112 лучших цитат — Эрнест Хемингуэй

Эрнест Хемингуэй — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 112 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Век потребовал, чтобы мы громко пели, Но отрезал нам языки на деле. Век потребовал, чтобы мы шли вперед, Но стеной кирпичной закрыл проход. Век потребовал, чтоб мы пустились в пляс, Но одел в железные брюки нас. И в конце концов наш век напоролся Как раз на то, за что он боролся.

   Век потребовал, чтобы мы громко пели, Но отрезал нам языки на деле. Век потребовал, чтобы мы шли вперед, Но стеной кирпичной закрыл проход. Век потребовал, чтоб мы пустились в пляс, Но одел в железные брюки нас. И в конце концов наш век напоролся Как раз на то, за что он боролся.
2. «

   Она может простить все, что было с тобой до нее. Но после — дело другое.

   Она может простить все, что было с тобой до нее. Но после — дело другое.

   — О писательстве · книга
3. «

   Виктору Хиллу, настоящему сукиному сыну, который не может понять ответа «нет». Эрнест Хемингуэй.

   Виктору Хиллу, настоящему сукиному сыну, который не может понять ответа «нет». Эрнест Хемингуэй.
4. «

   Мало поймать рыбу — с ней ещё надо доплыть до берега.

   Мало поймать рыбу — с ней ещё надо доплыть до берега.

   — Старик и море · книга
5. «

   Каждый год в тебе что-то умирает, когда с деревьев опадают листья, а их голые ветки беззащитно качаются на ветру в холодном зимнем свете. Но ты знаешь, что весна обязательно придёт, так же как ты уверен, замёрзшая река снова освободится ото льда. Но когда холодные дожди лили не переставая и убивали весну, казалось будто ни за что загублена молодая жизнь. Впрочем, в те дни весна в конце концов всегда наступала, но было страшно, что она могла и не прийти...

   Каждый год в тебе что-то умирает, когда с деревьев опадают листья, а их голые ветки беззащитно качаются на ветру в холодном зимнем свете. Но ты знаешь, что весна обязательно придёт, так же как ты уверен, замёрзшая река снова освободится ото льда. Но когда холодные дожди лили не переставая и убивали весну, казалось будто ни за что загублена молодая жизнь. Впрочем, в те дни весна в конце концов всегда наступала, но было страшно, что она могла и не прийти...

   — Праздник, который всегда с тобой · книга
6. «

   – А бога нет? – Нет, друг. Конечно, нет. Если б он был, разве он допустил бы то, что я видел своими глазами?

   – А бога нет? – Нет, друг. Конечно, нет. Если б он был, разве он допустил бы то, что я видел своими глазами?

   — Ансельмо · книга
7. «

   Когда наступала весна, пусть даже обманная, не было других забот, кроме как одной: найти место, где тебе будет лучше всего. Единственное, что могло испортить день, — это люди, но если удавалось избежать приглашений, день становился безграничным. Люди всегда ограничивали счастье — за исключением очень немногих, которые несли ту же радость, что и сама весна.

   Когда наступала весна, пусть даже обманная, не было других забот, кроме как одной: найти место, где тебе будет лучше всего. Единственное, что могло испортить день, — это люди, но если удавалось избежать приглашений, день становился безграничным. Люди всегда ограничивали счастье — за исключением очень немногих, которые несли ту же радость, что и сама весна.

   — Тэти (Эрнест Хемингуэй) · книга
8. «

   Я люблю спать. Моя жизнь имеет тенденцию распадаться на части, когда я просыпаюсь, знаете ли.

   Я люблю спать. Моя жизнь имеет тенденцию распадаться на части, когда я просыпаюсь, знаете ли.
9. «

   Страной правит класс, который глуп и ничего не понимает и не поймет никогда.

   Страной правит класс, который глуп и ничего не понимает и не поймет никогда.

   — Прощай, оружие! · книга
10. «

    Луна волнует море, как женщину.

    Луна волнует море, как женщину.

    — Старик · книга
11. «

    Устаревают не только ответы, но и вопросы.

    Устаревают не только ответы, но и вопросы.
12. «

    – А ты помнишь, как это было? – спросил её Хоакин. – Я помню, что меня несли, – сказала Мария. – А тебя не помню. Цыгана помню, потому что он меня то и дело бросал. Но всё равно спасибо тебе, Хоакин, как-нибудь в другой раз я сама тебя понесу. – А я хорошо помню, – сказал Хоакин. – Помню, как я держал тебя за обе ноги, а животом ты лежала у меня на плече, а твоя голова свешивалась мне на спину, и руки тоже там болтались. – У тебя хорошая память, – сказала Мария и улыбнулась ему. – Я вот ничего не помню. Ни твоих рук, ни твоего плеча, ни твоей спины. – А сказать тебе одну вещь? – спросил её Хоакин. – Ну, говори. – Я тогда очень радовался, что ты висишь у меня на спине, потому что стреляли-то сзади!

