Эрих Мария Ремарк: 709 высказываний о главном

Эрих Мария Ремарк — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 709 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я полагаю, ни один человек не верит, что стареет. Он понимает это, но не верит.

   Я полагаю, ни один человек не верит, что стареет. Он понимает это, но не верит.

   — Силверс · книга
2. «

   Человек вспоминает о своих скудных запасах доброты обычно когда уже слишком поздно. И тогда он бывает очень растроган тем, каким благородным, оказывается, мог бы он быть.

   Человек вспоминает о своих скудных запасах доброты обычно когда уже слишком поздно. И тогда он бывает очень растроган тем, каким благородным, оказывается, мог бы он быть.

   — Фердинанд Грау · книга
3. «

   Любовь — это жертвенность. Часто и эгоизм называют любовью. Только тот, кто по доброй воле может отказаться от любимого ради его счастья, действительно любит всей душой.

   Любовь — это жертвенность. Часто и эгоизм называют любовью. Только тот, кто по доброй воле может отказаться от любимого ради его счастья, действительно любит всей душой.

   — Фриц Шрамм · книга
4. «

   Странное чувство пустоты, вызываемое всяким «после».

   Странное чувство пустоты, вызываемое всяким «после».

   — Триумфальная арка · книга
5. «

   Любовь, которая на самом деле встречается в жизни очень редко, после чьей-нибудь смерти начинает сиять со всех сторон и попадается на каждом шагу.

   Любовь, которая на самом деле встречается в жизни очень редко, после чьей-нибудь смерти начинает сиять со всех сторон и попадается на каждом шагу.

   — Людвиг Бодмер (Рудольф) · книга
6. «

   ...свежие розы в воскресенье, да ещё в этакую рань, несомненно пахнут воровством.

   ...свежие розы в воскресенье, да ещё в этакую рань, несомненно пахнут воровством.

   — Патриция Хольман · книга
7. «

   Когда долго лежишь в постели вот так, как я, то поневоле думаешь о том о сём. И многое, на что я раньше не обращала внимания, теперь кажется мне странным. И знаешь, чего мне уж никак не понять? Того, что можно любить друг друга, как мы с тобой, и всё-таки один умирает.

   Когда долго лежишь в постели вот так, как я, то поневоле думаешь о том о сём. И многое, на что я раньше не обращала внимания, теперь кажется мне странным. И знаешь, чего мне уж никак не понять? Того, что можно любить друг друга, как мы с тобой, и всё-таки один умирает.

   — Патриция Хольман · книга
8. «

   — Как странно… — сказала она тихо. – Странно, что человек может умереть… когда любит…

   — Как странно… — сказала она тихо. – Странно, что человек может умереть… когда любит…

   — Жоан Маду · книга
9. «

   Ты считаешь, что я бросаю на ветер свои деньги, а я считаю, что ты бросаешь на ветер свою жизнь.

   Ты считаешь, что я бросаю на ветер свои деньги, а я считаю, что ты бросаешь на ветер свою жизнь.

   — Лилиан Дюнкерк · книга
10. «

    Чем меньше у человека самолюбия, тем больше он стоит.

    Чем меньше у человека самолюбия, тем больше он стоит.

    — Три товарища · книга
11. «

    — Может быть, ты предпочтешь салатик? — спрашивает он. — Спаржа весьма вредна для пьяниц. — Нет, дай мне спаржи! Я человек современный, и меня тянет к саморазрушению.

    — Может быть, ты предпочтешь салатик? — спрашивает он. — Спаржа весьма вредна для пьяниц. — Нет, дай мне спаржи! Я человек современный, и меня тянет к саморазрушению.

    — Эдуард Кноблох · книга
12. «

    Кто знает, для какой войны он рождён!

    Кто знает, для какой войны он рождён!

    — Равик · книга
13. «

    — Ты много выпил? — Ни капли. Ничего я не пил, кроме кофе и грусти.

    — Ты много выпил? — Ни капли. Ничего я не пил, кроме кофе и грусти.

    — Наташа Петрова · книга
14. «

    Иной раз человеку кажется, будто он очень хитёр; именно тогда он обычно и делает глупости.

    Иной раз человеку кажется, будто он очень хитёр; именно тогда он обычно и делает глупости.

    — Возлюби ближнего своего · книга
15. «

    ... у неё болезнь, носящая некрасивое и несколько фантастическое название — шизофрения...

    ... у неё болезнь, носящая некрасивое и несколько фантастическое название — шизофрения...

    — Людвиг Бодмер (Рудольф) · книга
16. «

    Неправдоподобно и то, что неустанно струится во мраке моих жил, с температурой 36,7, солоноватое на вкус, четыре литра тайны и безостановочного движения.

    Неправдоподобно и то, что неустанно струится во мраке моих жил, с температурой 36,7, солоноватое на вкус, четыре литра тайны и безостановочного движения.

    — Триумфальная арка · книга
17. «

    ... жизнь — это болезнь, и смерть начинается с самого рождения. В каждом дыхании, в каждом ударе сердца уже заключено немного умирания — всё это толчки, приближающие нас к концу.

    ... жизнь — это болезнь, и смерть начинается с самого рождения. В каждом дыхании, в каждом ударе сердца уже заключено немного умирания — всё это толчки, приближающие нас к концу.

    — Фердинанд Грау · книга
18. «

    А если вечно думать только о грустных вещах, то никто на свете не будет иметь права смеяться…

    А если вечно думать только о грустных вещах, то никто на свете не будет иметь права смеяться…

    — Фердинанд Грау · книга
19. «

    Память — самый подлый предатель на свете.

    Память — самый подлый предатель на свете.

    — Роберт Хирш · книга
20. «

    От оскорбления можно защититься, от сострадания нельзя.

    От оскорбления можно защититься, от сострадания нельзя.

    — Триумфальная арка · книга