137 цитат Эрленда Лу о жизни и людях

Ниже 137 цитат Эрленда Лу — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Быть человеком, думаю я, во многих отношениях означает быть текучим. Родиться – значит отправиться в плавание. Текучесть начинается с рождения и кончается смертью. Мы контролируем текущий поток лишь в незначительной степени. Нравится тебе это или не нравится, думаю я, всё равно всё течет, ты стараешься бороться с течением, и все равно оно тебя уносит, и входить в один и тот же поток можно бесчисленное множество раз, и он несет тебя, как бы ты с ним ни сражался, а когда плывешь по реке, надо носить водонепроницаемый костюм и такую обувь, которая защищала бы ноги, потому что течение может быть сильным, и, свалившись за борт, ты рискуешь увязнуть одной ногой в донном иле, поэтому нужно носить обувь, а лучше всего, если ты соберешься и будешь плыть поджав под себя ноги, в позе зародыша, это уменьшает или вообще снимает всякий риск застрять среди камней.

   Быть человеком, думаю я, во многих отношениях означает быть текучим. Родиться – значит отправиться в плавание. Текучесть начинается с рождения и кончается смертью. Мы контролируем текущий поток лишь в незначительной степени. Нравится тебе это или не нравится, думаю я, всё равно всё течет, ты стараешься бороться с течением, и все равно оно тебя уносит, и входить в один и тот же поток можно бесчисленное множество раз, и он несет тебя, как бы ты с ним ни сражался, а когда плывешь по реке, надо носить водонепроницаемый костюм и такую обувь, которая защищала бы ноги, потому что течение может быть сильным, и, свалившись за борт, ты рискуешь увязнуть одной ногой в донном иле, поэтому нужно носить обувь, а лучше всего, если ты соберешься и будешь плыть поджав под себя ноги, в позе зародыша, это уменьшает или вообще снимает всякий риск застрять среди камней.

   — Лучшая страна в мире · книга
2. «

   Столько людей! Они повсюду. На улицах, в парках, в магазинах, в небоскребах. Чем они занимаются? По внешнему виду никак нельзя узнать, чем они занимаются. Думаю, что они стараются, чтобы колесики вертелись и жизнь шла своим чередом. <...> Повсюду что-то надо делать, чтобы все ладилось, причем самое разное. Надо, чтобы все ладилось в личной жизни, в семье, на работе, в дружеской компании, на местном уровне и, разумеется, также в глобальном плане. На свете очень много чего надо налаживать, чтобы дела шли как следует.

   Столько людей! Они повсюду. На улицах, в парках, в магазинах, в небоскребах. Чем они занимаются? По внешнему виду никак нельзя узнать, чем они занимаются. Думаю, что они стараются, чтобы колесики вертелись и жизнь шла своим чередом. <...> Повсюду что-то надо делать, чтобы все ладилось, причем самое разное. Надо, чтобы все ладилось в личной жизни, в семье, на работе, в дружеской компании, на местном уровне и, разумеется, также в глобальном плане. На свете очень много чего надо налаживать, чтобы дела шли как следует.

   — Наивно. Супер · книга
3. «

   Люди каждый день говорят и делают вещи, которые перестают существовать, если исчезают эти люди.

   Люди каждый день говорят и делают вещи, которые перестают существовать, если исчезают эти люди.

   — Юлия · книга
4. «

   ...а теперь спрашиваю себя, что же это такое – тоска по дому, по чем мы тоскуем, вспоминая родной дом. Мы тоскуем по людям, отвечаю я себе, главное для нас – люди, ведь люди приходят и уходят, люди так созданы, что по ним приходится тосковать, но еще тоскуешь по местности, по свету и по местности. Мне кажется, я тоскую по местности, в которой прожили жизнь самые близкие мне люди. Вот так несложно, по видимому, обстоит дело. Я тоскую по местам, в которых жили, в которых живут люди, потому что там в урочный час так же светит солнце, из года в год, и луч его под тем же углом ложится на стену, под каким он ложился при моих пращурах, думается мне, и все так же идет там дождь, и хотя дождь – это вода, но в этом дожде почему то чувствуется что-то умиротворяющее, но каждый раз, как я возвращаюсь мыслями к этой местности, она почему то преломляется и поворачивается множеством граней, на мгновение выстраивается целостная картина, но удерживается она недолго;

