512 фраз Эриха Марии Ремарка, которые запоминаются

Эрих Мария Ремарк — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 512 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Может быть, ты предпочтешь салатик? — спрашивает он. — Спаржа весьма вредна для пьяниц. — Нет, дай мне спаржи! Я человек современный, и меня тянет к саморазрушению.

   — Может быть, ты предпочтешь салатик? — спрашивает он. — Спаржа весьма вредна для пьяниц. — Нет, дай мне спаржи! Я человек современный, и меня тянет к саморазрушению.

   — Эдуард Кноблох · книга
2. «

   Мир неутомимо готовится к самоубийству, но ни за что не хочет признаться себе в этом.

   Мир неутомимо готовится к самоубийству, но ни за что не хочет признаться себе в этом.

   — Равик · книга
3. «

   Хольман рассмеялся. — Какая у тебя мрачная фантазия. Клерфэ покачал головой: — Фантазия? У меня мрачный опыт.

   Хольман рассмеялся. — Какая у тебя мрачная фантазия. Клерфэ покачал головой: — Фантазия? У меня мрачный опыт.

   — Клерфэ · книга
4. «

   Ведь мертвый уносит частицу тебя самого. Какую-то долю надежды.

   Ведь мертвый уносит частицу тебя самого. Какую-то долю надежды.

   — Хольман · книга
5. «

   В любви не бывает глупостей.

   В любви не бывает глупостей.

   — Патриция Хольман · книга
6. «

   Все несчастья начались с того, что мы обрели способность мыслить.

   Все несчастья начались с того, что мы обрели способность мыслить.

   — Равик · книга
7. «

   ... теперь я знаю: счастливы все, кто здоров. Только пока ты здоров, этого не замечаешь. А потом, когда поправишься, опять всё забудешь. Но по-настоящему это можно осознать лишь перед смертью.

   ... теперь я знаю: счастливы все, кто здоров. Только пока ты здоров, этого не замечаешь. А потом, когда поправишься, опять всё забудешь. Но по-настоящему это можно осознать лишь перед смертью.

   — Бетти Штейн · книга
8. «

   Справедливость — это вообще роскошь, о которой можно говорить только в спокойные времена.

   Справедливость — это вообще роскошь, о которой можно говорить только в спокойные времена.

   — Шварц · книга
9. «

   Я – ничто, если я одна. Я ничто без тебя.

   Я – ничто, если я одна. Я ничто без тебя.

   — Жоан Маду · книга
10. «

    Я люблю тебя и буду любить, пока не перестану дышать. Я это твердо знаю. Ты мой горизонт, и все мои мысли сходятся к тебе. Пусть будет что угодно – все всегда замыкается на тебе.

    Я люблю тебя и буду любить, пока не перестану дышать. Я это твердо знаю. Ты мой горизонт, и все мои мысли сходятся к тебе. Пусть будет что угодно – все всегда замыкается на тебе.

    — Жоан Маду · книга
11. «

    Порядочный человек всегда становится меланхоличным, когда наступает вечер. Других особых причин не требуется. Просто так...вообще.

    Порядочный человек всегда становится меланхоличным, когда наступает вечер. Других особых причин не требуется. Просто так...вообще.

    — Фердинанд Грау · книга
12. «

    — Любовь — это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда. Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

    — Любовь — это когда люди принадлежат друг другу. Навсегда. Навсегда, подумал он. Старая детская сказка. Ведь даже минуту и ту не удержишь!

    — Жоан Маду · книга
13. «

    Никогда мир не кажется таким прекрасным, как в то мгновение, когда вы прощаетесь с ним, когда вас лишают свободы. Если бы можно было ощущать мир таким всегда! Но на это, видно, у нас не хватает времени. И покоя.

    Никогда мир не кажется таким прекрасным, как в то мгновение, когда вы прощаетесь с ним, когда вас лишают свободы. Если бы можно было ощущать мир таким всегда! Но на это, видно, у нас не хватает времени. И покоя.

    — Ночь в Лиссабоне · книга
14. «

    Только если окончательно расстанешься с человеком, начинаешь по-настоящему интересоваться тем, что его касается. Таков один из парадоксов любви.

    Только если окончательно расстанешься с человеком, начинаешь по-настоящему интересоваться тем, что его касается. Таков один из парадоксов любви.

    — Людвиг Бодмер (Рудольф) · книга
15. «

    Мы слишком много знаем и слишком мало умеем… потому что знаем слишком много.

    Мы слишком много знаем и слишком мало умеем… потому что знаем слишком много.

    — Блюменталь · книга
16. «

    Самые простые чувства — это и есть самые сильные чувства. И одно из них — ревность.

    Самые простые чувства — это и есть самые сильные чувства. И одно из них — ревность.

    — Жизнь взаймы · книга
17. «

    Маленькая уютная квартирка с маленьким уютным обывательским счастьем. Маленький уютный покой на краю вулкана. Ты в самом деле считаешь это возможным?

    Маленькая уютная квартирка с маленьким уютным обывательским счастьем. Маленький уютный покой на краю вулкана. Ты в самом деле считаешь это возможным?

    — Равик · книга
18. «

    Не надо бояться быть смешным. Впрочем, для этого требуется не только мужество, но и известная непринуждённость.

    Не надо бояться быть смешным. Впрочем, для этого требуется не только мужество, но и известная непринуждённость.

    — Равик · книга
19. «

    Она чувствовала себя среди платьев и туфель как пьяница в винном погребе.

    Она чувствовала себя среди платьев и туфель как пьяница в винном погребе.

    — Жизнь взаймы · книга
20. «

    И вдруг меня охватывает несказанная печаль, которую несёт в себе время; оно течёт и течёт, и меняется, а когда оглянешься, ничего от прежнего уже не осталось. Да, прощание всегда тяжело, но возвращение иной раз ещё тяжелее.

    И вдруг меня охватывает несказанная печаль, которую несёт в себе время; оно течёт и течёт, и меняется, а когда оглянешься, ничего от прежнего уже не осталось. Да, прощание всегда тяжело, но возвращение иной раз ещё тяжелее.

    — Эрнст Биркхольц · книга