его спокойное сердце. В тот миг я любила Реми гораздо больше, чем Бога. Впрочем, это часть высшей любви и есть.

   — Грешники и святые · книга
8. «

   Женщины — это жизнь во всём её уникальном воплощении, а мужчинам остаётся лишь следовать за ними, охранять и защищать, чтобы никто и никогда не мог их обидеть.

   Женщины — это жизнь во всём её уникальном воплощении, а мужчинам остаётся лишь следовать за ними, охранять и защищать, чтобы никто и никогда не мог их обидеть.

   — Энджел Фламбар · книга
9. «

   Самое время возблагодарить Господа за то, что он даровал людям любовь во всём её многообразии, и она никогда не перестаёт и никогда не заканчивается, у неё нет границ, её нельзя исчерпать. Пить любовь — это словно набирать воду ковшом в ночной реке, где отражаются звёзды. Зачерпнёшь немного тёплой, пахнущей илом воды с острыми точками звёзд в ней, выпьешь, и кажется, что эта вода — самое лучшее, что было в жизни. И не задумываешься, что у тебя ещё целая река. Следующий глоток окажется совсем иным, да и звёзды отразятся другие...

   Самое время возблагодарить Господа за то, что он даровал людям любовь во всём её многообразии, и она никогда не перестаёт и никогда не заканчивается, у неё нет границ, её нельзя исчерпать. Пить любовь — это словно набирать воду ковшом в ночной реке, где отражаются звёзды. Зачерпнёшь немного тёплой, пахнущей илом воды с острыми точками звёзд в ней, выпьешь, и кажется, что эта вода — самое лучшее, что было в жизни. И не задумываешься, что у тебя ещё целая река. Следующий глоток окажется совсем иным, да и звёзды отразятся другие...

   — Бархатная маска · книга
10. «

    Самые очевидные выходы всегда кажутся чем-то необычным. Наверное, потому что они простые. Люди привыкли бороться с трудностями. И если решение проблемы кажется очень легким, то все сразу же начинают искать подвох.

    Самые очевидные выходы всегда кажутся чем-то необычным. Наверное, потому что они простые. Люди привыкли бороться с трудностями. И если решение проблемы кажется очень легким, то все сразу же начинают искать подвох.

    — Луиза · книга
11. «

    Языческие легенды говорят, что боги танцевали, создавая мир. Я лечу, и вместе со мной летят все они, отплясывающие танец сотворения и смерти вселенной; шаг вперед — мир растет, шаг назад — небеса трещат.

    Языческие легенды говорят, что боги танцевали, создавая мир. Я лечу, и вместе со мной летят все они, отплясывающие танец сотворения и смерти вселенной; шаг вперед — мир растет, шаг назад — небеса трещат.

    — Грешники и святые · книга
12. «

    Мне нравится океан. Он многолик, как каждый из нас, когда сердится, то катит пенные волны, но в основном спокоен, вот как теперь. Я учусь у океана открытости и тому, что, где бы мы ни оказались, мы вечны.

    Мне нравится океан. Он многолик, как каждый из нас, когда сердится, то катит пенные волны, но в основном спокоен, вот как теперь. Я учусь у океана открытости и тому, что, где бы мы ни оказались, мы вечны.

    — Грешники и святые · книга
13. «

    — Не пожалеешь потом? — Нет, Реми. — И свободы по-прежнему хочешь? — Потому и пришла, что поняла: ты моя свобода.

    — Не пожалеешь потом? — Нет, Реми. — И свободы по-прежнему хочешь? — Потому и пришла, что поняла: ты моя свобода.

    — Грешники и святые · книга
14. «

    Случается так, что истина настигнет тебя внезапно, когда созреет, и потому покажется тебе сначала абсурдной, затем смешной, а затем ты испугаешься ее, но будет уже поздно — поймешь, что это правда.

    Случается так, что истина настигнет тебя внезапно, когда созреет, и потому покажется тебе сначала абсурдной, затем смешной, а затем ты испугаешься ее, но будет уже поздно — поймешь, что это правда.

    — Мари-Маргарита де Солари · книга
15. «

    Люди красивы изнутри. Душою. Если у человека душа мелочная, или пустая, или вовсе нет ее — о какой красоте может идти речь? Пусть совершенны брови, губы изогнуты луком Амура, волосы роскошно струятся из-под шляпы — уродство души ничем не скроешь.

    Люди красивы изнутри. Душою. Если у человека душа мелочная, или пустая, или вовсе нет ее — о какой красоте может идти речь? Пусть совершенны брови, губы изогнуты луком Амура, волосы роскошно струятся из-под шляпы — уродство души ничем не скроешь.

    — Грешники и святые · книга
16. «

    Я не безбожница, но мой Бог многое мне прощает. Грехи становятся так забавны, как только входишь во вкус.

    Я не безбожница, но мой Бог многое мне прощает. Грехи становятся так забавны, как только входишь во вкус.

    — Грешники и святые · книга
17. «

    Все решает предприимчивость, оборотистость и наглость вкупе с умением лгать; всего этого не занимать церковникам.

    Все решает предприимчивость, оборотистость и наглость вкупе с умением лгать; всего этого не занимать церковникам.

    — Грешники и святые · книга
18. «

    Вкус греха столь привычен для меня, что я хорошо различаю оттенки и умею наслаждаться ими.

    Вкус греха столь привычен для меня, что я хорошо различаю оттенки и умею наслаждаться ими.

    — Грешники и святые · книга