   ...а теперь спрашиваю себя, что же это такое – тоска по дому, по чем мы тоскуем, вспоминая родной дом. Мы тоскуем по людям, отвечаю я себе, главное для нас – люди, ведь люди приходят и уходят, люди так созданы, что по ним приходится тосковать, но еще тоскуешь по местности, по свету и по местности. Мне кажется, я тоскую по местности, в которой прожили жизнь самые близкие мне люди. Вот так несложно, по видимому, обстоит дело. Я тоскую по местам, в которых жили, в которых живут люди, потому что там в урочный час так же светит солнце, из года в год, и луч его под тем же углом ложится на стену, под каким он ложился при моих пращурах, думается мне, и все так же идет там дождь, и хотя дождь – это вода, но в этом дожде почему то чувствуется что-то умиротворяющее, но каждый раз, как я возвращаюсь мыслями к этой местности, она почему то преломляется и поворачивается множеством граней, на мгновение выстраивается целостная картина, но удерживается она недолго;

   — Лучшая страна в мире · книга
5. «

   Особенно хорошо, что взрослому можно сколько угодно ездить в лифте и никому не придёт в голову задаваться вопросом, по какому праву ты здесь находишься. Никто не заподозрил меня в том, что я просто катаюсь в лифте. С виду я такой же, как все.

   Особенно хорошо, что взрослому можно сколько угодно ездить в лифте и никому не придёт в голову задаваться вопросом, по какому праву ты здесь находишься. Никто не заподозрил меня в том, что я просто катаюсь в лифте. С виду я такой же, как все.

   — Наивно. Супер · книга
6. «

   Бах сочинял свою музыку для Бога. Мы же, если сочиняем музыку, то лишь ради того, чтобы нам дали потрахаться.

   Бах сочинял свою музыку для Бога. Мы же, если сочиняем музыку, то лишь ради того, чтобы нам дали потрахаться.

   — У · книга
7. «

   Господи, как много в людях простоты! Они ведь думают, что все будет хорошо, стоит только поехать в другую страну.

   Господи, как много в людях простоты! Они ведь думают, что все будет хорошо, стоит только поехать в другую страну.

   — Лучшая страна в мире · книга
8. «

   Cчитается, что бог — он особенный и очень креативный, а я думаю, что он как все. Поэтому я пишу «бог» с маленькой буквы.

   Cчитается, что бог — он особенный и очень креативный, а я думаю, что он как все. Поэтому я пишу «бог» с маленькой буквы.

   — Мулей · книга
9. «

   Я слежу за ним в подзорную трубу, думая про себя: «Вот я тебя вижу, а ты меня нет. Мы с тобой никогда не встретимся, но я хочу, чтобы ты знал одну вещь. Мое время идет иначе, чем твое. Наше время не совпадает. У тебя свое время, и у меня свое. Мой миг отличается от твоего. И знаешь, что это значит? Это значит, что времени не существует. Повторить тебе еще раз? Времени нет. Есть жизнь и смерть. Есть люди и животные. Есть наши мысли. И мир существует. И Вселенная. А времени нет. Можешь не волноваться по этому поводу.ну как? Тебе от этого лучше? Мне стало лучше. все будет хорошо. Удачи тебе, приятель!

   Я слежу за ним в подзорную трубу, думая про себя: «Вот я тебя вижу, а ты меня нет. Мы с тобой никогда не встретимся, но я хочу, чтобы ты знал одну вещь. Мое время идет иначе, чем твое. Наше время не совпадает. У тебя свое время, и у меня свое. Мой миг отличается от твоего. И знаешь, что это значит? Это значит, что времени не существует. Повторить тебе еще раз? Времени нет. Есть жизнь и смерть. Есть люди и животные. Есть наши мысли. И мир существует. И Вселенная. А времени нет. Можешь не волноваться по этому поводу.ну как? Тебе от этого лучше? Мне стало лучше. все будет хорошо. Удачи тебе, приятель!

