99 мудрых мыслей Энна Райса

Подборка из 99 цитат Энна Райса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Но разве станет мир хуже от того, что никого и никогда не станут именем Бога сжигать на кострах? — спросил я. — Если не будет в людях слепой веры в Бога, ради которой они способны творить подобное друг с другом. Какую опасность таит мир, живущий по светским законам и не допускающий совершения столь ужасных деяний?

   Но разве станет мир хуже от того, что никого и никогда не станут именем Бога сжигать на кострах? — спросил я. — Если не будет в людях слепой веры в Бога, ради которой они способны творить подобное друг с другом. Какую опасность таит мир, живущий по светским законам и не допускающий совершения столь ужасных деяний?

   — Лестат де Лионкур · книга
2. «

   — Убирайся отсюда ко всем чертям! — Ты ведь это несерьезно. — Он пожал плечами. — И не говори, что пульс у тебя не бьется как молот. Тебе до безумия хочется, чтобы я был рядом!

   — Убирайся отсюда ко всем чертям! — Ты ведь это несерьезно. — Он пожал плечами. — И не говори, что пульс у тебя не бьется как молот. Тебе до безумия хочется, чтобы я был рядом!

   — Скрипка · книга
3. «

   По правде говоря, для меня никогда не существовало только лишь физическая потребность в крови, хотя, конечно, кровь и сама по себе способна удовлетворить все самые чувственные желания, какие только может испытывать любое существо. Все дело в таинстве самого момента — момента убийства и ощущения на губах вкуса крови, — в интимном биении двух сердец, когда ты чувствуешь, как слабеет твоя жертва и как одновременно сам ты словно вырастаешь и вбираешь в себя вспыхивающую в последний момент ярким и огромным, как сама жизнь, пламенем смерть.

   По правде говоря, для меня никогда не существовало только лишь физическая потребность в крови, хотя, конечно, кровь и сама по себе способна удовлетворить все самые чувственные желания, какие только может испытывать любое существо. Все дело в таинстве самого момента — момента убийства и ощущения на губах вкуса крови, — в интимном биении двух сердец, когда ты чувствуешь, как слабеет твоя жертва и как одновременно сам ты словно вырастаешь и вбираешь в себя вспыхивающую в последний момент ярким и огромным, как сама жизнь, пламенем смерть.

   — Лестат де Лионкур · книга
4. «

   Красота всегда больше походила на Сад Зла.

   Красота всегда больше походила на Сад Зла.

   — Лестат де Лионкур · книга
5. «

   ... нельзя отдавать себя во власть кого бы то ни было — ни Бога, ни дьявола, ни человека.

   ... нельзя отдавать себя во власть кого бы то ни было — ни Бога, ни дьявола, ни человека.

   — Лестат де Лионкур · книга
6. «

   — Я никогда не лгу, — ничуть не смущаясь, ответил я. – Во всяком случае тем, кого не люблю.

   — Я никогда не лгу, — ничуть не смущаясь, ответил я. – Во всяком случае тем, кого не люблю.

   — Лестат де Лионкур · книга
7. «

   Ты превратил бессмертие в кучу хлама, и, восседая на ней, мы и впрямь выглядим полными идиотами.

   Ты превратил бессмертие в кучу хлама, и, восседая на ней, мы и впрямь выглядим полными идиотами.

   — Луи де Пон дю Лак · книга
8. «

   — Если зло существует в этом мире, но не различается по степеням греховности, стало быть, достаточно совершить один-единственный грех, чтобы оказаться навеки проклятым. Разве не к этому сводится смысл твоих слов? Если Бог есть и… — Я не знаю, есть ли он, – перебил я Армана. – Но судя по тому, что я видел… Бога нет. — Значит, нет и греха, и зла тоже нет. — Это не так, – возразил я. – Потому что если Бога нет, то мы – высшие разумные существа во всей вселенной. Только нам одним дано видеть истинный ход времени, дано понять ценность каждой минуты человеческой жизни. Убийство хотя бы одного человека – вот что такое подлинное зло, и неважно, что он все равно умрет – на следующий день, или через месяц, или спустя много лет… Потому что если Бога нет, то земная жизнь, каждое ее мгновение – это все, что у нас есть.

   — Если зло существует в этом мире, но не различается по степеням греховности, стало быть, достаточно совершить один-единственный грех, чтобы оказаться навеки проклятым. Разве не к этому сводится смысл твоих слов? Если Бог есть и… — Я не знаю, есть ли он, – перебил я Армана. – Но судя по тому, что я видел… Бога нет. — Значит, нет и греха, и зла тоже нет. — Это не так, – возразил я. – Потому что если Бога нет, то мы – высшие разумные существа во всей вселенной. Только нам одним дано видеть истинный ход времени, дано понять ценность каждой минуты человеческой жизни. Убийство хотя бы одного человека – вот что такое подлинное зло, и неважно, что он все равно умрет – на следующий день, или через месяц, или спустя много лет… Потому что если Бога нет, то земная жизнь, каждое ее мгновение – это все, что у нас есть.