    – А ты помнишь, как это было? – спросил её Хоакин. – Я помню, что меня несли, – сказала Мария. – А тебя не помню. Цыгана помню, потому что он меня то и дело бросал. Но всё равно спасибо тебе, Хоакин, как-нибудь в другой раз я сама тебя понесу. – А я хорошо помню, – сказал Хоакин. – Помню, как я держал тебя за обе ноги, а животом ты лежала у меня на плече, а твоя голова свешивалась мне на спину, и руки тоже там болтались. – У тебя хорошая память, – сказала Мария и улыбнулась ему. – Я вот ничего не помню. Ни твоих рук, ни твоего плеча, ни твоей спины. – А сказать тебе одну вещь? – спросил её Хоакин. – Ну, говори. – Я тогда очень радовался, что ты висишь у меня на спине, потому что стреляли-то сзади!

    — По ком звонит колокол · книга
13. «

    Ему теперь уже больше не снились ни бури, ни женщины, ни великие события, ни огромные рыбы, ни драки, ни состязания в силе, ни жена. Ему снились только далекие страны и львята, выходящие на берег. Словно котята, они резвились в сумеречной мгле, и он любил их так же, как любил мальчика. Но мальчик ему никогда не снился.

    Ему теперь уже больше не снились ни бури, ни женщины, ни великие события, ни огромные рыбы, ни драки, ни состязания в силе, ни жена. Ему снились только далекие страны и львята, выходящие на берег. Словно котята, они резвились в сумеречной мгле, и он любил их так же, как любил мальчика. Но мальчик ему никогда не снился.

    — Сантьяго · книга
14. «

    — Трудная ты женщина, — сказал он ей. — Нет, — сказала Пилар. — Но я такая простая, — не сразу поймёшь.

    — Трудная ты женщина, — сказал он ей. — Нет, — сказала Пилар. — Но я такая простая, — не сразу поймёшь.

    — Пилар · книга
15. «

    Я всегда работал до тех пор, пока мне не удавалось чего-то добиться, и всегда останавливал работу, уже зная, что должно произойти дальше. Это давало мне разгон на завтра.

    Я всегда работал до тех пор, пока мне не удавалось чего-то добиться, и всегда останавливал работу, уже зная, что должно произойти дальше. Это давало мне разгон на завтра.

    — Праздник, который всегда с тобой · книга
16. «

    Когда люди столько мужества приносят в этот мир, мир должен убить их, чтобы сломить, и поэтому он их и убивает. Мир ломает каждого, и многие потом только крепче на изломе. Но тех, кто не хочет сломиться, он убивает. Он убивает самых добрых, и самых нежных, и самых храбрых — без разбора. А если ты ни то, ни другое, ни третье, можешь быть уверен, что и тебя убьют, только без особой спешки.

    Когда люди столько мужества приносят в этот мир, мир должен убить их, чтобы сломить, и поэтому он их и убивает. Мир ломает каждого, и многие потом только крепче на изломе. Но тех, кто не хочет сломиться, он убивает. Он убивает самых добрых, и самых нежных, и самых храбрых — без разбора. А если ты ни то, ни другое, ни третье, можешь быть уверен, что и тебя убьют, только без особой спешки.

    — Прощай, оружие! · книга
17. «

    Ненавижу, когда у меня сводит руку, — подумал он. — Собственное тело — и такой подвох!

    Ненавижу, когда у меня сводит руку, — подумал он. — Собственное тело — и такой подвох!

    — Старик и море · книга
18. «

    Убиваешь, чтобы чувствовать, что ты ещё жив, — должно быть так... Мне также надоело умирать, как надоело всё остальное.

    Убиваешь, чтобы чувствовать, что ты ещё жив, — должно быть так... Мне также надоело умирать, как надоело всё остальное.

    — Снега Килиманджаро · книга
19. «

    Не нужно думать, старик, — сказал он вслух. — Плыви по ветру и встречай беду, когда она придет.

    Не нужно думать, старик, — сказал он вслух. — Плыви по ветру и встречай беду, когда она придет.

    — Сантьяго · книга
20. «

    ..прибегая ко лжи только ради того, чтобы утешить его, я понял, что говорю правду.

    ..прибегая ко лжи только ради того, чтобы утешить его, я понял, что говорю правду.

    — Праздник, который всегда с тобой · книга