   — Наивно. Супер · книга
10. «

    Очень печально, когда человек пишет почти откровенное говно. Настолько печально, что ни у кого не хватило сердца сообщить это юному дарованию.

    Очень печально, когда человек пишет почти откровенное говно. Настолько печально, что ни у кого не хватило сердца сообщить это юному дарованию.

    — Нина Фабер · книга
11. «

    Все на свете не может быть приятным по определению. <...> Так что иногда приходится делать вещи, зная, что они не доставят нам удовольствия. Иной раз стоит набраться духу и доползти до края сука, на котором сидел, рискуя его сломать, а иной раз стоит даже срубить его. — А иначе ты будешь не человек, а говно на палочке.

    Все на свете не может быть приятным по определению. <...> Так что иногда приходится делать вещи, зная, что они не доставят нам удовольствия. Иной раз стоит набраться духу и доползти до края сука, на котором сидел, рискуя его сломать, а иной раз стоит даже срубить его. — А иначе ты будешь не человек, а говно на палочке.

    — Допплер · книга
12. «

    Странность — это ничего, но только не при первом знакомстве, так я думаю. Странности — это уже потом, постепенно.

    Странность — это ничего, но только не при первом знакомстве, так я думаю. Странности — это уже потом, постепенно.

    — Лучшая страна в мире · книга
13. «

    Мы можем выражать человеку сочувствие и стараться его утешить, но, расставшись с ним, мы отодвигаем его беды в сторону и идем дальше по своей жизни... Боль нельзя разделить ни с кем.

    Мы можем выражать человеку сочувствие и стараться его утешить, но, расставшись с ним, мы отодвигаем его беды в сторону и идем дальше по своей жизни... Боль нельзя разделить ни с кем.

    — Мулей · книга
14. «

    Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.

    Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.

    — Фвонк · книга
15. «

    Мне следует поскорее понять, что нельзя быть против только отчасти, как бы немножко против, потому что такое «немножко» никто даже не заметит. По ее мнению, это трусость.

    Мне следует поскорее понять, что нельзя быть против только отчасти, как бы немножко против, потому что такое «немножко» никто даже не заметит. По ее мнению, это трусость.

    — Во власти женщины · книга
16. «

    Перед уходом она меня обняла. Сейчас, задним числом, мне кажется, что это был почти что поцелуй. Вероятно, она меня просто обняла. Но, может быть, это был скорее поцелуй.

    Перед уходом она меня обняла. Сейчас, задним числом, мне кажется, что это был почти что поцелуй. Вероятно, она меня просто обняла. Но, может быть, это был скорее поцелуй.

    — Наивно. Супер · книга
17. «

    Среди ночи я проснулся. Меня пронзила мысль, что единственный во всем мире, кому придется прожить мою жизнь, это не кто иной, как сам я.

    Среди ночи я проснулся. Меня пронзила мысль, что единственный во всем мире, кому придется прожить мою жизнь, это не кто иной, как сам я.

    — Во власти женщины · книга
18. «

    Надо бы сделать перспективу доступным лекарством, которое можно купить за деньги и вводить внутривенно.

    Надо бы сделать перспективу доступным лекарством, которое можно купить за деньги и вводить внутривенно.

    — Наивно. Супер · книга
19. «

    У каждого из нас случаются тяжкие часы. Бывают дни, когда в душу закрадывается ощущение бессмысленности существования и мы впадаем в цинизм или иронию. Дни, когда мы перестаем верить в любовь и в то, что все в конце концов будет хорошо.

    У каждого из нас случаются тяжкие часы. Бывают дни, когда в душу закрадывается ощущение бессмысленности существования и мы впадаем в цинизм или иронию. Дни, когда мы перестаем верить в любовь и в то, что все в конце концов будет хорошо.

    — Наивно. Супер · книга
20. «

    ... иной раз выдавался вечер, пусть и крайне редко, когда я чувствовал себя собой, мог расслабиться. Оставались такие карманы пространства и времени, куда за мной не втаскивался хвост ответственности.

    ... иной раз выдавался вечер, пусть и крайне редко, когда я чувствовал себя собой, мог расслабиться. Оставались такие карманы пространства и времени, куда за мной не втаскивался хвост ответственности.

    — Фвонк · книга