   — Арман · книга
9. «

   Ты для меня — радость всех печалей.

   Ты для меня — радость всех печалей.

   — Лестат де Лионкур · книга
10. «

    Самое страшное в мире — это сомнения и подозрения, которые ты не в состоянии ни опровергнуть, ни подтвердить, – иными словами, неизвестность.

    Самое страшное в мире — это сомнения и подозрения, которые ты не в состоянии ни опровергнуть, ни подтвердить, – иными словами, неизвестность.

    — Мейфейрские ведьмы · книга
11. «

    Ты совершенно прав, дьявола сотворил Бог, значит, и он – дитя Божье. И все мы тоже. Никаких детей сатаны не существует.

    Ты совершенно прав, дьявола сотворил Бог, значит, и он – дитя Божье. И все мы тоже. Никаких детей сатаны не существует.

    — Луи де Пон дю Лак · книга
12. «

    Уверенность и достоинство — вот залог её успеха.

    Уверенность и достоинство — вот залог её успеха.

    — Интервью с вампиром · книга
13. «

    Вы чувствуете насколько я одинок и как страдаю от того, что фактически выброшен из жизни. Как горько мне осознавать, что я есть не что иное, как зло, что я не заслуживаю любви и в то же время так в ней нуждаюсь. Но всё это не может меня остановить. У меня достаточно сил, чтобы вынести всё это. Как вы сами сказали, я очень хорошо умею быть тем, кто я есть на самом деле. Время от времени я очень страдаю, только и всего.

    Вы чувствуете насколько я одинок и как страдаю от того, что фактически выброшен из жизни. Как горько мне осознавать, что я есть не что иное, как зло, что я не заслуживаю любви и в то же время так в ней нуждаюсь. Но всё это не может меня остановить. У меня достаточно сил, чтобы вынести всё это. Как вы сами сказали, я очень хорошо умею быть тем, кто я есть на самом деле. Время от времени я очень страдаю, только и всего.

    — Лестат де Лионкур · книга
14. «

    Жизнь через смерть – это чудовищно.

    Жизнь через смерть – это чудовищно.

    — Луи де Пон дю Лак · книга
15. «

    Я ничего не знаю, потому что я знаю слишком много, но понимаю очень мало и никогда не пойму. Но и ты, и все, кого я знал, научили меня, что любовь есть необходимость, как дождь необходим цветам и деревьям, как пища – голодным детям, как кровь – голодным падальщикам, то есть нам, нам нужна любовь, и любовь, как ничто другое, может заставить нас забыть и простить любое зверство.

    Я ничего не знаю, потому что я знаю слишком много, но понимаю очень мало и никогда не пойму. Но и ты, и все, кого я знал, научили меня, что любовь есть необходимость, как дождь необходим цветам и деревьям, как пища – голодным детям, как кровь – голодным падальщикам, то есть нам, нам нужна любовь, и любовь, как ничто другое, может заставить нас забыть и простить любое зверство.

    — Арман · книга
16. «

    Она — целая эпоха в твоей жизни. Если ты с ней расстанешься, то потеряешь единственное живое существо, разделившее с тобой это время. Вот что пугает тебя. Ты боишься тяжелого бремени одиночества в вечной жизни.

    Она — целая эпоха в твоей жизни. Если ты с ней расстанешься, то потеряешь единственное живое существо, разделившее с тобой это время. Вот что пугает тебя. Ты боишься тяжелого бремени одиночества в вечной жизни.

    — Арман · книга
17. «

    Как и все сильные люди, она страдала от одиночества и несмотря ни на что оставалась чужой для общества, как язычник среди христиан.

    Как и все сильные люди, она страдала от одиночества и несмотря ни на что оставалась чужой для общества, как язычник среди христиан.

    — Луи де Пон дю Лак · книга
18. «

    Быть может, я вовсе не чуждый людям изгой, а только неясное воплощение совершенства человеческой души?

    Быть может, я вовсе не чуждый людям изгой, а только неясное воплощение совершенства человеческой души?

    — Лестат де Лионкур · книга
19. «

    Мы все умираем... Смерть — это единственное, что объединяет людей.

    Мы все умираем... Смерть — это единственное, что объединяет людей.

    — Арман · книга
20. «

    Я поняла, что каждая вещь есть символ какой-то другой вещи! Я поняла, что всякий ритуал есть введение в силу другого события! Я поняла, что практичность человеческого ума заставила изобрести нас вещи с таким духовным величием, которое не позволит миру лишиться смысла.

    Я поняла, что каждая вещь есть символ какой-то другой вещи! Я поняла, что всякий ритуал есть введение в силу другого события! Я поняла, что практичность человеческого ума заставила изобрести нас вещи с таким духовным величием, которое не позволит миру лишиться смысла.

    — Пандора · книга